Анастасия Медведева – Сердца требуют (страница 77)

Тимур мной восхищается?..

Что-то подобное он сказал мне около лифта десять минут назад, но я его не поняла: решила, что он перестал верить в себя, поэтому его планка автоматически опустилась. до моего уровня.

Но, выходит, это не планка опустилась, это изменилась система оценивания?

- Но почему - мной? - спрашиваю.

И не могу не отдавать себе отчёт: я целенаправленно нарываюсь на комплименты.

Да, я хочу, чтобы хоть кто-то признал, что я чего-то стою.

Я жажду услышать это своими ушами.

Раньше я этого не осознавала, а сейчас.

Меня разрывают противоречия: я хочу, чтобы Екатерина Сергеевна хвалила меня, подтверждая, что мой внутренний компас не сбит, и что моя самооценка не завышена, и одновременно хочу, чтобы она не делала этого - потому что из-за её похвалы Тимур будет чувствовать себя ущемлённым в любви. А он непременно будет.

Выходит, я хочу её не меньше, чем он сам.

Хочу любви. Хочу заботы. Хочу тепла. И хочу всего этого от тех, кого уважаю и ценю. Такое простое желание.

Его осознание приходит ко мне одновременно с осознанием не менее простой и понятной истины - как тяжело было Тимуру, когда он не получал банальной поддержки от своих родителей!

- Сильный и уверенный мужчина никогда не будет довольствоваться пустой девицей с милым личиком. Напротив. Он будет чувствовать себя самодостаточным только рядом с сильной и умной женщиной - такой же достойной, как он сам, - произносит Екатерина Сергеевна, отвечая на мой вопрос, - Возможно, ранее Тимур сделал свой выбор бессознательно. Но, поверь, придёт время, и он сможет понять себя. И до него дойдёт, почему он привёл тебя в это агентство и заставил меня взять тебя на стажировку.

- Он может осознать это слишком поздно. В тысячах километров отсюда, - произношу глухим голосом.

- Я верю в него, - только и произносит Екатерина Сергеевна; затем кладёт руку мне на плечо, - иди, приведи себя в порядок. Нам предстоит сложный разговор с девочками - я хочу, чтобы ты была готова.

Киваю и выхожу из кабинета.

Не знаю, на чём основана её вера, но не уверена, что во мне столько же мудрости, сколько и в ней.

Сейчас я готова орать на Тимура. Бить его по груди. Прогонять с порога своего дома.

Я хочу, чтобы он одумался, прекрасно осознавая, что мной руководит мой личный эгоизм. Так же, как и им - его.

Очень легко сказать - ха, я выше всего этого, и первой усмирю свою тёмную сторону! Однако это будет ложью. Я не хочу отпускать его и не могу ничего с этим поделать.

- Я должна сделать объявление, - произносит Екатерина Сергеевна.

Сижу у стены, опустив голову. Жду, когда все слова будут сказаны.

После всех переживаний этого дня, данный разговор не вызывает у меня ни страха, ни неловкости. Это рабочий процесс.

Единственное, что волнует меня - это реакция Леси.

Именно поэтому я поднимаю взгляд и смотрю на подругу, когда директор озвучивает своё решение касательно моей позиции в группе.

И тут же испытываю облегчение: искренняя радость на её лице даёт ответы на все вопросы.

- Но как это... - Ксана тоже разворачивается ко мне и смотрит на меня таким взглядом, что у любого другого человека тут же появилось бы желание пойти и сдать все нормативы на комиссию из профессионалов, проверив целесообразность своего вступления в группу,

- она станет слабым звеном!

- Кто это решил? Ты? - вежливо уточняет Екатерина Сергеевна, внимательно глядя на девушку.

- Если вы берёте её только из-за Тимура, то. - вновь начинает Ксана, как директор её перебивает:

- Я беру её из-за способностей, продемонстрированных за пару недель стажировки.

- Но она будет лишней! У нас сформированный состав! - не унимается рыжая в то время, как Аглая внимательно смотрит на меня в упор.

- Объясни мне, Ксана, кто дал тебе право решать, кто должен быть в группе? Может, я что-то упустила в контракте, который создавала сама?

После этого вопроса директора, девушка унимается. И поджимает губы.

