Анастасия Малышева – Романтичная история для Даши (страница 5)

Андрей устало кивнул, опуская голову ниже и вновь берясь за шнурки – от коньков с застёжками он отказался под предлогом, что надёжности меньше и ощущения не те.

А Дарина оттолкнулась от бортика и медленно поехала вдоль него. Привычка взяла свое. Уже через пару метров девушка почувствовала себя увереннее и рискнула отдалиться от борта, не боясь упасть.

Она оглянулась на своего парня, но тот по-прежнему возился с коньками, и Даше стало даже немного совестно. Как будто она сбежала и бросила своего Дюшу наедине с дурацкими шнурками, а сама рванула отрываться. А ведь смысл был именно в совместном походе. В том, чтобы вместе кататься, играть в догонялки или просто за руку неторопливо кружить, негромко обсуждая какой-нибудь фильм или книгу.

Эта мысль будто подстегнула, тем более что и Андрей выпрямился, когда Даша была практически напротив него, просто возле другого борта.

Ускорившись, девушка свернула сразу напрямик. И мимолетно улыбнулась, подумав о том, что всё-таки лёд здесь прекрасный. Как раз, пока на улице катков нет, можно будет прийти сюда ещё пару раз. Например, в следующие выходные. Покататься без спешки, а потом пойти домой, греться под общим пледом и смотреть какой-нибудь фильм, из числа последних новинок.

От этой мысли стало тепло, и на лице сама собой появилась широкая – мечтательная, – улыбка. Даша затормозила рядом с парнем.

– Ты готов?

– Угу.

Андрей неуверенно кивнул, с сомнением переступая в коньках, и вышел на лёд с нескрываемой опаской.

– Ты выглядишь так, будто первый раз на льду.

– Я старый, больной человек. Мне уже двадцать один, ну какие коньки, Дашуль? – он натужно рассмеялся. – Я на них последний раз классе во втором катался.

– Скажешь тоже, – Даша смешливо наморщила нос. – Давай руку?

– Не-не-не. Я лучше вдоль бортика. Потихоньку, полегоньку. А ты иди, катайся, – он вымученно улыбнулся. – На меня не смотри. Наслаждайся.

– Андрюш…

– Иди, Даш. Иди. Катайся.

Под его напряжённым взглядом Даша расстроенно шмыгнула носом. Знала уже, что таким тоном он говорит, когда нервничает. Покорно оттолкнулась от бортика и медленно проехала вперёд спиной, не отрывая взгляда от своего парня.

Андрей же, совершенно не замечая, шёл по льду так, будто он в лыжах или ластах – высоко поднимая ноги, – и судорожно цеплялся за бортик, словно тот единственная опора в этом неустойчивом мире.

Время близилось к восьми, и народ на удивление начал прибывать – вопреки словам Андрея о скором закрытии катка. Родители с детьми, многочисленные парочки, просто компании друзей. Шумные, весёлые. Какая-то даже предложила присоединиться к веселью, но Даша вежливо отказалась, сославшись на то, что не одна здесь.

Ей не особо поверили, но настаивать не стали. А сама девушка, почувствовав себя немного неуютно, решила вернуться к Андрею – вновь не закончив полный круг.

Парень стоял почти на том же месте, где и до её ухода. Но хотя бы не цеплялся за хлипкую ограду так отчаянно, а вполне сносно стоял самостоятельно.

Даша улыбнулась шире, невольно ускоряясь, но Андрей выставил вперёд руки и отошёл в сторону, всё так же высоко поднимая ноги и чудом не поскользнувшись.

– Поехали? – Даша улыбнулась предвкушающе радостно. – Прокатимся. Я буду тебя держать и…

– Езжай сама, – парень покачал головой, по-прежнему хмурясь.

– Почему? – девушка непонимающе заморгала.

Отказ Андрея, да ещё и столь внезапный, ошарашил её не хуже, чем если б она на стенку налетела.

– … Ноги устали. В коньках тяжело, далеко я не уеду. И тебе никакого удовольствия, если я буду постоянно падать. Да и не удержишь ты меня… Иди, Дашунь. Катайся. Ты ведь так хотела.

– А… Угу, – Даша растерянно кивнула, отталкиваясь коньком и медленно отъехала от парня.

Через пару метров она оглянулась, чтобы увидеть, как Андрей всё так же неловко переступая ногами направляется на выход, чтобы переобуться.

