Анастасия Малышева – Артемия. Принцесса (страница 11)

Геральдика была гораздо скучнее – преподаватель даже не пытался меня как-то заинтересовать, уныло гундося какие-то общие факты. «На гербе Китенских фиолетовый фон, символизирующий, что это королевский род. А два льва, стоящих спиной к спине, один с магическим жезлом, а второй в короне, символизируют особые таланты, присущие вашей семье».

Пожалуй, из всего его нудения, полезным было лишь знание, что синий цвет герба присущ герцогским семьям.

Зато урок истории пролетел даже быстрее, чем занятие с магистром Виарно. Никаких сухих фактов, лишь похожая на сказку история, которая звучала настолько живо, будто учитель видел все эти события собственными глазами.

И это было замечательно. Вот только весь энтузиазм и восторг испарились, когда мы с Симоной подошли к дверям обеденной залы. Очень захотелось пить и от волнения совершенно пропал аппетит.

Первый мой обед с семьёй. Первый – полноценный и домашний.

– Мне страшно, – тихо призналась я няне, с опаской глядя на закрытую пока ещё дверь.

– Просто будь собой. От тебя никто не ждёт большего, – Сима ободрительно улыбнулась и едва заметно кивнула в сторону двери.

Шумно вздохнув, я энергично кивнула и, сжав руки в кулаки, шагнула вперёд.

Комната не была незнакомой, я ведь уже присутствовала на семейных трапезах. Вот только было это ещё когда «я», то есть Артемия, была «жива», а Астер не заперли в башню. И сейчас комнату я оглядывала с жадным любопытством, пытаясь перебороть угнездившееся внутри и не желающее уходить волнение.

– Проходи, сестричка, – Терион нежно улыбнулся, отрывая меня от созерцания обстановки.

Он даже встал, чтобы помочь мне и придвинуть стул ближе к столу, и снова занять своё место, слева от меня и напротив Корнелии.

– Спасибо, – я смущённо улыбнулась и, спохватившись, вздёрнула готовую опуститься голову.

Смущалась – Артемия. А Астерия всегда смотрела прямо и смело. И я должна об этом помнить, даже сейчас… Особенно сейчас.

Отец ещё не пришёл, брат и сёстры молчали, а я чувствовала себя неловко под пристальным, задумчивым взглядом Корнелии. И я не могла ответить ей тем же – я всё ещё больше Мия, чем Астер. Но я не опустила голову, не смутилась открыто, и это уже хорошо… Наверно.

– Ну как тебе первый день занятий? – с любопытством спросила Лонесия, перетягивая внимание на себя.

И удивилась не только я. Терион тоже посмотрел на Лону недоумённо, и лишь Корнелия осталась царственно спокойна. Но вторая сестра смотрела на меня с нескрываемым любопытством, и я решилась ответить.

– Мне…

– А меня, представляешь, – Лона экспрессивно взмахнула руками, – меня сегодня спросили, как называлась страна, где впервые на землю сошли Боги. А я говорю…

– Лонесия, будь так добра – не позорься, – голос Корнелии звучал холодно и властно, неся в себе характерные отцовские нотки недовольства. – Если спросила – будь добра выслушать или же не открывай свой рот вовсе. Ты принцесса или же твоя мать тебя от конюха пригуляла?

– Да как ты?! , – Лонесия вскочила со своего места, полыхая румянцем на щеках и шее.

– Что здесь происходит? – строгий голос короля поставил точку в почти начавшемся споре.

Лона совершенно невоспитанно плюхнулась на стул, обиженно надувая губы, а я невольно опустила голову чуть ниже, лишь украдкой взглянув на отца и тётю.

Его Величество Лерион был сдержанно недоволен, а вот тётя Шонель явно раздосадована. И, судя по взглядам, что она бросала на Лонесию, именно моя вторая сестра была причиной подобных эмоций.

Нам вставать, чтобы поприветствовать отца не пришлось – всё же обед семейный, а не торжественный. Король занял место во главе стола, а тётя слева от него, и трапеза началась, заставив меня задуматься над тем, что «точно ли это обычный обед».

Всё так же чинно и медленно, каждое блюдо приносилось на отдельном подносе под серебряной крышкой, а стол украсили различные тарелочки маринованных грибов и овощей, а также с десяток разных соусников.

– Корнелия, дорогая, ты точно уверена в своём решении?

Вопрос отца прозвучал, когда на стол подали десерт, и я заинтересованно подняла голову. Кроме меня явный интерес проявила разве что Лонесия, чей взгляд был каким-то ну очень уж жадным. А вот брат явно знал, о чём речь, и, кажется, был не в восторге от поднятия этой темы.

– Отец, мы уже обсуждали это. Мне в Академии делать нечего. Достаточно и того, что туда поедет Терион и., – она прервалась и, выпрямившись, пристально посмотрела на меня. – И «Астерия».

Астерия? В Академию?! Радостный порыв был задавлен тяжёлым взглядом отца. Я ведь только притворяюсь Астерией, но не являюсь ей на самом деле. Значит ли это, что в Академию отправимся обе мы? Или же туда отправится Астерия, но тайком, а я продолжу притворяться ею во дворце. А может… Может во мне вовсе отпадёт нужда, когда для Астер придёт пора поступать.

Я нервно сглотнула и опустила голову, делая вид, что полностью поглощена десертом. Яблоки в карамели с корицей и все это на шарике сливочного мороженного. А Астер ведь обожает яблоки с корицей.

– Хорошо, – отец вздохнул. – Переговоры я начал, если правитель оборотней согласится, назначим свадьбу на следующую осень.

– Благодарю, отец, – Корнелия величественно кивнула.

Мой собственный вздох прозвучал эхом. Мне до такого уровня ещё учится и учится. Да у меня выполненные по всем правилам поклоны не выглядят столь эмоционально, как простой кивок старшей сестры. В нём чувствовалась глубочайшая искренняя признательность, и это вызывало во мне зависть… Совсем чуть-чуть.

– Терион, как твои успехи?

– Магистр говорит, что дар проснётся к моему дню рождения, – с горящими глазами отозвался брат. – Учитель фехтования хвалит… Отец, я хочу спарринг с тобой!

– Желаешь сделать сестру королевой раньше срока? – Его Величество рассмеялся. – Я уже не так хорош и слишком давно прикован к трону, чтобы состязаться с тобой на мечах.

Тери вздохнул, но без особого расстройства. Словно он примерно такого ответа и ожидал. Заметив мой изучающий взгляд, брат подмигнул.

– Лонесия? Как твои успехи? – голос отца прозвучал чуточку прохладнее, хотя мне могло просто показаться.

– Всё-хорошо-отец, – скороговоркой пробормотала она, опустив голову.

– В самом деле? – этот вопрос задала Шонель, впервые за весь обед подав голос.

– Мне не нравится этот учитель танцев, – Лона недовольно надула губы. – Мастер Тей был лучше.

– Зато этот гарантированно учит, – спокойно отозвался отец, переведя взгляд на меня. – А как твои успехи?

– Мне понравилось заниматься, – осторожно произнесла я, подняв голову от тарелки, и облизнула губы. – Отец…

– Да? – кажется, его удивила моя просительная интонация.

– Я бы хотела заниматься фехтованием… – под суровым взглядом синих глаз моя решимость таяла быстрее, чем мороженное в креманке. – Вместе с Терионом… Если это возможно… Пожалуйста, – тихо закончила я.

– Фехтованием? – задумчиво протянул отец.

Я неловко повела плечами, под скрестившимися на мне взглядами. Не ожидала, что простая просьба привлечёт столько внимания – даже Корнелия выглядела заинтересовавшейся.

– Почему бы и нет, в самом деле. Думаю, тебе пойдёт на пользу умение обращаться с мечом, – Его Величество Лерион едва заметно улыбнулся, одними глазами.

– Благодарю, отец.

Я попыталась изобразить такой же величественный кивок, как старшая сестра недавно, но вызвала лишь новые улыбки.

– Я тоже хочу фехтование! – Лонесия требовательно уставилась на тётю Шонель.

– Тебе оно не пригодится, – отец недовольно поджал губы. – К тому же, тебе уже поздно начинать заниматься. Лучше уделяй больше внимания танцам и каллиграфии, это пригодится гораздо сильнее… В твоём случае.

От этих слов нахмурилась тётя, а Терион и Корнелия отчего-то развеселились.

– Отец, мы можем идти?

– Разумеется, – он задумчиво кивнул. – Астерия, подойди ко мне.

Терион с Корнелией покинули столовую вместе и одинаково величественно, а я отодвинула вазочку с нетронутым мороженным и поспешно сжала кулаки, пряча нервную дрожь в пальцах.

– Шона, – отец устремил строгий взгляд на свою сестру, решившую задержаться. – Я хочу поговорить с дочерью наедине.

Жрица Ортана громко фыркнула, последней покидая комнату. Я медленно приблизилась к отцу.

По его лицу было совершенно невозможно понять, о чём он думает и о чём хочет со мной поговорить. Мне оставалось лишь гадать, связано это со мной, с Астерией, или с чем-то мне пока неизвестным.

Он рассматривал меня задумчиво и пристально – словно видит в первый раз за долгое-долгое время. Хотя, по большому счёту, так оно и было. Не помню, чтобы мы виделись после того бала.

Молчание начинало давить своей неопределённостью. Я переступила с ноги на ногу, всё сильнее ощущая повисшую в воздухе неловкость.

– Отец?

– Ты… Ты молодец, – он тяжко вздохнул, отведя взгляд. – Ты можешь идти.

Непонимающе моргнув, я медленно исполнила положенный реверанс.

– Ваши слова – честь для меня. Доброго дня… Ваше Величество.