Анастасия Милославская – Проклятый лорд (страница 21)

Судорожный выдох Реймонда, когда он приникает губами к моей шее, отдаёт болезненным спазмом в животе. Жар его прикосновений почти ранит на контрасте с холодным воздухом комнаты. Я снова зарываюсь пальцами в его волосы, а затем убираю руки и сама задираю платье. Слышу стон колдуна, когда жадно трусь о него.

— Где ты научилась быть такой развратной? — отодвигая ткань лифа, шепчет он с усмешкой. Но я слышу в голосе угрозу.

Чувствую его жадность и собственничество, в каждом касании и вздохе, и сама тону в безумии охвативших нас чувств. Реймонд отстраняется, вжимая меня в себя, чтобы впиться губами в сосок, алчно втянуть его, почти до боли. Против воли выгибаю спину, подставляясь его ласкам. Сосущие движения его языка сводят с ума, я закусываю губу, сдерживая стоны. Так прекрасно… Даже лучше, чем в моих мучительных навязчивых фантазиях.

— Это ты на меня так влияешь, — шепчу в ответ.

Реймонд снова тянется к моим губам. Целует мокро и так глубоко, как только может.

— Ты сказала, что ненавидишь тот день, когда мы встретились в Соране, — в его улыбке вызов, в глазах яростное желание. Руки колдуна скользят по моему животу вниз, проникают под бесстыдно задранное платье, гладят бёдра, вызывая поток мурашек.

— Я солгала. Хочу ненавидеть, но не могу… — стон вырывается, когда рука Реймонда гладит меня через трусики, а сам он вглядывается мне в лицо.

— Так у вас тоже все делают в вашем мире, где одно солнце? — хрипло вопрошает он.

Я отрицательно замотала головой и отчаянно дыша в его объятьях и начиная с ужасом понимать, что скоро может произойти. Отстранилась, буквально вырывалась из его объятий, почти упав на пол.

— Нет, — проговорила, отходя на шаг. — Мы и так зашли слишком далеко.

Реймонд поднял на меня взгляд, в котором плескались неудовлетворённое желание вперемешку с гневом:

— Хочешь, чтобы я просил?

Почувствовала, как стыд заливает щёки и шею. Не уверена, что после того, что между нами случилось, вообще когда-нибудь смогу поднять на него взгляд.

— Я не отличаюсь терпением, Аделаида. Боюсь, я израсходовал его полностью за те два года, что провёл в Арванде, — тон предупреждающий и холодный.

Я отступила ещё на шаг и проговорила:

— Помнишь, ты говорил, что не боишься замарать руки?

— Помню.

— Это правда? — вопросительно пробормотала я, оправляя платье.

— Хочешь, чтобы я убил кого-то для тебя? Просто скажи кого. Назови имя. Можешь написать список, если хочешь.

Меня передёргивает от его тона. От готовности сделать то, на что другие вряд ли бы решились.

— Я буду твоей, Реймонд Мордейл, — подняла взгляд, встречая его бесконечно синие глаза. — Просто убей Оруана Виндроуза. И я сделаю, всё что захочешь. Буду принадлежать тебе. Убей чудовище.

Довольная улыбка расцвела на его губах. Он жадно посмотрел на меня и произнёс:

— С удовольствием.

Я уставилась в каменный пол, ощущая, как сама воспламеняюсь от его неистового желания. Ноющее чувство, бьющееся в груди, не отпускало ни на секунду. Сжимало сердце, затрудняло дыхание. Ломало изнутри. Кромсало. Оглушало и выворачивало кости. Чувство безнадёжной влюблённости к колдуну.

Да. Я влюблена в Реймонда Мордейла. Великого Архимага, первого колдуна Милинора. Самого циничного и бесчувственного мужчину, что я встречала в жизни. Должно быть, со мной что-то не так, я неправильная и испорченная, во мне сломались какие-то жизненно важные детали после всего, через что я прошла. Как иначе объяснить те чувства, ядовитым цветком распустившиеся внутри?

— Прикройся, — насмешливо бросил мне Реймонд, с помощью магии приводя моё платье в порядок. — А то я за себя не ручаюсь.

Я бросилась к двери.

— Стой! — приказной тон Мордейла пригвоздил меня к полу.

Обернулась, сцепив руки в замок.

— Никто тебя не тронет, сладкая маленькая птичка, Сайрос лично проследит за этим, — вкрадчивым голосом сообщил мне колдун. — Ты можешь приходить сюда. Ко мне. Когда захочешь.

Почувствовала, как задрожали губы. Злость кольнулась внутри острой иглой. За кого он меня принимает? И тут же осознала — я вела себя неподобающе… В открытую предложила своё тело в обмен на то, что мне нужно. Стоит ли удивляться развязанному поведению Мордейла?

— Я благодарю вас, мой Архимаг, — пробормотала слабым голосом.

— Зови меня по имени, когда мы одни. — Мордейл подошёл и коснулся моей руки своими губами. Даже такое невинное прикосновение вышло одуряюще порочным в его исполнении.

Маг нагнулся к моему уху и прошептал:

— Хочу, чтобы ты звала меня Реем как можно чаще, я буду вспоминать, как ты умоляла меня поцеловать тебя, как позволила мне…

Я отпрянула, прожигая Мордейла негодующим взглядом:

— Думаешь, теперь тебе всё можно? Я не такая!

Почувствовала, что слёзы наворачиваются на глаза, и вылетела из комнаты, хлопнув дверью.

Леннард Вебстер подскочил со стула, растерянно глядя на меня:

— Аделаида! Что случилось?

Я остановилась, вскинула голову и процедила:

— Мы уходим! Точнее, я ухожу, магистр!

— Но что произошло?

Я насупилась и выдавила:

— Насколько я понимаю, почтенный Сайрос Вермелиен подставит свою почтенную задницу под удар, чтобы меня не убили!

— Аделаида! — укор в голосе магистра привёл меня в чувство.

— Простите, я хочу уйти, пожалуйста, — я вытерла выступившую влагу с глаз и жалостливо посмотрела на учёного.

Тот кивнул и открыл мне дверь, приглашая, наконец, покинуть белую башню Архимага.

Глава 13

Я устроилась прямо на полу у окна, рассматривая полученный от старухи-жрицы листок. Может быть всё-таки показать его магистру Вебстеру? Что-то мне подсказывало, что он больше не станет что-либо скрывать от нашего Архимага… А мне меньше всего хотелось объясняться перед Мордейлом.

Закусила губу, очерчивая пальцем тёмно-бурые символы, выведенные на пожелтевшем листке. Затем кинула взгляд на белую башню Архимага. В груди разлилось тоскливое томление. Я раздражённо прогнала его, стараясь думать о деле.

Пока мы не решим что делать с проклятьем Реймонда, вряд ли он станет убивать Виндроуза. Да и сможет ли? Я весьма смутно представляла магические способности колдуна. Раз он магию воды не сможет использовать, может хотя бы сожжёт его? Магистр объяснял мне, что вампиры почти неуязвимы в форме зверя… Значит, нужно ждать и молиться, чтобы Леннард Вебстер что-нибудь придумал. Всё-таки он самый умный учёный Авалона. Хотя может и я пригожусь, если сумею использовать это треклятое заклинание!

Что будет, если он всё-таки убьёт чудовище, я предпочитала не думать… Несколько дней я не видела Мордейла, и они казались мне одновременно пыткой и спасением. Я представила его синие глаза и мечтательно улыбнулась. Это надо быть такой наивной дурой… Он самым ясным образом дал понять, что именно ему нужно. А я в тот момент вместо того, чтобы возмутиться, повела себя как дурно воспитанная девица.

Снова уткнулась носом в символы. Как мне понять, что именно нужно сделать? Закрыла глаза и сосредоточилась, призывая всю свою магию. Просидела несколько минут, а затем разомкнула веки. Ни-че-го!

Может стоит помолиться Тёмной Богине? Я застыла, вспоминая биение её сердца. Правда ли, что я вошла в вечную тьму и вернулась оттуда? Чёрная дымка, ластящаяся к моим ногам… Зрелище противоестественно прекрасное в своём кошмаре.

И эта книга… Сделанная из человеческой кожи… Написанная кровью… До сих пор хранящая в себе души, убитых Бенефитом Дуомом созданий… Зачем старуха сохранила её? Она как будто преклонялась перед ним. Практически гордилась… Наш великий предок — так она называла его? Омерзение скрутилось в груди ядовитым комком.

Я встала, схватила маленький нож для писем и уколола себе палец. Капелька крови, выступив, сверкнула под лучами зимнего Шена.

— Кровь — это просто кровь, — прошептала я. — Такая же красная, как у всех.

Посмотрела на лист. Не успела осознать, как рука сама потянулась к бумаге. Впечатала палец в желтизну так сильно, что тупая боль пронзила фалангу до основания, заставив поморщиться.

Вздрогнула, почувствовав знакомый, сладковатый запах. Нет. Этого быть не может. Обернулась. Тьма, притаившаяся в углах, поползла ко мне, наполняя комнату, вытесняя дневной свет.

Я отступила на шаг, не веря своим глазам.

Мне не нужно её бояться? Тьма замерла в ожидании, клубясь и перекатываясь, приглашая. Наконец решившись, я шагнула в неё. Магия наполнила меня до кончиков волос и ногтей, проникла в каждую клетку, вывернула наизнанку. Я прижала руку ко рту, едва не задыхаясь.

Прошлый раз было иначе. Сейчас же я сама призвала её… И тьма ждёт. Пока я отдам ей что-то? Пожертвую? Но чем я могу пожертвовать? Чем мог бы пожертвовать Бенефит Дуом, будь он на моём месте? Искрой силы, украденной у магического создания. Ответ довольно прост.

— Ты мне поможешь? — прошептала я.

Тьма задрожала, словно в предвкушении. Её чувства приоткрылись мне… Голод. Всепоглощающий яростный голод. Я отшатнулась, вырываясь из объятий детища Селайны.