Анастасия Милованова – Два укуса до любви, или Ненужная невеста (страница 12)

– Ты просто ни разу не красилась, а такая кардинальная смена цвета требует настоящих химикатов. – Дора пожала плечами и снова уткнулась в журнал.

– Эй, с темы-то не съезжай! – Я извернулась и всё же дотянулась до подруги, ткнула её кулачком в плечо. – Что у вас с Каем?

– Да что ты хочешь услышать? – внезапно вскипятилась Дора, чего я за ней никогда не замечала.

Обычно весь её гнев выходил потоком острот.

– На свидание он меня зовёт.

Видимо, Дора и сама поняла, что ведёт себя не совсем обычно. Она отложила многострадальную прессу в сторону и уставилась в окно витрины. По улице, как в немом кино, двигались прохожие и автомобили, а на город как-то незаметно начали опускаться сумерки.

– А ты что? – чуть наклонившись к подруге, тихим доверительным шёпотом уточнила я.

– А я ничего, – ответила Феодора, невнятно пожав плечами и всё так же рассматривая улицу.

Между нами повисло неуютное молчание. И подобное было для нас внове. До сих пор ни у неё, ни у меня не возникало настолько личных тайн. Мы познакомились ещё в школе и с тех пор всегда доверяли друг другу на сто процентов.

– Понимаешь, он странный, – когда я уже решила, что эта тема и впрямь табу, Дора заговорила. – И мои чувства к нему странные. Обычно как влюбляешься? – Она перевела на меня взгляд затуманенных глаз, но ответить не дала, сама продолжила: – Это чувство яркое, свежее. Острое! А тут у меня ощущение, будто я его уже лет сто знаю. Это не влюблённость, эта какая-то стабильная привязанность. Это настоявшаяся любовь.

Теперь была моя очередь озадаченно молчать. Я смотрела на подругу, пытаясь понять, как такое возможно. Ошибок тут быть не могло: с её опытом в работе с чувствами и эмоциями она всегда ставила точный диагноз. И если Дора говорит, что это любовь, значит, так оно и есть.

– Я даже не знаю, что сказать, – растерянно проговорила я, выпростав руку из-под накидки и сжав ладонь Доры. – Это может быть ментальным контролем? Всё же Кай Спелер.

– Тут ряд загвоздок. – Взгляд подруги потемнел, ей явно не нравилась возможность того, что Вертис применил к ней свои силы. – Первое – я ощутила это странное чувство ещё до того, как он ко мне обратился. Я только его увидела – и бах, вот оно. Дежавю, помноженное на ошеломляющее чувство родства.

– Так. – Я склонила голову, предлагая Доре продолжить.

– А второе – это как раз вопрос к тебе. Кай мог бы воздействовать на меня? Заставить полюбить его?

– Оу, – только и выдала я, осев под выжидающим взглядом Феодоры.

С одной стороны, Кай показал себя как самый разумный представитель своего клана. Да, чёрт возьми, он вообще не походил на Спелера! А с другой стороны – возможно, это и есть его стратегия? Манипулировать людьми гораздо проще, когда они не ждут от тебя привычных спелеровских приёмов.

– Ну? – Не выдержав молчания, Дора дёрнула меня за накидку.

– Положа руку на сердце, мне кажется, что Кай не стал бы опускаться до ментального контроля. Слушай, да он у меня спрашивал, какие ты цветы любишь! Явно же, покопайся он в твоей голове – давно бы это знал.

– Или специально путает тебя, чтобы я на него повелась, – чуть поджав пухлые губы, проговорила Феодора.

– Да ты параноишь! – искренне удивилась я.

Из нас двоих за извечные подозрения отвечала именно я, но никак не Дора!

– Да ты в зеркало сейчас смотришь! – с шальной улыбкой парировала подруга.

– Мы что, обе попали на Спелеров?

Если бы могла, я бы сейчас себя по лбу шлёпнула. Вот ведь угораздило!

– Похоже на то, подружка, похоже на то, – обречённо пробормотала Феодора. – Правда, мне легче. Статус фаворитки меня вообще не смущает. Это всего лишь слово. Оно никак не отображает истинных чувств.

– Тут ещё проще. – Я широко улыбнулась и, бросив короткий взгляд на болтающую по телефону Анхеллу, продолжила уже шёпотом: – Оказывается, семью запрещено иметь только тем Спелерам, кто вознамерился занять должность Короля. Их всего четверо, и они наиболее приближены к главе клана.

– Дай угадаю: и наш карьерист Рейнар метит именно в Короли? – Дора понятливо поджала губы.

– Ага.

– Тогда мы точно попали. Не думаю, что и у меня с Каем что-то получится. Ты же сама говорила, что вампиры возятся с людьми ровно до тех пор, пока не найдут свою истинную. И вот тут уже я не хочу быть собачкой на передержке.