- То, как ты пользуешься своими связями - это нечестно! - наконец, произносит она, посмотрев на меня.

- Это говоришь мне ты? - подняв бровь, уточняю, - Думаешь, я не знаю, что здесь происходило неделю назад, когда я принесла Екатерине Сергеевне нашу с Лесей песню?

Рыжая широко раскрывает глаза, а затем затравленно озирается, пытаясь найти на лицах остальных ответ на единственный вопрос - кто ещё знает?..

- А что здесь происходило? - уточняет Аглая, переводя взгляд на свою подругу.

- Это. другое. - оправдывается та, не находя себе места.

- Это как раз то самое, против чего ты здесь так «искренне» борешься, - неожиданно вступает в разговор Леся, качая головой и глядя на Ксану с усмешкой, - с одной только разницей: Надя заслужила своё место в группе, - затем подруга поворачивается ко мне и произносит с широченной улыбкой, - я рада, что ты будешь с нами!

- Спасибо, - одними губами отвечаю.

Но в этом слове заключено всё: благодарность за поддержку, благодарность за верность, благодарность за дружбу, благодарность за понимание.

Я всегда знала, что Леся не воткнёт нож в спину. Именно поэтому и сдружилась с ней, доверившись своей интуиции.

- Поздравляю, - только и произносит Аглая, никак более не показывая чувств, одолевающих её в этот момент.

- Я постараюсь вас не подвести. Позаботьтесь обо мне, - отзываюсь, вспомнив принятое в Корее выражение на подобный случай.

- Серьёзно... - Ксана качает головой, недоверчиво глядя на меня.

Вижу, что она хочет ещё многое сказать. Но и мне есть, чем поделиться. Потому произношу уверенно:

- Как ваш будущий лидер, я могу пообещать: никто не будет обделён. И никто не будет выделен среди остальных. В нашей группе главным принципом будет принцип равноправия. Надеюсь, вы разделяете эту позицию, - взглянув на Екатерину Сергеевну, добавляю, - в противном случае я предлагаю снять с себя обязанности и выбрать нового лидера путём голосования.

- Я за тебя, - жмёт плечом Леся, - и за равноправие.

- Не вижу проблемы в твоём лидерстве, если ты действительно будешь прислушиваться ко всем нашим предложениям, - медленно проговаривает Аглая, изумляя меня до глубины души.

- Буду. И если у нас будет ничья в споре о каком-то моменте, решение будет принимать Екатерина Сергеевна, - предлагаю с ходу.

- Но это же очевидно - вы будете на её стороне! - развернувшись к директору, произносит Ксана.

- Что именно тебя пугает в моей позиции лидера? - спрашиваю прямо.

- Вы подруги, - кивая в сторону Леси, отвечает та.

- И?.. - предлагаю продолжить.

- Ты будешь делать так, как это выгодно для Леси!

- Я же только что сказала, что я против того, чтобы кто-то выделялся среди других. Ты вообще меня услышала? - уточняю напряженно.

- Она не может этого понять, - вновь подает голос Леся, - и не сможет.

- Это почему? - огрызается Ксана.

- Именно потому, что вы с Аглаей - такие же подруги, - хмыкает Леся, с весельем глядя на неё, - и именно потому, что ты планировала обделять меня соляками.

- Ксана, успокойся, - брюнетка успевает осечь рыжую до того, как та ещё больше скомпрометирует себя, - ты сейчас неправа. И это очевидно.

- И ты туда же?! - изумляется Ксана.

- Ты обвиняешь их в том, что сама планировала делать. Что мы обе планировали. так что нет смысла отпираться. Эти разговоры звучали и не раз. Просто признай это и надейся, что Надя - умнее всех нас, и не будет припоминать нам все наши промахи, - устало произносит Аглая, а затем переводит на нас не менее усталый взгляд, - давайте уже зароем топор войны и займёмся творчеством.

- Отличная идея, - кивает Леся совершенно серьёзно.

Не знаю, чем закончится это противостояние, но надеюсь, что Аглая не играла на публику, пытаясь вернуть расположение Екатерины Сергеевны. А потому подхожу к ней после разговора, выловив рядом с лифтом, и задаю вопрос: