Анастасия Миллюр – Я стала сестрой злодея (страница 26)

Мы стояли к балконной двери спиной, и с такого ракурса, пожалуй, было действительно похоже на то, что мы целовались. Головная боль усилилась, но я, не подав виду, лишь спокойно улыбнулась.

— Полагаю, в зале и правда было слишком душно, если вам привиделось нечто столь странное.

— Правда? — вскинула она брови. — Любопытно, но пару дней назад до меня дошел слух, что досточтимый сейр Абенаж сопровождал вас в магазин одежды. Разве не странно иметь подобную близость с единокровным братом?

— Вы, кажется, очень интересуетесь мной, сейра Юлина.

Она дернула плечиком и посмотрела прямо мне в глаза.

— Вы можете думать, что водите всех за нос. Но люди все видят, сейра Азалия. И если вашему брату они все простят, поскольку слишком боятся его. То вы… Станете изгоем в обществе.

Но между мной и Ридрихом ничего такого нет! Чей болтливый язык нужно было укоротить, чтобы он перестал молоть всякий бред? Хотя почему «чей». Кажется, один я уже нашла.

— Вы, видимо, ничему не учитесь, сейра Юлина, — улыбнулась я шире и поставила бокал с шампанским на стол. — Если мой брат едва не уничтожил вашу семью, за то, что вы обвинили меня в нападении, не думаете, что он сделает с вами за подобные сплетни?

В карих глазах девушки, наконец, блеснул страх.

— На каждый рот платок не накинешь.

— Не совсем так, сейра Юлина. Обычному человеку это может и не удастся, но род Абенаж - исключение. Однако благодарю вас за беспокойство, — с этими словами я отошла от стола, решив, рассказать об этом разговоре Ридриху чуть позже.

Последнее, что бы мне хотелось, это что бы по столице поползли о нас такие слухи. Да, моего отца инфаркт сразу хватит! Но это также значило, что нужно было быть осторожнее, а еще лучше - ненадолго отвлечь от нас внимание сплетников.

И словно под направлением самого провидения мне вдруг на глаза попался его величество Регори. Я улыбнулась. Он хотел меня использовать в каких-то своих целях, а я добьюсь своих.

Прекрасно. Взаимовыгодная сделка, что могло быть лучше?

— Наша очаровательная звездочка, — протянул мужчина, отходя от какой-то сейры, когда заметил меня. — Что у вас произошло с Ридрихом? Подаришь мне свой второй танец?

В этот момент словно по волшебству как раз заиграла новая музыка, и я, приняв ладонь императора, вошла с ним в круг танцующих.

— Ее величество вдовствующая императрица приходила сегодня ко мне, — сказала я, тут же заводя нужный мне разговор.

Улыбка Регори стала шире, а в глазах заплясали хитрые огонечки.

— Я знаю.

Я легонько ударила его по плечу.

— Знаете? Если вы хотели показать серьезность ваших намерений, нужно было прийти ко мне самому, а не подсылать свою матушку.

— Не злись на меня, малышка Азалия, — рассмеялся император. — Это была не моя затея. Я узнал о ее визите уже после. Но… — он крутанул меня в танце и вновь поймал в свои объятья. — В сущности, она права. И я уже говорил тебе, ты кажешься мне отличной партией.

Какой отличный шанс узнать, что же ему от меня понадобилось!

— С чего вдруг, ваше величество? Узнали, что во мне есть божественная сила и захотели прибрать к рукам? — улыбнулась я.

— Как жестоко, — усмехнулся он. Его взгляд скользнул по моему лицу, чуть ниже к шее и вернулся к губам. — Ты слишком очаровательна, чтобы позволять тебя забрать кому-то.

Мои брови взлетели вверх.

То есть он серьезно?!

— Я не… — начала я, но мужчина вдруг выпустил мою руку и прижал большой к моим губам, не давая договорить.

— Тш-ш-ш, дай мне одну встречу, малышка Азалия. А после нее я выслушаю ответ.

Я буквально видела, как на нас оборачивалось все больше и больше людей. Еще бы… Заигрывания императора - это вам не шутки! Каждый такой невинный флирт мог обернуться будущей императрицей. Естественно, придворные внимательно следили за нами.

Прекрасно.

Дернув подбородком, я освободилась от чужих прикосновений и встретила искрящийся взгляд Регори.

После сегодняшнего танца о нас уже будут говорить, но свидание лишь подзадорит сердца людей, и вскоре обо мне и Ридрихе все забудут.

— В какой день вы хотите встретиться? — уточнила я.

— Послезавтра, — лучезарно улыбнулся мужчина.

