Анастасия Миллюр – Что такое не везет, или С рогами на выход (страница 11)

Я без тени сомнения поддала ей, но теперь уже по лицу. Ибо нечего чужие вещи без спроса трогать. Мне теперь их все после этих мадамочек перестирывать придется, наверняка они там микробов столько насажали, что одежду неделю полоскать нужно будет!

Девушка рыкнула и вскочила, ее подруги также отвлеклись от моего чемоданчика, испытавшего все муки надругательств, и с враждебностью уставились на меня.

Остальные обитательницы этой казармы предпочитали бездействовать, не вставая на мою сторону, ни присоединяясь к этим воровкам.

— Вам чего там понадобилось? — оскалилась я.

— Не твое дело.

— Думаю, что мое. Поскольку это — мои вещи!

— Такая умная? — рыкнула девица, что стояла позади главной. На ней был особенно отвратительный балахон, который выглядел так, будто его не стирали уже очень долго.

— А тебя видно боги этим обделили! — презрительно фыркнула я, не меняя боевой позы.

— Не нарывайся!

— А я и не нарываюсь. Я обороняюсь! А теперь пошли вон от моего чемодана!

Я снова замахнулась метлой. И поскольку у этих девчонок такого грозного инструмента в руках не было, они, шипя и ворча, отошли. Та девушка, удерживающая Линту, тоже удалилась.

Мельком осмотрев вещи, я сделала вывод, что украсть они ничего не успели. Им же лучше. Папочка позаботился наложить на вещи заклинание против воровства, и тому, кто приватизировал их, пришлось бы несладко. Похоже, любимый родитель знал, куда я отправляюсь. Ну, еще бы ему не знать!

Застегнув сумки я сгрудила их так, чтобы удобно было нести вниз.

— Ты уходишь? — как-то испуганно спросила Линта.

— Ага, бежит, поджав хвост! — отозвалась со своего грязного вонючего матраца девица, которая была поцелована моей метлой.

Проигнорировав ее замечания, обернулась к Линте.

— Не из академии, но из этого клоповника точно.

— Но что не так? — удивилась девушка.

Я обвела многозначительным взглядом все это пространство и в завершении кинула взор на воровок. Девушка кивнула, но нахмурилась:

— Они — да, но в целом, условия отличные.

Не могла посмотреть на девушку без жалости. Боги, где же она воспитывалась, коль такая нечеловеческая обстановка кажется ей нормальной?

— Нет, Линта, — покачала я головой. — Это — отнюдь не отлично. Даже не близко.

— Но где ты будешь жить?

В этот момент мне показалось, что в казарме стало абсолютно тихо, не звучало ни лишнего шепотка, ни звука чьего-то голоса, казалось, все были заняты своими делами, но я знала, что они подслушивали.

— Не важно.

— На улице, наверное, — хмыкнула какая-то ведьма.

Я снова не поддалась на провокацию, постаралась выдавить из себя улыбку полную сочувствия к бедной Линте, потом поняла, что мне это не удастся, и просто усмехнулась. Осмотрев вещи, которые были готовы к погрузке, кинула грозный взгляд на ведьм:

— Если приду, и увижу, что вы снова рылись в моем чемодане, вам не поздоровится. Мы с метлой составляем идеальный тандем.

Девушки зафыркали.

— А не боишься, что мы скажем, что ты не ночуешь в общаге? Не думай, что ты одна такая умная. Нам есть куда идти, просто это запрещено.

— Рассказывайте, — пожала я плечами. — Но слышала я, что доносчиков не сильно любят.

После этого я пошла вниз. Зомби посмотрело на меня нечитаемым взглядом и уткнулось в свои записи.

От отведенного мне часа прошло всего ничего.

Поэтому я, посмотрев на лаки, вынутые мной при повторной укладке вещей, пошла в администрацию.

Там скелетиха, растрогавшись до глубины своего хранящегося где-нибудь в лаборатории сердца, напоила меня чаем с печеньками. Оказалось, что она очень даже душевная тетенька, посочувствовала моей проблеме, поругала вместе со мной бывшего жениха и похвалила за то, что развела некроманта на жилье.

— Правда, у них там запах тоже не самый приятный. Но это все же лучше, чем в общежитии у ведьм, — сказала она, отхлебывая чай из кружки, который даже и не знаю, куда девался из ее скелетистого тела.

Посмотрела на нее задумчиво, решила, что сначала нужно будет сходить к некроманту в комнату, оценить обстановку, а уж потом переезжать. Как-то не хотелось менять шило на мыло, а мыло на компот.

Тем временем, отведенный час медленно подходил к концу, и я распрощавшись со скелетихой, поспешила в свой корпус. Некромант, проявляя чудеса, пунктуальности, уже ждал меня там.

Завидев мое приближение, он перестал ковырять носком ботинка землю и уставился на меня.

— Ну, где твои вещи?

— Знаешь… — начала я. — Мне сначала нужно посмотреть, что там у вас да как. А то как-то не хочется переезжать из одного хламовника в другой.

Я думала, он меня убьет.

У него так пальцы скрючились, что я невольно забеспокоилась о красоте своей белой шейки и здоровье в целом. Как-то не хотелось, чтобы на вышеупомянутой части тела заимелся красный след от его рук.

— Пошли, — рыкнул он.

Улыбнулась тому, что буря миновала и довольно потопала вслед за некромантом.

— А звать-то тебя как? — спросила его, поняв, что так и не узнала его имени.

— Сиэн.

— Кэмрин. Очень приятно.

— Взаимно! — прорычал он.

Я подумала о том, что для такой внешности он все же слишком агрессивен. Так и не знаток в драгоценных камнях поймет, что он что-то скрывает. Надо будет с ним поговорить об этом. Потом, когда Сиэн немного остынет.

Как и предупреждала моя новая и, к сожалению, уже мертвая подруга в общежитии витал все тот же неприятный сладковатый запах разложения, который ощущался в фойе.

И хотя комнаты имела довольно приличный вид, с этим запахом невозможно было смириться. Даже надушенный платок не мог ничем помочь. Я скривила губы, сильнее прижала белую ткань к носу и вздохнула.

Этот мерзкий запах все портил, а ведь комната была действительно неплохой.

Просторная, с огромной двуспальной кроватью в центре, с бархатными черными шторами на окне, массивным шкафом ручной работы и мебелью этого же мастера. На каждом предмете интерьера были оставлены его инициалы, и я подумала о том, что это вообще ни разу не справедливо.

Комнаты некромантов были обставлены мебелью на заказ, а нам даже матрацы новые не выделили, что уж говорить о кровати!

Но, тем не менее, остаться я здесь не могла.

На самом деле, дело было не только в запахе. Сердце царапало чувство вины, что я бросила Линту на съедение тем ведьмам, и плюс было какое-то необъяснимое желание доказать им, что я — не трус, который бежит от опасности сломя голову. Я сталкиваюсь с ней лицом к лицу и, глотая сопли и пот, бьюсь до потери пульса.

— Нет. Я здесь не останусь.

Я повернулась к некроманту, который дышал спокойно, ничем не прикрыв нос. Очевидно, для него запах был привычным.

Он качнул головой, привалившись спиной к стене и переплетя руки на груди.

— Как хочешь.

Я еще раз оглядела комнату, вздохнула и проговорила:

— Если станет совсем невмоготу, я приду. Так что, жди меня.

Он фыркнул.

— Всенепременно.