Анастасия Миллюр – Невеста с подвохом (страница 41)

Третья королевская столовая, которая открывалась в редких случаях, сегодня распахнула свои двери для немногочисленных титулованных гостей. Узорная синева стен, оправленная в золото, располагала к приятной беседе. Столы и стулья, сделанные из редкого Каменного Дерева, произрастающего на севере страны, также инкрустированные золотом, манили начать трапезу. Оркестр расположился в углу, на специальном возвышении. Там же стояла скрипка для меня и пюпитр, украшенный различными завитушками, на котором уже лежала нотная тетрадь.

Особенностью этой столовой было то, что выше располагался довольно вместительный балкончик, на который могли выйти желающие поглазеть на королевское мероприятие. Там уже стояли все участницы отбора, и очень мне не нравились взгляды, которые они на меня бросали.

Я уже несколько раз попросила проверить мой инструмент, все ли с ним в порядке. С этих станется подкрутить колки или слишком натянуть струну. Но демон, который следит за сохранностью инструментов, уверил меня, что они были принесены из закрытых комнат, куда имеет доступ только он, и с того момента никто к ним не подходил кроме него самого и меня.

И хоть все было действительно так, как он говорил, я беспокоилась. Что-то не верилось, что эти змеюки вот так просто простили мне этот ужин.

К своему удивлению, я заметила, как в зал входит княгиня Ашдэс под руку с высоким беловолосым демоном. Нет, я знала, что леди Зиттани родственница принца, но мне почему-то казалось, что по матери, а оно вон как... Значит, здесь должен появиться и ее сын... Мне как раз хотелось на него посмотреть! Совсем не верилось, что он был таким, каким его описала княгиня. У волевой и мудрой женщины, как она, просто не мог быть столь непослушный отпрыск.

Я присмотрелась к ее мужу, князю Ашдэсу. И что-то такое отдаленно знакомое промелькнуло в его чертах. Нахмурилась. Неужели, я где-то могла его видеть? Да нет, быть не может... Точно с ним нигде не встречалась. Но все же смутное беспокойство не отпускало меня все время, пока я наблюдала, как мужчина с улыбкой отодвигает стул для своей жены.

Затем появились советники Его Величества. Почетные седые мужи в количестве пяти особей вошли гуськом и расселись на свои места. Я облегченно выдохнула, не найдя среди них тех, которых видела в кабинете Ксавьена. Похоже, у него с отцом были разные советники. Ну и правильно, с одной стороны...

Затем снова распахнулись двери и вошел Ксавьен.

Мне показалось или он был сегодня как-то особенно красив? Черный камзол с серебряной каймой невероятно шел его высокой худощавой фигуре. Волосы были перевязаны сзади, делая выражение его лица более мягким что ли...

Я прищурилась. Для Земфины что ли наряжался?

Рядом с кронпринцем шел верный Адриан, облаченный в белое с золотом. Он зорко осмотрел присутствующих и опять остановился на мне. Его взгляд говорил: «Только попробуй все испортить!».

Так и хотелось показать ему язык или сделать что-нибудь не менее глупое.

Спустя непродолжительное время появилась королевская чета. Присмотревшись к королеве, я заметила хорошо замазанные круги под ее глазами. Да, наверное, беременность в столь позднем возрасте не приводит ни к чему хорошему.

Наконец, герольд объявил начало ужина.

Дождавшись, пока оркестр займет свое место, я вышла на сцену и присела в реверансе. Выпрямившись, поймала одобрительный взгляд княгини. Ксавьен улыбался, но что-то таилось в глубине его прекрасных глаз. Быть может, это была грусть?

Что, родной, не удалось прошлой ночью с Земфиночкой потусить? Очень сочувствую!

— Леди Лишхас, вы давно увлекаетесь скрипкой? — вдруг услышала я вопрос королевы, когда брала в руки инструмент.

— Да, Ваше Величество. — Я склонилась в реверансе.

— Что ж. Я ожидаю услышать превосходную игру. Из всех музыкальных инструментов мне ближе всего именно скрипка. Надеюсь, вы не разочаруете меня.

Ее фиолетовые глаза блеснули, и она улыбнулась.

Как-то не понравились мне ее слова. А еще... Мне показалось или она пару мгновений смотрела на мой живот?

Надеюсь, что первое.

Успокаивая дрожащие от волнения руки, я удобнее перехватила смычок и взяла первую ноту. Инструмент звучал просто превосходно. Сразу чувствовалось, что за ним следили и поддерживали в изумительном состоянии.

Вскоре к моей певучей скрипке присоединились мажорные аккорды фортепиано, тихо заиграла флейта. Я наслаждалась игрой, однако не отрывала пристального взгляда от нотной тетради. Я слишком мало репетировала, чтобы запомнить всю внушительную мелодию.

Вытянув очередную ноту, я поняла, что она звучала совсем не так, как на репетиции. Наверное, из-за волнения немного перепутала струны. Нужно постараться быть внимательнее.

