Анастасия Малкова – Дотянуться до тебя (страница 51)
И вот вроде бы все закончилось хорошо. Он должен был идти в общагу с легким сердцем, ведь они все разрулили, но нет. Матвей все равно не мог успокоиться.
Он решил написать Лене то, о чем думал.
«Знаешь, иногда мне кажется, что ты не умеешь дружить и лишь делаешь попытки, копируя установленные в обществе паттерны поведения, но потом, когда что-то идет не так, лажаешь»
Возможно, это звучало грубовато, но Матвей был зол, а еще… Он не боялся выразить напрямую свои мысли, потому что знал, что Лена не обидится на правду-матку и, возможно, даже согласится. Если её эти слова заденут, то он, конечно, извинится, но…
Этого не произошло. И Матвей знал, что этого не будет.
«Да, все так и есть»
Именно поэтому Матвей не боялся открыто озвучивать свое мнение. Именно поэтому он в ноябре честно сказал, что думает об их июльском разговоре.
От согласия Лены не стало легче. Матвей все еще не мог успокоиться. Придя в общагу, он включил трек «Больше не буду» от группы «Три дня дождя» в фите с «Тринадцать карат». Динамичный ритм музыки как никогда хорошо подходил настроению.
Вступительные строчки резали по ушам и сердцу, попадали точно в цель. Матвею под песню хотелось топать, прыгать, резко дергать конечностями и орать во всю глотку. За этот день в нем скопилось слишком много агрессии, которая переросла в неконтролируемый поток энергии. Её невозможно было обуздать.
Песня сменилась на более легкую и позитивную – заиграл кавер на песню Лепса «Я тебя не люблю» от группы «ПИКЧИ!». Однако Матвея все еще колбасило. Он едва смог переодеться, разогреть обед и усидеть на стуле десять минут, чтобы поесть. «Я тебя не люблю» стояла на репите. Слушая её, он думал о том, как хорошо, что больше ничего не чувствует к Лене, иначе ему было бы хуже, чем сейчас.
В конце концов, Матвей подорвался с места и распахнул дверцы шкафа. Он отыскал толстовку, надел её, но ему не понравилось, как она сочеталась с курткой. Матвей стянул её и с яростью швырнул на кровать. В голову пришла идея надеть черное худи, но сначала оно не хотело искаться, а потом и вытаскиваться. Матвей переворошил все шмотки на полке, прежде чем достал её.
Он быстро надел куртку, обулся, взял телефон. Зарядки было мало, но, кажется, повербанк немного заряжен. На нем горело только две точки. Матвей махнул на это рукой, положил в карман шнур, наушники, пропуск в общагу, карту.
Хотелось уже поскорее вылететь из здания, чтобы выкричать все эмоции.
Глава 22. Клокочущая злость
Матвею хотелось рвать и метать. Телефон зарядился от павер-банка на пятнадцать процентов, а потом поступление энергии прекратилось.
Матвей дошел до какого-то двора на отшибе. Здесь было тихо и спокойно, его бы точно никто не потревожил. В наушниках все время пути громыхала песня «Больше не буду». Он убрал наушники в кейс, музыка стала слышна из динамиков телефона.
Он пел все подряд динамичные песни, которые вспоминались и попадались в плейлисте. Последней хотелось спеть «Я тебя не люблю», которую он слушал полдня, но внезапно экран почернел, на неё появилась надпись «Выключение…»
– Э, нет, стой! Твою мать, – в сердцах выругался Матвей и тяжело вздохнул. Он только вошел во вкус, но судьба его так жестоко обломала.
Без функционирующего телефона ему здесь просто нечего делать. Матвей вышел из двора и оглянулся, чтобы понять, куда его вообще принесли ноги. Судя по окрестностям, он прошел километра полтора – не меньше. Матвей знал, что злость содержит в себе огромное количество энергии, но просто не думал, что настолько много. Он даже не понял, что прошел так много за такой маленький срок.
Теперь он злился на разрядившийся телефон, хоть и был куда более спокоен, чем полчаса назад. Прохлада сегодняшнего дня смогла его остудить. Уже и распогодилось немного, после дождя выглянуло солнце, на улице стало посветлее.
Подходя к корпусу университета, Матвей решил попытать удачу и снова подключил павер-банк к телефону. На удивление, индикатор загорелся, что говорило о том, что в телефон поступает энергия.
На экране высветилось изображение батареи, а под ней «1%». Не веря своему счастью, Матвей включил телефон. Каким-то образом зарядки резко стало на еще двадцать шесть процентов больше.
«Ну и ну, чудеса глюков телефона», – подумал Матвей и усмехнулся. Это значит, он мог записать видео, где пел.
Матвей знал, почему его зацепила именно эта песня, но не знал, почему настолько сильно. Наверное, дело в том, что строки задевали за живое.
Уже первый куплет попадал точно в цель. С каждым днем Матвею все больше казалось, что Лена приходила к нему, только когда для неё это было актуально. И этой «актуальности» хватало на пару встреч, а потом она снова уходила в небытие, уставая от Матвея. Все, он ей переставал быть нужным.
Если бы Матвей был влюблен в неё, то не смог бы вынести эту мысль. Как хорошо, что это прошло. Все-таки отсутствие сильных чувств к тому, кому это не нужно – это так классно.
Матвей зашел в арку корпуса, где было отличное эхо. Благодаря нему голос Матвея был бы отлично слышен.
Матвей пропел две ноты с закрытым ртом для пробы. Звук и правда хороший.
На телефоне было уже тридцать процентов. Матвей отключил павер-банк и поставил телефон на асфальт рядом с несущей колонной. Он нажал красную кнопку, и видео начало записываться.
Он спиной отошел на два шага назад так, чтобы полностью поместиться в камеру. Набрал побольше воздуха и начал:
– Я тебя не люблю – это главный мой плюс
Я на это кино не куплюсь
Переделать тебя я не стремлюсь
Я тебя не люблю – это я так решил
А не то бы никто не жил
Даже лучше, что я тебя не люблю!
Первый дубль заснят. Несмотря на выступления с вокальным клубом, Матвею было страшно петь на улице из-за мысли, что его может услышать случайный прохожий. С другой стороны, он что, поет плохо? И пение на улице возбраняется?
Как бы Матвей ни пытался успокоить себя, это получалось плохо. Он воровато оглядывался по сторонам, будто хотел напакосничать. Но ведь он не делал ничего криминального… Боже, интересно, когда Матвей уже прекратить стесняться выступать перед публикой?
Он ведь до сих пор сомневался в себе, несмотря на признание многих. Из-за этого он и отказался участвовать в Студвесне, хотя Наташа его уговаривала. Матвею было страшно представить, что он может выступать на огромном сцене – в десятки раз больше, чем сцена на мероприятиях вокального клуба. От этого бросало в дрожь. Матвей и так мог забыть слова песен и стихотворений, а на Студвесне от страха бы вообще в обморок упал. Нечего ему там делать.
Матвей оглянулся еще раз. Пока никого не было, так что он решил записать на всякий случай второй дубль.
Слева послышались шаги, но Матвей почему-то не почувствовал паники. Да, был небольшой укол тревоги, из-за которого он пошел к телефону, нагнулся, чтобы взять его, но при этом не переставал петь, а видео не переставало записываться. Он закончил припев в момент, когда в арке оказалась молодая девушка примерно его возраста. Она стучала каблуками и как будто даже не замечала Матвея. И уж тем более ей было все равно на то, чем он занимался. Она ни слова не сказала о его пении, хотя точно слышала его.
Матвей вздохнул. Это, наверное, еще одно подтверждение того, что бояться не надо.
Пока Матвей провожал девушку взглядом, телефон решил снова разрядиться. Ну, это точно все. Второго воскрешения не будет. Матвей выполнил свой гештальт, успокоился, так что можно идти домой. Голова прояснилась, поэтому даже домашку он успеет сделать.
Дома Матвей выложил видео с пением. Лена тут же переслала этот пост в личные сообщения с подписью: «Офигеть, ты где это пел? Не страшно было прям на улице?»
«Не страшно», – коротко написал Матвей, хотя, увидев сообщение Лены, холодно усмехнулся.
«У лабораторного корпуса пел»
«А-а-а-а, все, поняла. Ты молодец, очень круто исполнено!»
Матвей поблагодарил Лену и подумал, что на этом разговор окончен, но она вдруг продолжила писать:
«Слушай, а как прошел концерт, на который ты ходил? А то я так и не знаю»
Брови Матвея поползли вверх. Он был удивлен, что Лена все-таки решила поинтересоваться. Это даже было приятно. А еще получилось, что Матвей Лену недооценивал. Он думал, что она забьет на это и даже спрашивать не будет.
Однако желания много и эмоционально вкладываться в диалог не было. Матвей сначала сказал, что напишет позже, а потом пошел ужинать. Он думал вообще специально «забыть» о том, что собирался рассказать о концерте, но совесть не позволила. Даже если Лена поступает с ним так, он не мог поступать аналогично. То ли он тряпка, то ли просто порядочный человек.
Нехотя и сухо Матвей поделился впечатлениями о концерте. В основном он сетовал на то, что концерт длился совсем недолго. Лена попросила прислать фото и видео, а Матвей, закатив глаза, переслал посты из канала.