Феодора замолкла, но я видела, как под тщательно удерживаемой маской спокойствия её разрывало от полярности эмоций. Как говорится, и хочется и колется.

Мы одновременно подняли взгляды и тут же рассмеялись от того, насколько одинаковые мысли роились в наших головах. Насколько одинаковые бури бушевали внутри.

Только я собиралась поделиться с Дорой подозрением насчёт гибели истинной Кая, как от двери раздался колокольчиковый перезвон. На пороге возникла растрёпанная Белла, которая явно спешила.

– Анхелла! – в расстройстве прокричала она. – Я же сказала, через двадцать минут смывать! Ты что творишь, саботажница?!

Работница, при первых криках бросившая трубку, вылетела ко мне из-за стойки. Трясущимися руками начала разворачивать тканевый кокон, которым была укутана моя голова.

– Миссис Флик, я просто думала, что у нас стандартное время покраски, – пыталась оправдаться она, снимая второй, целлофановый, слой.

– Так и есть! – в раздражении причитала Белла.

Она уже стояла у раковины и настраивала воду.

– Но я-то засекла время раньше нашего ухода!

– Да чего вы паникуете? – Я попыталась снизить градус. – Ну, будет чуть более красное, да?

Я переводила непонимающий взгляд с Беллы на Анхеллу, а затем на притихшую Дору. И вот по лицу подруги я поняла, что не будет более красное. Будет что-то страшное.

И когда через десять минут тщательного мытья головы и встревоженных охов со стороны Беллы меня усадили обратно в кресло, в зеркале я увидела её.

Катастрофу!

Глава 6. Рыцарь в сияющих доспехах

С зеркальной глади на меня смотрела незнакомка. Мягкий овал лица, пухлые губы и глаза, округлившиеся от шока и посветлевшие до цвета лазури – всё это было моим. А вот остальное неуловимо изменилось.

Не знаю, что произошло с краской, но вместо насыщенного бордо я получила… разноцветную копну!

Мой природный пепельный блонд превратился в серебро, в котором мелькали пряди розовых, фиолетовых, красных и даже зелёных оттенков!

– Мамочки, – в ступоре произнесла я, шагнув к зеркалу.

– Ну, не всё так плохо, каре вот удалось, – давясь смехом, прокомментировала Дора.

Протянула руку и коснулась мягких завитков, что обрамляли моё лицо:

– Очень качественная стрижка.

Впрочем, веселилась только Дора. Лица испуганных Анхеллы и Беллы, которые истуканами замерли за моей спиной, красноречиво говорили о приближающемся обмороке.

– Ради бога, простите! – запричитала Белла, бросившись к столику с инструментами и краской. – Я сейчас всё исправлю. У меня где-то была очень хорошая смывка. Дорогая, по рецептам магов делали. Вреда волосам не будет, обещаю.

Она тараторила, всхлипывая и суетясь, отчего мне стало жаль старушку. Да, я получила совершенно не то, что хотела, но ведь это всего лишь волосы.

– Белла, а ваша краска рассчитана на вампиров? – продолжая осматривать себя, спросила я.

– Что? – Хозяйка отвлеклась от инспекции лотков и в недоумении посмотрела на меня. – В принципе, эта краска подходит всем, но для вампиров я обычно использую другой состав. Погодите, так вы вампир?

Она ахнула, приложив руку к груди. На её лице расстройство сменилось огорчением и досадой

– Боже, ну как же я так промахнулась, – она снова принялась причитать. – Глаза совсем слепые стали. У вас же и внешность, и артефакт ваш защитный. – Она кивнула на приметное колечко на моей руке, солнцезащитный амулет, который носят многие вампиры. – Могла бы и догадаться.

Она с тяжёлым вздохом осела в кресло и уткнулась в ладони.

Переглянувшись с Дорой, я поспешила к ней. Присела рядом со старушкой и, отняв её руки от лица, с мягкостью заглянула в глаза:

– Миссис Белла, я вовсе на вас не злюсь. Это несколько необычный для меня образ. Да, не тот, что я хотела, но он не хуже. Я бы даже сказала, лучше. Стрижка и вовсе чистый восторг!

Я мягко похлопала по сухонькой ладошке и успокаивающе улыбнулась хозяйке салона. Белла ответила мне взглядом, красноречиво говорящим, как сильно она сожалеет о случившемся.

– Да! На мой взгляд, эта раскраска как нельзя лучше передаёт внутренний мир Тесс, – встав позади, Дора поддержала меня в своём стиле. – Такая же яркая и богатая на разные эмоции. Да и этот тёмный оттенок делает твои черты лица ярче, запоминающимися.

– Ну спасибо. – Закатив глаза, я поднялась и помогла встать Белле. – То есть до этого я была бледной поганкой?

– Ой, не перекручивай! – огрызнулась Дора и принялась собирать наши вещи.