Анастасия Малахова – Светоч: путь к свету (страница 46)

Я так и знала, что этим все закончится.

— Даррен! — грозно крикнул дядя. Он явно ничего не понимал.

— Я с тобой еще поговорю! — пригрозил Дар упавшему охотнику и бросился ко мне.

От бессилия я опустилась на пол и снова закричала. От боли у меня слезы потекли из глаз. Казалось, что теперь горело уже не только плечо, но и все мое тело.

Дар склонился надо мной.

— Джеймс, ты где? Давай живеее! — крикнул он в коридор.

Вскоре послышались торопливые шаги. Молодой охотник вернулся назад с бутылью с желтой жидкостью и со шприцем.

Дядя подошел к нам.

— Надо сделать обезболивающий укол. — сказал он, когда Даррен откупорил бутылку. Она пахла медом.

— У нас нет времени. Яд может вот-вот проникнуть в сердце.

Мужчина налил в колпачок желтую жидкость и протянул к моим губам.

— Пей, Эрика.

Он силком заставил меня пить.

Я сглотнула маслянистую на вкус жидкость. А через миг Даррен разлил содержимое этой бутылку на мои раны.

Несколько мгновений ничего не происходило, а затем я не закричала, а заорала от того огня, который стал разгораться в моих ранах, а затем в моем теле. Казалось, что я горю полностью, и нет ни одной клеточки в моем теле, которая не болит.

Даррен держал меня в объятьях все то время, пока я кричала. Мне казалось, что этот огонь выжжет всю меня. Меня словно разрывало на части.

Время словно замерло, а я кричала, потому что не могла выдержать даже маленькой доли боли.

Только спустя десять минут, которые показались мне бесконечными часами, боль стала стихать.

Приехавший к нам врач стал зашивать раны, даже не вводя обезболивающее. После того огня, который я пережила, эти легкие покалывания были сущим пустяком. Он перевязал мне рану.

— Отнеси ее к себе. Ей нужен отдых. — заметил доктор.

После этого я потеряла сознание. Но это было к лучшему для меня.

Глава 32. Жесткая правда

Я пришла в себя на своей кровати. Рана на плече слегка тянула, напоминая о прошедшем вечере.

Нападение демонов на нас всех. Их яд в моей крови.

Меня аж слегка передёрнуло от воспоминаний, как противоядие выжигало яд демонов из моей раны. От этого огня и боли.

В теле чувствовалась еще сильная слабость, словно по мне прокатился каток и раздробил меня всю. Меня еще слегка морозило, но я решила отправиться в душ, смыть с себя пот.

Плечо было перевязано бинтами, так что мылась я очень осторожно — старалась не мочить повязку.

После душа я переоделась в джинсы и футболку. Только после этого взяла сотовый в руки. Там было неисчислимое количество пропущенных звонков и смс-ок со вчерашнего вечера от мамы.

Тут же спешно набрала мамин номер. В телефоне послышались долгие гудки. Я терпеливо ждала, но мама так и не ответила.

Я пожала слегка плечами и спустилась вниз. Мне хотелось есть после вчерашнего стресса. Горячее кофе бы тоже не помешало — помогло бы против слабости во всем теле.

А еще я хотела разыскать…

Тут я немного запнулась. Я не знала, кого я бы хотела найти первым: Розали или Даррена.

Мне хотелось извиниться перед подругой за вчерашнее нападение. И в то же время мне хотелось найти охотника и объясниться с ним.

Я так и не определилась с выбором, когда зашла в кухню и застала всех там вместе. И дядю, и Даррена, и Витторио, и мою подругу, и Ивара. Все они сидели за кухонным островком.

У Даррена был синяк на щеке, а у Витторио под глазом. Их рассадили по разные стороны стола. Логично, чтобы не дрались еще раз наверно.

Когда Дар успел заполучить удар по щеке, для меня осталось тайной. Про фингал Вита я еще помнила. Это Дар накостылял ему вчера.

— Эрика! — воскликнула Рози и покинула свой стул. Она обняла меня крепко, потревожив вновь рану.

— Ай, — слегка застонала я.

Мой голос был таким охрипшим. Наверно, пока вчера действовало противоядие, сорвала себе голос.

— Прости, я не хотела тебе сделать больно. — извинилась поспешно подруга.

Я посмотрела на нее с чувством вины. После вчерашнего дня на солнце ее лицо было красным от загара. Глаза были слегка опухшими, наверное, она всю ночь плакала.

— Прости меня, — извинилась я.

Мне казалось, что это я одна была виновата в том, что ее мир перевернулся с ног на голову. Не уберегла от демонов, не защитила от этой правды.

— Все хорошо, Эрика.

Розали постаралась улыбнуться, но все равно была уже не такая беззаботная, как раньше.

А мне было горько от того, что прежний уютный мирок для моей подруги рухнул, и больше никогда для нее не вернется былая жизнь. Со вчерашнего дня Розали знала о существовании демонов и теперь наверняка будет бояться встречи с ними.

Мы подошли к столу, и я заняла пустое место напротив дяди. Он молчал все это время, наверно ожидая, пока я займу свое место. Только его кучистые брови были сведены вместе.

Мне так и подрывало спросить про смерть отца. Интересно, рассказал бы мне он правду? Особенно сейчас.

— Твоя мама летит сюда. — проговорил дядя.

Он все также смотрел на меня в упор, словно пытаясь просканировать меня. Руки у него были сложены крестом на груди.

— Зачем? — не поняла я. А затем слегка прокашлялась.

— Я ей рассказал про нападение демона. — ответил дядя честно.

Надо же, даже про волков не соврал. А я думала, мне скажут, что меня дикий зверь поцарапал.

— Значит, о демонах она тоже знала? — спросила я горько.

В груди росло неприятное ощущение. Мама знала о существовании демонов. А я, дура, все думала, что ей правду не сказали.

Дядя кивнул.

— Твой отец был охотником на демонов. Поэтому она об этом знала. — пояснил он.

Я прикрыла глаза. Боже, как мне хотелось разнести все вокруг меня и особенно это дурацкое братство света по камушкам. Они мне врали, нагло врали. Все это время они мне врали!

Мой телефон завибрировал. Это была мама. Как вовремя. С ней я как раз и хотела поговорить сейчас.

Я взяла трубку.

— Алло, Эрика. Как ты? — спросила мама встревоженно.

— Значит, ты обо всем знала? — таковым был мой встречный вопрос. Мне очень было важно услышать от нее объяснения. — И ты мне врала насчет смерти отца?

— Я не могла рассказать тебе правду. — торопливо ответила она. — Из-за братства света.

Я перевела взгляд на дядю. О как же меня бесило это его дебильное братство, которое отняло у меня право на нормальную жизнь!

— Значит, это медведи убили отца, да?