Анастасия Малкова – Луна, ослеплённая Солнцем (страница 16)

– Меня просто… Напрягают ваши отношения. Я думал, вы правда как-то подружитесь, но что-то не особо.

– Ты селил нас в один дом с этой целью?

– Нет, просто думал, что… Общий быт как—то вас сплотит.

– Ха, за четыре дня-то. Старик, да великий оптимист! – Джоб уже убрал руку, потому что Стефан расслабился. Казалось, он печется об этом так, словно кот, который уже много времени жил подле хозяина, не сжился с маленьким щеночком, притащенным с улицы. – Люди никогда так быстро не сходятся. Да и кто сказал, что я хочу с ним водиться? Первые дни нашего знакомства он лез туда, куда ему не стоило. Я преподал ему урок, чтобы он знал, где его место, и перестал мне досаждать.

– Он тебе досаждал?

– Очень.

Джоб вздохнул и уперся локтями в колени. Он опустил голову, а взгляд его упал в ноги.

– Ты для меня загадка, Стефан. Мы с тобой почти год знакомы, а я так и не могу понять, что ты за человек. Я, конечно, никогда не расспрашивал тебя о прошлом, потому что понимаю, что тебе точно пришлось несладко. Но что ты из себя представляешь, что у тебя в мыслях, я не знаю.

Джоб верно распознал, что со Стефаном что-то не так. Поэтому-то никогда и не досаждал допросами. Наверняка думал, что будет сыпать соль на рану.

– Ты вроде со мной, но постоянно далеко. Я вижу, что со мной ты общаешься больше, чем с другими в нашем коллективе, но все равно мы как будто на разных планетах.

Стефан никак не прокомментировал это, продолжая внимать. Джоб же задал неожиданный вопрос:

– Что ты об этом думаешь?

Стефан вопросительно поднял брови. Он думал, начнется излияние души в виде монолога, которое ему нужно только воспринимать и иногда кивать для порядка.

Немного подумав, Стефан решил ответить, как есть:

– Я думаю, так и есть.

Стефан действительно далеко. Он думает о взаимодействии с Джобом с позиции «уважение в обмен на помощь». И не думал он никогда как—то глубже.

Джоб разогнулся и развёл руками.

– Спасибо за честность. Меня в тебе подкупает то, что ты говоришь правду прямо в лоб. Для тебя это будто в порядке вещей.

– Мне просто всё равно, что люди думают. Говорю, как есть, и всё.

Джоб взглянул на Стефана, и в его глазах читалось неодобрение. Стефан же, по обыкновению своему, был глух. Ему нет дела до того, устраивает ли старика его позиция или нет.

И Джоб об этом знал, потому произнёс:

– Я уж в курсе. Ты прямолинейный и вроде как честный, сдерживающий обещания, но… В тебе есть что-то двоякое.

Стефан пожал плечами.

– Меня таким сделала жизнь.

Джоб сложил руки на груди, продолжая рассматривать лицо Стефана. Ответ, конечно, в его духе, а хотелось какой-то конкретики.

– Я говорил, что не лезу в твою жизнь, но ответь на пару вопросов, пожалуйста, – попросил он, и Стефан удивился. В груди зачесалось желание отвергнуть, но махнул рукой в разрешающем жесте.

Интересно было, что выдаст старик.

– Три вопроса. И я кое-что спрошу у тебя в ответ.

Джоб кивнул в знак согласия.

– Откуда ты родом, раз ты иммигрант? Что с твоими родными?

Стефан оценил предприимчивость Джоба. Тот не стал спрашивать о чем—то банальном, а сразу огорошил существенными фактами жизни.

Ну, Стефан решил не врать.

– Уже два вопроса. Ответ на первый: я родом из Италии. Ответ на второй: они погибли очень и очень давно.

Стефан побывал во многих странах и даже не на одном континенте, но то, откуда он начал и где родился – Италия. Родная страна в центре Средиземноморья, где его нога не ступала уже давно.

Джоб вытаращился на Стефана, с трудом переваривал полученную информацию. На лице Стефана не было и тени притворства.

– Так, сейчас будет вопрос не по этой теме, – сразу предупредил Джоб. – Ты что, серьезно что ли? Италия?

– Серьёзно. Опять не веришь?

Стефан прищурился, а вот Джоб открыл рот, выглядя теперь не удивлённым, а знатно позабавленным. Уже через секунду он разразился смехом.

– Ха-ха-ха, Стефан! Так чего ты мне сразу не сказал, когда на работу-то устроился?! У меня ж заведение какое, а? Итальянской кухни! Если б ты мне сразу сказал… да мы б с тобой такое меню замутили, Mamma Mia!

– Ага! Non ho nient'altro da fare[1]… – пробурчал Стефан, закатив глаза.

– Чего—чего? – не понял Джоб и испытал ещё больший шок. – Стефан… Я никогда не слышал, как та говоришь по-итальянски. И, если честно, ты, ну… Какой-то бледненький для итальянца.

– А я с севера, – Стефан изрядно утомился от заинтересованности Джоба. – И в Италии очень давно уже не живу. К тому же зачем мне говорить на итальянском, если я живу в США?

– Но почему ты…

– Мы отвлеклись. Очень сильно отвлеклись, – напомнил Стефан. – Давай последний вопрос. Я не думаю, что ты хочешь его потратить на вопрос об Италии. Я больше не хочу говорить о ней.

Джоб вытянулся, как по струнке, и замолчал. Кажется, все—таки понял, что лучше больше не обсуждать эту тему. Было бы ещё лучше, если он вновь применил свою тактичность.

Судя по тому, как быстро вопрос прозвучал, очевидно, это уже давно терзало ум старика:

– Почему ты за пять месяцев нашего знакомства, так и не восстановил никакие документы? Ты же говорил, что у тебя их нет. Вообще что ли нет, даже подтверждающих итальнское гражданство?

Вот это он, конечно, вопрос со звёздочкой задал. Ха, а старик неплох. Хотя любопытство касаемо этого понятно.

Джоб никогда вопросов и не задавал, но они всегда у него были.

– Я не могу тебе об этом рассказать, старик. Звиняй.

Стефан здесь не мог сказать ни правды, ни лжи.

Как объяснить, что это бессмысленно, потому что его официально и не существует? Его жизнь не была никем задокументирована в современном мире, а возможные записи о юности, наверное, давно канули в лету. Даже если бы он документы имел, появилось бы больше проблем. Не сразу конечно, лет так через двадцать-тридцать. И касалось бы это нестарения Стефана.

Так что лучше без них, чем с ними. В конце концов, Стефан никогда не покупал нечто грандиозное. А если и покупал – трейлер, например – то с рук. Медицинское обслуживание ему ни к чему – бессмертие сделало не убиваемым. Он пережил даже страшные эпидемии и пандемии чумы, гриппа, оспы, коронавируса. На него ничего не липнет, а с ранами от проклятия он обращаться научился.

– Стефан, а если серьезно…

– Я серьезен, старик. Прости, но у меня есть весомые причины. Это был третий вопрос, и теперь моя очередь спрашивать.

Джоб снова уперся локтями в колени.

– Эх, валяй, – смиренно ответил он.

Стефан не заставил себя долго ждать:

– Почему ты мне помогал с самой первой встречи?

Только сейчас Стефан осознал, что все ошметки истории, которую он впарывал людям, лишь бы от него отвязались, шиты белыми нитками. Они, укрытые несколькими слоями незыблемого «Это не твое дело», звучали очень неубедительно и вызывали вопросы у всех. У Алена, у Джоба. Наверняка еще и у других работающих в кафе, просто об этом не говорили.

И все возникающие вопросы – следствие контакта. В случае Джоба еще и следствие заинтересованности.

Но ведь и у Стефана были к нему вопросы. Он тоже в старике как в человеке заинтересован?

Джоб, получив ответку, усмехнулся и потер свой наконец-то побритый подбородок.

– Скажем так. Ты напомнил мне кое-кого. – Ого, оказывается, ощущения Стефана той весной не подвели. – Того, кому я не помог. У вас есть сходства характера.

– Ха, и потому ты решил помочь теперь мне?