Анастасия Марина – Колыбельные сказки для самых маленьких (страница 1)

Анастасия Марина

Колыбельные сказки для самых маленьких

Спи, закрывай глазки. Самые добрые сказки приходят к тем, кто верит в сладкие сны.

Лунное Зёрнышко

В одном самом обычном городе, на самой обычной улице, в самом обычном доме жил мальчик по имени Ваня. Каждый вечер, когда мама гасила свет, Ваня не мог уснуть. Он ворочался с боку на бок, считал овечек, но сон не приходил.

А высоко-высоко, на серебряной ладошке Месяца, жила маленькая Звёздочка. Её работа была самой важной на всём небе – она выращивала детские сны. Но был у неё секрет: чтобы сны долетели до детей, им нужно было дать опору. Для этого Звёздочка сажала в облака особые лунные зёрнышки.

Однажды зёрнышко выскользнуло у неё из рук и полетело вниз, прямо к земле. Звёздочка испугалась, что без него чей-то сон будет беспокойным, и бросилась вдогонку.

Зёрнышко пролетело через открытое окно и упало прямо на подоконник Ваниной комнаты. Мальчик осторожно приблизился, чтобы рассмотреть получше. Это была крошечная, светящаяся жемчужина.

Вслед за ней в комнату впорхнула Звёздочка. Она была совсем крошечной, в серебряном платьице, и от неё пахло ванилью и свежим ветерком.

– Ой! – прошептала она. – Верни, пожалуйста, моё зёрнышко. Без него твой сон не вырастет!

– А что с ним нужно делать? – спросил удивленно Ваня..

– Его нужно посадить! – ответила Звёздочка. – Но сажать его можно только в тишине и темноте. Давай сделаем это вместе?

Ваня кивнул. Он взял свою самую красивую кружку с мишкой, насыпал туда немного земли из цветочного горшка и пальчиком сделал маленькую ямку. Звёздочка бережно опустила туда зёрнышко, и они вместе присыпали его землёй.

– А теперь нужно лечь, закрыть глазки и подождать, – прошептала Звёздочка.

Ваня забрался в кровать и закрыл глаза. Звёздочка села у него на подушке и начала тихонько напевать свою звёздную песенку. Она пела о мягких облаках, о тёплом ветре, который качает деревья, о медвежатах в своей берлоге и о котятах, свернувшихся клубочком.

Ваня слушал и представлял себе всё это. Ему было так спокойно и уютно, словно его самого кто-то нежно обнимает.

И тут из кружки на подоконнике потянулся к потолку тонкий, серебристый росток. На его верхушке раскрылся бутон, похожий на колокольчик, и по комнате разлился мягкий, тёплый свет.

Из бутона появился сон. Он был пушистым, как котёнок. Сон подплыл к Ване, обнял его своими мягкими лапками и тихонько прошептал на ушко: «Всё хорошо. Спи спокойно».

Ване стало так хорошо, что он уснул крепким, сладким сном.

Звёздочка погладила его по голове, забрала кружку с волшебным цветком и улетела обратно на небо. Теперь она знала, что в одном самом обычном доме живёт мальчик, который умеет сажать лунные зёрнышки.

С тех пор Ваня всегда засыпал быстро. Он просто закрывал глаза, вспоминал серебристую Звёздочку и её песенку, и сладкие сны сами приходили к нему в гости.

Шуршатик и Тишина

В одной большой комнате, в самом тёмном и уютном углу под кроватью, жил маленький Шуршатик. Он был совсем крошечный, серенький и очень-очень добрый. Всё его тельце было сделано из самого приятного на ощупь плюша, а внутри него вместо сердца билась пара пуговиц, которые нежно постукивали: «тук-тук, тук-тук».

Работа у Шуршатика была очень важная. Каждый вечер, когда в комнате гасили свет, он вылезал из-под кровати и собирал все звуки, которые мешали детям спать.

Вот пропищал где-то капризный половичок: «Ой, меня тут носочком задели!». Шуршатик подбегал к нему, гладил своей мягкой лапкой, и половичок сразу затихал.

Вот скрипнула дверца шкафа, жалуясь, что её забыли закрыть плотно. Шуршатик аккуратно подтолкнул её, щёлк – и шкаф успокоился.

Вот за окном зашумел слишком громкий ветер, наигрывая на водосточной трубе. Шуршатик выглядывал в окошко и делал ему ручкой: «Тш-ш-ш!». Ветер, словно извиняясь, сразу стихал и начинал напевать колыбельную едва слышно.

Но однажды вечером случилась беда. Шуршатик искал по всей комнате последний звук – тихое, назойливое жужжание, которое никак не хотело умолкать. Оно летало по комнате, как надоедливый комарик, и не давало заснуть маленькой хозяйке комнаты, девочке Маше.

Шуршатик прыгал по полкам, заглядывал под стол, карабкался на штору, но не мог его поймать. Он уже совсем выбился из сил и грустно сел на краешек кровати. Его пуговичное сердце стучало тревожно: «тук-тук-тщщ… тук-тук-тщщ…».

Он замер и прислушался. И тут всё понял. Жужжание доносилось… из него самого! Это от усталости и волнения его собственная плюшевая шёрстка наэлектризовалась о пижаму Маши и тихонько шуршала.

«Ой-ой-ой! – испугался Шуршатик. – Я сам стал тем, кто мешает спать! Что же делать?»

