Анастасия Медведева – Паучья вдова 2 (СИ) (страница 43)

Да, секс бы сейчас очень помог. Помог расслабиться — и морально, и физически. И вообще… расставил бы многое по местам.

Но я чувствую каждой своей клеточкой, что, пока от меня не отцепился невидимый глазу крючок, оставленный вниманием ко мне Охотника, ни о каком «разрешении всех проблем» речи идти не может.

— Ха Ру? — возвращаю взгляд молодого человека на себя: он так и не ответил.

— Мне нравится, как звучит моё имя, когда ты его произносишь, — произносит бывший телохранитель.

— А мне нравится твоё тело. Как думаешь, этого хватит на «долго и счастливо»? — уточняю, склонив голову.

Ха Ру сводит брови, должно быть, пытаясь понять мой сарказм.

— Это была шутка, — признаюсь, посыпая голову пеплом.

— Я понял это. Я не понял, почему ты считаешь, что на «этом» — всё? — спрашивает он.

— О чём ты? — нахмурившись, переспрашиваю.

— Ты думаешь, твой голос — это единственное, что мне нравится?

— Я не знаю. Ты никогда не говорил, — возвращаю ему его же претензию.

— У нас особо и не было возможности пообщаться, — замечает Ха Ру, разглядывая моё лицо.

Что правда, то правда. И всё же…

— Сейчас есть, — замечаю негромко, а затем задаю свой вопрос во второй раз, — так, кто такой Охотник, Ха Ру?

— Уже не человек, — звучит ответ.

— Как это понимать? — ещё больше хмурюсь.

— Так, как услышала — он уже не человек. И не планирует им оставаться.

— А ты? — напряженно уточняю, — Ты ведь тоже был на острове.

Это же всё из-за острова, верно?

— Не столько, сколько он. И я привязан к людям намного больше, — отвечает Ха Ру, — У меня есть сестра. И у меня есть ты.

Сестра у тебя — та ещё коза.

Но последние слова сероглазого красавца затронули моё сердце — я это остро почувствовала.

Я была его якорем?..

Я рада это слышать.

Потому что он был якорем для меня.

— Чем, ты думаешь, это всё закончится? — спрашиваю негромко, опуская голову.

— Битвой, — отвечает Ха Ру ровным голосом.

— Кого с кем? — уточняю также тихо.

Но ответа так и не звучит.

Не нравится мне это молчание…

— Саму империю перекраивайте, как хотите — у меня к ней привязанности нет. Но прошу, не боритесь друг с другом, — произношу, глядя в сторону.

— Как ты себе это представляешь? Что мы разойдёмся с миром? — спрашивает Ха Ру.

— У вас же одна цель, — напоминаю ему его же слова.

— Когда она будет достигнута, у нас останется ещё кое-что общее…

Поднимаю голову, встречаясь с ним глазами.

— И, думаю, никто из нас не захочет этим делиться, — продолжает Ха Ру, глядя на меня сверху вниз.

— Вы меня делить собрались? — смотрю на него тяжелым взглядом, — Так я уже свой выбор озвучила. И Рэн в курсе, что нам с ним не по пути.

— То, что ты сделала выбор, его не волнует. Для него главное, что он сделал — свой.

— Это дичь какая-то, — выдыхаю, качая головой, — Ха Ру, — произношу чётко и ловлю его взгляд, — я — не разменная монета. И я, в отличие от местных дам, в обморок от счастья не упаду, когда меня возжелают взять в охапку и утащить в неизведанные дали. Если ты до сих пор не понял, что я за человек, то…

— Именно потому, что я понял — что ты за человек, я сейчас здесь, — перебивает меня бывший телохранитель; затем неожиданно притягивает к себе, — Мало кто в курсе, но я очень жадный. И если тот, кого ты зовёшь Рэном, захочет забрать тебя силой — я отвечу тем же.

Объясни мне, графинька, почему наше глупое сердечко трепещет?.. Он же не в любви мне, в конце концов, признался…

— Я себе слабо представляю, чтобы за это жалкое тельце велись такие бои, — фыркаю немного нервно.

— Это слабое тельце — единственно-ценное сокровище, которым обладает эта реальность.

Молчу, слушая собственное дыхание, и впервые не знаю, что сказать.

Если он чувствует всё это, почему я узнаю об этом только сейчас? Зачем он согласился на то дурацкое наказание? Почему позволил себе отдалиться, оставляя меня наедине со всеми местными тайнами и интригами императорского двора?..

— Скажи, что ты знал, что тебя не казнят, — произношу едва слышно.

— Я не знал этого, — звучит ответ.

— Тогда я не понимаю, — отстраняюсь от него, затем отхожу на центр гостевой, запуская руку в волосы.

— Судьба дала мне второй шанс. Шанс побороться за тебя. И я не мог им не воспользоваться, — произносит Ха Ру из темноты.

— Ты чуть не опоздал, — замечаю сухо.

Хотя, какое такое «чуть»? Я беременна от другого мужчины.

— Я получил силу, способную отстоять моё право.

— Твоё право? — переспрашиваю, взглянув на него.

— Моё право быть рядом с тобой.

Честное слово, моя ценность в его голове явно завышена.

— Нам необходимо понять, что будет, когда… — провожу рукой по ещё плоскому животу, решившись поднять непростую тему, как замолкаю, услышав стук.

— Госпожа!

Мора громко стучится в дверь, и я едва успеваю открыть рот для громкого «нельзя!», как Ха Ру исчезает, растворяясь в портале.

Ну, вот. Опять осталась одна. И опять — с нерешенным вопросом.

Мужчины…

Глава 19

Есть ли смысл говорить, каким взглядом я наградила свою ключницу, когда та вошла в покои?

— Что такое, Мора? — не без раздражения уточняю.

— У вас гость, моя госпожа, — склонив голову, отвечает та, — гость, который не может войти внутрь.

— Хан снова пришёл? — нахмурившись, уточняю.