Послезавтра? Но послезавтра ведь был тот самый день…

Я нахмурилась, уже почти отказавшись, но…

Верно. Все равно нам с Ридрихом предстоит вскоре расстаться, так возможно будет лучше постепенно отдаляться, а не привязываться еще сильнее.

— Договорились, ваше высочество. Давайте встретимся послезавтра, — кивнула я, но на душе остался неприятный осадочек.

Надеюсь, Ридрих воспримет это нормально… С другой стороны, он ведь сам спихнул меня в объятья другого… Вот. Пусть несет ответственность за свои же действия.Так-то оно так, но весь остаток вечера я все равно чувствовала себя паршиво.

ГЛАВА XIV

— В каком возрасте вы смогли увидеть божественное воплощение? — ошарашил меня вопросом священнослужитель, которого Регори нашел мне в учителя.

Я дала косяка на невинно кружащегося по комнате Шу.

Божественное воплощение? Он? Это я что, божество ругала, за то что он мне тапки намочил сегодня утром?

Вообще, я весь день хотела провести дома, а заодно обсудить с Ридрихом услышанные мной вчера на балу слухи. Однако брата не было в резиденции с самого утра, что было странным, поскольку была среда, а по средам он обычно никуда не ездил.

В общем, я некоторое время походила по нашему дворцу, как неприкаянная душа, распугивая слуг и ощущая странную пустоту из-за отсутствия брата, а после неожиданно получила извещение, что императорская карета ждет меня у ворот.

Свидание с Регори у нас было назначено на завтра, поэтому я слабо представляла, чего он сегодня от меня хотел. Но поскольку я просто не знала, куда себя деть, решила поехать.

Меня быстро доставили в императорский дворец, с почтением проводили в голубую гостиную, но к удивлению, ждал меня там не обаятельный император, а пожилой мужчина в белоснежной робе.

До этого священников я видела всего один раз - на коронации Регори. Так уж получилось, что проклятый род Абенаж не имел традиции ходить в церковь по субботам, и понять такой уклад дел было можно.

Представляю лицо Малькута, если Ридрих притащил бы его в храм, пропитанный божественной энергией. Демону она не вредила. Он не начинал испепеляться или разъедаться на глазах, но потом был невероятно нервным еще пару дней. Воняла она, видите ли, по его мнению. А вот помеченные преступники и подземелья, где он кормился, видимо, пахли, как амброзия.

В общем, именно поэтому старичка я разглядывала довольно долго. Но здесь мы были квиты, потому что он с такой же внимательностью изучал меня. И возможно мне привиделось, но кажется, в какой-то момент его серые глаза блеснули слезой.

Я прочистила горло.

— Дух начал проявлять себя, когда мне было восемь лет, и с этого же возраста он постоянно был со мной.

Поняв, что мы заговорили о нем, Шу мило заворковал и подлетел к старику. Перевернувшись вверх тормашками, как он любил это делать, мой малыш стал пристально изучать священника, а тот даже и не подозревал в какой близости сейчас был от «божественного воплощения».

Священнослужитель опустил голову и потер переносицу сухенькими руками.

— Говорите, он остался с вами? — уточнил он.

Я напряглась. А что, это как-то неправильно?

Тут же я посмотрела на Шу, а тот, обернувшись, заулыбался и в порыве любви подплыл ко мне и потерся об мою щеку. Боги… Ну, что за комочек нежности?

— Жаль, что мы узнали о вас лишь сейчас, Святая. Но видимо на все воля Бога.

Стыдно было признавать, но как-то за все мое десятилетнее обучение я ни разу не коснулась темы религии. Наверное, Ридрих не посчитал нужным заострить внимание учителей на этом, а те в основном ориентировались на то, что было больше интересно мне. А у меня куда большее любопытство вызывала та же экономика, чем уроки православной культуры.

Иными словами, я даже не была уверена, про какого именно Бога священник сейчас говорил. Но не суть.

— Я знаю вашего отца, — вдруг сказал мужчина, и он уставился в одну точку на полу, растирая руки. — И вашу мать я тоже знал. Ириса была чистейшей душой. Она раньше работала при храме. Именно там они и познакомились с вашим отцом. Лишь от союза столь любящих друг друга и прекрасных душ мог родиться ребенок с такой силой, как у вас.

Люди, про которых говорил священник, не были моими родителями. Это были родители Азалии, девочки, чье тело я заняла. Но почему же тогда сердце дрогнуло и сжалось?

Мое зрение отчего-то помутилось, и опустив взгляд, я почувствовала влагу на щеках. Слезы. Но почему я плачу?

— Вы можете рассказать мне больше? — вырвался из меня вопрос, которого я сама от себя не ожидала.