Я четко следовала повелениям нотного стана, но вновь услышала фальшь. Эта нотка, выбивающаяся из общего ряда, разрушала прекрасную композицию мелодии и резала слух. Оттого обрамление звучания скрипки в виде фортепиано и флейты теряло свое целостность.

Еще одна нота жирной бородатой жабой слетела со струн инструмента. Я поморщилась.

— Достаточно! — раздался резкий голос королевы.

Музыка резко оборвалась. Я подняла голову и посмотрела на Жоену Деваланар, которая с явным разочарованием поглядывала на меня в ответ. С каждым мгновением, проходящим в тишине, я чувствовала себя ужасно под всеми этими взглядами присутствующих. Я боялась отвести взгляд от королевы, ожидая увидеть в глазах других то же разочарование и насмешку.

— У вас совершенно нет слуха, леди Лишхас! — проговорила она после недолгого молчания.

Щеки обожгло жаром. Стало трудно дышать, а в горле встал ком. Хотелось просто провалиться под землю, но еще было ужасно обидно. У меня был слух! Разве я виновата, что мне подсунули испорченную нотную тетрадь! Ну конечно...

Я подняла взгляд и увидела хихикающих в кулачок участниц отбора. В глазах каждой было видимое превосходство. Каждая считала своим долгом презрительно усмехнуться, как бы говоря: «Так-то, букашка ты надоедливая, нечего было нарываться!».

Я поджала губы, кусая их изнутри, сдерживая готовые пролиться слезы обиды.

— Для того, чтобы быть успешной скрипачкой, мало знать каждую ноту. У инструмента есть душа, и ее надо чувствовать, леди Лишхас.

Я снова обратила внимание на королеву, которая теперь смотрела на меня, как на надоедливое насекомое, жужжащее у нее над ухом.

— Ваше Величество... — подал голос Ксавьен.

— Нет, сын мой. Не желаю слышать ни слова в ее оправдание. Вы меня очень расстроили. Уйдите, — снова обратилась она ко мне, добивая. — Позовите леди Майто, она сможет скрасить этот вечер.

Со стороны одного из старикашек раздался смешок. Я резко посмотрела в его сторону, а тот, ничуть не стесняясь, продолжил мерзко хихикать.

И это стало последней каплей! Я будто бы была в каком-то кошмаре, где каждый смотрел на меня с презрением, так и дожидаясь момента, чтобы растоптать меня, унизить, обидеть.

Чувство обиды схлестнулось со злостью и совершенно новым для меня чувством — желанием доказать всем, что они ошибаются.

Я кинула взгляд на Ксавьена. Он мгновение с беспокойством всматривался в мое лицо, а потом, видимо что-то прочитав в моих глазах, широко улыбнулся.

— Простите, Ваше Величество, но вы ошибаетесь! — громко и четко заявила я.

У правительницы брови едва ли не в волосы улезли. Она, видимо, не ожидала, что надоедливая мошка вдруг начнет жужжать сильнее после того, как ее прихлопнули газеткой.

— У меня есть слух, Ваше Королевское Величество! И я могу чувствовать душу инструмента!

Быстрым четким движением я разместила скрипку на плече и взмахнула смычком.

Я отбросила нудные скучные напевы, которые упорно мне подсовывала леди Форво. Моя музыка рвалась вверх и стремительно падала вниз, рвала душу и раздирала сердце. Она кричала о боли, и тут же смеялась от радости. Она шептала, разговаривала, будоражила. Она пела.

Играя, я чувствовала злорадное удовлетворение. Чем идеальнее был нотный ряд, тем шире становилась моя усмешка. Чем сложнее становилась мелодия, чем тяжелее было удерживать контроль над инструментом, тем больше мне хотелось посмотреть в лицо королевы.

Пусть узнает, что я из себя представляю. Пусть поймет, что не имеет права так меня оскорблять!

Музыка смолкла. Но я не боялась встретиться взглядом с королевой. Я не боялась наказания за то, что ослушалась ее приказа.

Выражение лица женщины на первый взгляд было безразличным, но глаза... Глаза говорили о том, что она очень удивлена.

Я была уверена, в моих глазах светилось торжество победы. Я невольно чуть выше приподняла подбородок и присела в реверансе.

Послышались неторопливые хлопки. Подняла взгляд и увидела, что Ксавьен, широко улыбаясь, аплодирует. К нему с явной неохотой присоединился Адриан, а затем все остальные.

Королева осталась неподвижной. Она поджала губы и кинула на меня взгляд, наполненный чем-то таким неприятным...

Но мне было все равно. Я знала, что победила, и от этого на губах расцвела широкая улыбка, а сердце все еще сильно билось в груди из-за пережитых эмоций.

С торжеством посмотрела на девушек на балконе и усмехнулась, увидев их злые и разочарованные лица.

Так-то!

Ксавьен совершенно внезапно оказался рядом и подал руку. На его лице цвела знакомая раздражающая улыбка.

— Позвольте сопроводить вас к столу.