Он попытался замереть и не дышать, но от этого ему стало очень грустно и одиноко. Вдруг он почувствовал, как на его головку легла тёплая маленькая ручка. Это Маша, не открывая глаз, повернулась и обняла его.

– Не бойся, Шуршатик, – прошептала она сквозь сон. – Твой шорох самый лучший. Он мне снится.

И тогда Шуршатик понял, что есть звуки-сорняки, которые мешают, а есть звуки-цветы, которые убаюкивают. Его собственное, тихое, ровное шуршание было похоже на шелест листвы за окном или на шёпот моря в ракушке. Оно было частью ночи.

Шуршатик устроился поудобнее у Маши под мышкой, нашел свою самую удобную позу и начал дышать ровно-ровно. Его сердце-пуговки стучало тихонько: «тук-тук… тук-тук…», а плюш шуршал о простыню, словно листва под лёгким ветерком.

Тук-тук, шур-шур. Тук-тук, шур-шур.

Этот звук не был больше помехой. Он был колыбельной. И под его убаюкивающий ритм Маша, наконец, глубоко уснула самым крепким и сладким сном.

С тех пор Шуршатик больше не гонялся за своим собственным шуршанием. Он знал, что иногда лучшая тишина – это тихий, родной и очень уютный звук.

Белый Мишка, который искал сон

Далеко-далеко, на самом крайнем севере, где снег никогда не тает, а ночь длится полгода, жил Белый Мишка. Его шубка была белее белого, а глаза – чёрными-пречёрными, как угольки. И всё у него было хорошо: и рыбы в море вдоволь, и льдины удобные. Но вот беда – Мишка не успел заснуть с приходом северной ночи.

Все остальные мишки давно уже сладко спали в своих снежных берлогах, видели во сне лето и мёд, а наш Мишка один бродил по льдам и смотрел на звёзды – такие яркие и игривые, что они тоже, казалось, не спали.

«Мне нужен сон, – думал Мишка. – Но где его взять? Наверное, его нужно найти».

И он отправился в путь.

Первым он встретил Северное Сияние. Оно переливалось зелёными, фиолетовыми и розовыми всполохами и танцевало по всему небу.

– Сияние, – попросил Мишка, – подари мне немного своего света для сна. Он такой красивый.

– Я не могу, – запело Сияние. – Мой свет слишком яркий и праздничный. Он для танцев, а не для снов. Он разбудит тебя.

Мишка вздохнул и пошёл дальше. Он встретил большую Касатку, которая выпрыгивала из черной воды.

– Касатка, – сказал Мишка, – может, твоя песня усыпит меня? Она такая длинная и печальная.

– О нет, – ответила Касатка. – Мои песни для того, чтобы разговаривать с далёкими друзьями через весь океан. Они полны тоски и далёких дорог. Они не усыпят.

Мишке стало грустно. Он уже хотел вернуться домой, как вдруг заметил в небе одну-единственную, самую маленькую и скромную Звёздочку. Она не сверкала, как её сестры, а просто мягко светилась уютным желтоватым светом.

– Здравствуй, – тихо сказала Звёздочка. – Ты ищешь сон?

– Да, – ответил Мишка. – Но, наверное, я его нигде не найду.

– А ты закрой глаза, – прошептала Звёздочка.

– Но тогда я ничего не увижу, – удивился Мишка.

– Именно поэтому и нужно закрыть, – мягко сказала Звёздочка. – Сон живёт не снаружи. Он живёт внутри. Он похож на меня.

Мишка был удивлён.

– Разве? Ты же на небе, снаружи.

– Моё тело – на небе, – согласилась Звёздочка. – А мой свет – он идет из самого сердца. И он добирается до тебя, даже когда ты не смотришь. Ляг, закрой глаза и представь, что мой свет – это тёплое одеяло. Оно не греет шубку, оно греет душу.

Мишка лёг на мягкий снег, который был похож на огромную перину, закрыл глаза. И правда – сначала было темно и страшновато. Но потом он вспомнил про свет Звёздочки и представил, что этот свет – это не просто луч, а тёплое-претёплое покрывало, которым кто-то нежно его укрывает.

Ему стало так тепло и спокойно, будто его обняла сама мама. Он перестал искать сон снаружи. Он начал ждать его внутри. Он представил, как это покрывало медленно укутывает его лапы, спину, уши…

И тогда сон пришёл. Он не приплыл по морю и не упал с неба. Он вырос из самого сердца Мишки, как красивый и нежный цветок. Он был тёплым и бесконечно добрым.

Мишка сладко зевнул, подтянул лапу к носу и заснул. И ему снилось, что его качает на ладони большая и добрая ночь. А скромная Звёздочка светила ему всю долгую полярную ночь, охраняя его сны, зная, что самый главный секрет сна нужно искать не глазами, а сердцем.

Как Тучка одеяло шила

Наступал вечер. Небо над спящим городом медленно темнело, из мягкого синего становясь фиолетовым, словно спелая слива. И на этом большом небесном полотне начинала свою работу маленькая тучка по имени Пушинка.

Её работа была самой важной и самой красивой на свете. Она шила детям одеяла – не простые, а сонные.

Всё начиналось с одной-единственной серебряной нитки. Это была первая вечерняя звёздочка. Пушинка аккуратно подхватывала её и тянула за собой через весь небосвод. Ниточка-звезда светилась ровным, неярким светом.