Всё настроение, вся радость исчезли. Испарились. И смотреть на другие парочки которые катались вместе, пусть даже не держась при этом за руки, но очевидно наслаждаясь происходящим, стало грустно. Даша не обижалась на других… На Андрея она тоже, в принципе, не обижалась – ей просто было непонятно, зачем вообще тогда они приезжали. Она ведь не просто на каток хотела, а вместе кататься!

Тяжко вздохнув, Даша оглянулась на Андрея, который, как она и думала, уже переобувался в свою обувь, и шмыгнула носом. Гоняться по катку сейчас уже было невозможно. Народа стало слишком много, и большая часть была детьми. Даша их в обычное то время остерегалась, а уж на катке, где и лёд жёсткий, и коньки острые – тем более.

Бесцельно Даша сделала ещё круг и снова шмыгнула носом, понимая, что банально замёрзла уже. Удовольствия – совершенно никакого. Лишь грусть и недоумение.

Андрей сидел на лавочке, прихлёбывая горячий шоколад, от которого в животе громко заурчало.

– О, Дашуль.

Парень оторвался от телефона, где до подхода Даши что-то энергично печатал, и улыбнулся ей вполне радостно.

– Накаталась? – он сделал глоток и громко смял стаканчик.

Даша с грустью проводила пустой уже стаканчик, и снова шмыгнула носом, чувствуя витающий в воздухе аромат.

– Угу.

– Ты замёрзла уже наверно.

– Да. Было бы неплохо выпить кружечку горячего шоколада, – она слабо улыбнулась.

– Тогда тем более. Пойдём, я отвезу тебя домой – там и шоколад вкуснее пить будет.

Даша нахмурилась, но медленно кивнула, уныло переобуваясь в сапоги. Андрей сейчас выглядел максимально довольным жизнью, и собственная обида из-за дурацкого какао казалась совершенно глупой и даже нелепой. Но тем не менее, выбросить из головы это не получалось.

Дорога до дома прошла в тягостном молчании. Впрочем, таким оно казалось разве что Даше, потому что Андрей негромко подпевал песням на радио и даже похлопал по рулю в такт мелодии, когда они стояли на светофоре.

– Дашуль, ты чего такая грустная? – парень посмотрел с улыбкой.

– Устала. Замёрзла. Есть хочу.

Даша дёрнула плечом и снова шмыгнула носом. Машина Андрея была не супер навороченной, да и старенькой уже, поэтому в салоне было лишь немногим теплее, чем на улице.

– Ну ничего же. Сейчас дома отогреешься, покушаешь, – Андрей совершенно не расстроился односложным ответам своей девушки.

– Угу.

Наконец вот он – дом. Всего пара метров до двери подъезда. Но Даша продолжала сидеть в авто, не глядя на Андрея, и неловко вертела в руках телефон.

– Может поднимешься?

Она с надеждой посмотрела на него.

– Не, Даш, – Андрей с улыбкой покачал головой. – Мне на завтра готовиться ещё, а я голодный как собака. Да и ты устала.

– А… Ага, – Даша кивнула и, потянувшись, неуклюже чмокнула Андрея в щёку. – Тогда… Спишемся?

– Конечно, Дашуль. Обязательно.

Девушка снова кивнула и, открыв дверь, поёжилась от по-настоящему зимнего холода. Неопределённо махнув рукой на прощание, Даша с силой захлопнула дверцу и бегом помчалась домой. Вновь не стала дожидаться лифта, а буквально взлетела по лестнице.

– С возвращением, блудная дочь, – отец лишь усмехнулся, встретив взмокшую дочь в коридоре.

– И тебе добрый вечер, па.

Замёрзшие пальцы были не очень послушны, и даже банально снять куртку и сапоги оказалось тем ещё испытанием.

– О, дочь, а ты чего одна? – мать удивлённо посмотрела на Дашу, с интересом принюхивающуюся к еде.

– Андфей скафал, фто…

– Прожуй, и скажи нормально! Ну что ты за чудо моё, а.

Даша кивнула, ещё активнее жуя утащенный кусочек мяса со сковороды, и лишь запив водой, повторила.

– Андрей сказал, что ему на завтра задали много, а ему ещё еду готовить, ну и…

– А что мешало ему поесть у нас? – мать удивлённо покачала головой. – Неужто застеснялся?

Даша неуверенно плечами пожала – она ведь и сама не догадалась предложить ужин, – и шмыгнула носом. Именно он оттаял первым, и теперь с него нещадно текло.

– Иди уже, переодевайся. Горе ты моё, – мать с улыбкой покачала головой.