Анастасия Миллюр – Если ты попала в книгу или осторожно, мысли материальны (СИ) (страница 29)
— Да-да, умная девочка, Тиэрэну повезло, жаль что ненадолго.
Я сглотнула.
— Но Рэн все-равно придет сюда.
Бог улыбнулся.
— Да, и скорее всего приведет с соброй светлых в том числе и носителяистиного Света.
— Но если ты заберешь силы у меня, — я сглотнула, — и допустим даже у светлого, как ты справишься с Рэном?
— Легко, ему не выстоять против объединенного Света и Тьмы. А как только он сдасться заберу Тьму и у него, — усмехнулся он. — А сейчас посиди чуть-чуть, Виктория.
Я вздрогнула от своего настоящего имени. Он погладил меня пощеке.
— Я заберу у тебя Тьму и ты будешь свободна.
Я отчаяно давила в себе панику и верила, что Рэн сейчас чудесным образом спасет меня.
— Подожди, ответь на еще несколько моих вопросов, — попросила я.
Алеисандро вздохнул.
— Ну давай.
— Почему ты украл меня только сейчас?
— Я ждал, пока ты забеременеешь. Я и уже пробовал один раз украсть тебя, но мне помешал твой Грис. А потом я решил провернуть одну махинацию. Подчинял темных и устраивал вахканалия на темных границах, а потом то же делал со светлыми. Также я убивал послов, в общем делал все, чтобы началась война.
— Но зачем? — удивилась я.
— Мне нужно было, чтобы на меня напали объединенные Свет и Тьма, как это было несколько тысяч лет назад, — охотно объяснил Бог.
— Но ты же собираешься забрать Тьму у меня. А я то сейчас ни с каким светом не объединена.
Бог улыбнулся.
— Ошибаешься. Аринэлия-то была светлой. Поэтому в тебе и Свет тоже есть, просто его подавила Тьма. Ты вполне подходишь, чтобы на треть заполнить мой магический вакуум.
— Ты сумасшедший, — констатировала я факт.
— Да, может быть, но я считаю, что все великие люди немного сумасшедшие, — пожал он плечами. — Все, а теперь сиди спокойно.
Я в отчаяной попытке попыталась призвать магию, Тьму, что угодно. Но Тьма лишь скреблась внутри, а магии я не чувствовала совсем.
— Ты уж меня, конечно, прости. Но мне придеться тебя вырубить, — он ласково улыбнулся.
Тут здание начало трястись. Что это?!
— О, спасатели пришли раньше, чем я думал.
Сердце тут же наполнила надежда.
— Тогда, дорогуша, процесс отдачи Тьмы пройдет для тебя болезненно, — вздохнул Боги и положил руку на против моего сердца.
Сразу же стало невыносимо больно, мне будто отрывали руку или ногу или все сразу. Я выгнулась в агонии боли из меня стала уходить что-то важное, нужное, мое. Я закричала, по щекам покатились слезы. Как же больно! Будто все внутри горит! Тут все прекратилось. Я почувствовала себя слабой и беззащитной. Тело охватила неимоверная слабость. Сидеть удавалось с трудом. кое-как подняла голову и отетила, что Алеисандро наоборот цветет и пахнет. У-у-у, гори в аду сволочь! Я бы это сказала в слух, да сил совсем не было.
Я закрыла глаза. Да, моя смерть уже близко. Всем известно, что в магии заключается наша сущность, наша жизнь, а ее из меня вырвали. Мне осталось максимум неделю. Жаль только мои малыши умрут вместе со мной. Снова раздался невероятный грохот пол затрясся. Приоткрыла один глаз и увидела, что теперь зал нполнен как минимум парой десятков светлых и темных. Во главе мой Рэн. Грозный и ужасный. Любимый. Сил не было даже волноваться за него, накатила апатия и я сквозь полузакрытые глаза смотрела, как "наши" нападают на Бога, а он с легкостью отражает их удары. Тут что-то происходит и Алеисандро исчезает из моего вида, чтобы через секунду появиться снова. Только теперь от него веяло еще большей силой.
"Он забрал Свет у короля Аирэноса" — констатировал мозг.
Я согласилась с ним. Сердце сжалось. Надо же. Я все же могу волноваться. По щеке покатилась слеза, я собрала все силы и подняла голову. Тут же встретилась взглядом с Рэном. Он секунду смотрел на меня, а потом взревел, как раненое животное и… темнота.
Глава 21
Я чувствовала поцелуи на лице, руках, голове и тихий шепот:
— Ри…
Я чувствовала, как меня крепко обнимают, как нежные руки гладят меня и слышала полный боли голос:
— Очнись, Ри.
Потом приказ:
— Очнись сейчас же!
И снова полное муки:
— Не оставляй меня.
Я все слышала и чувствовала, но не могла понять, что происходит. Я не помню, кто я, что я, что случилось. Почему мне невероятно трудно открыть глаза, почему все тело будто налито свинцом. А потом я вспомнила. Все вспомнила. Изахотелось кричать, потому что я немогу умереть, не дав жизнь моим малышам, не могу, не прожив долгую и счастливую жизнь с Рэном. Ведь это не правильно! Так не должно быть! У меня должен быть хэппи-энд! И радует только одно, если Рэн сейчас со мной, значит он победил Бога, значит этот подонок не получил, чего хотел.
— Ри, — снова услышала я.
Мне хотелось сказать: "Успокойся, мой хороший! Я с тобой. Я никуда от тебя не уйду. Я не брошу тебя!". Я почувствовала, как по моей щеке скатилась слеза.
— Не плачь, родная, — услышала я и почувстввала, как меня обнимают и целуют. — Не бойся, маленькая, я что-нибудь придумаю. Я не потеряю тебя!
Я верю Рэн. Верю, но нет сил… Нет сил открыть глаза, нет сил быть в сознании, поэтому я уплываю в блаженную темноту. Снова вынурнуть заставляет посторонний голос:
— Ее уже не спасти, Ваше Величество. То что не забрал Бог, вытянули дети.
— Дети? — хрипло переспросил Рэн.
От его голоса у меня все оборвалось. Полностью, абсолютно сломленный.
— Да, вы не знали?
Потом снова темнота и фраза:
— Мы можем продлить ее жизнь максимум на месяц, если удалим их из ее тела.
Поняла, что они говорят о моих малышах. Нет! Не позволю!
— Что скажите, Ваше Величество?
— Нет, — выдохнула из последних сил я. — Рэн, нет.
— Маленькая, ты умираешь, вдруг тогдаты сможешь выжить, — прошептал у самого уха муж.
Я не позвлю убивать моих детей! Нет! Вдруг я и без этого выживу, тогдая не прощу ни себе, ни ему, что мы убили их.
— Нет, — снова я, — пожалуйста.
— Ваше Величество?
Услышала тяжелый вздох. Затем почувствовала ласковое прикосновение к виску и поцелуй.
— Нет, — резко ответил он, а затем:
— Вон.
Снова нежный поцелуй:
— Что же ты делаешь, маленькая?
Меня крепче обняли.