Анастасия Максимова – Участковый для босса (страница 8)

Вообще у участковых было три совещания в день. За каким лешим так часто лицезреть друг друга понятия не имела, но правила есть правила. В девять утра, в шестнадцать тридцать и потом в двадцать один ноль-ноль.

Собственно, поэтому у меня не было друзей, парня, да и много чего. Потому что предполагалось, что у нас график ненормированный, а время для личного отдыха где-то днем. Только днем граждан фиг поймаешь, да и работы было столько, что она сама себя не делала. А жаль.

– Так, Малышко, докладывай, что там по жене депутата.

Козлина прямо с порога решил взять меня за рога. Молча выложила стопку объяснительных. Хотя нет, чего молча-то, добавила:

– Проведен поквартирный опрос двадцати квартир, выяснилось, что гражданка Приходько большой любовью и уважением в доме не пользуется, но и недругов рядом не проживает. Буду устанавливать наблюдение.

Козлов нахмурился и собирался было что-то сказать, но не смог. Да просто я реально сделала все, что можно было, и даже сверху. Я молча прошла на свое место и получила вопрос от сонного Ванька:

– А что это двадцать квартир, почему не тридцать? Ты там, что ли, до ночи вчера лазила?

– Да мне консьерж помогла, она списочек всех мамочек написала и сильно сознательных граждан. Я быстро управилась.

– Ну-ну, спала хоть?

– Вань, там сломалась твоя городуха на лампочку, глянешь сегодня, ладно? А то я ночью все притолкни посшибаю, – сменила тему я.

Не любила, когда Ваня начинал свою пластинку по поводу того, что я чересчур много работаю и усердствую. Все же, сам такой же, в участковых иначе никак. Он вообще старший на зоне.

У нас весь район был поделен на шесть зон, мы были в разных. Некомплект примерно процентов шестьдесят. Но так вышло, что сейчас из пяти сотрудников на моей зоне я была одна. Ну, вот так.

На прошлой неделе вроде бы стажера прикрепили, но тут же его куда-то слили. Я понимала, так бывает. Парень взглянул на перспективы, на объем работы и сказал, что лучше в ППС пойдет. Ну, ок.

– Лип, а что ты там такого сделала, что оно работать перестало? Я ж, вроде, на совесть делал, – с подозрением спросил коллега.

– Ой, я Светочку твою вызвала и на столе с ней развлекалась! Да просто мебель сломалась и потянула все за собой. Ноут мой чудом выжил, а вот комп вряд ли.

– Так комп у тебя уже второй год не работает, – с еще большим подозрением добавил Иван.

Махнула на него рукой. Не рассказывать же, что ко мне заходил депутатский красавчик при костюме и устроил непреднамеренный погром? Вряд ли бы Ваня такое оценил.

Полезла в недра своего чемодана за телефоном. Точно, надо бы глянуть, как там Алексей. Он по-любому мне трубку оторвал и сообщениями засыпал. Хотя, может, и не пришел вовсе.

Я ж не вчера родилась все-таки, розовые очки с меня давно слетели. Полезла смотреть, но, к своему удивлению, кроме проклятий и знакомых номеров алкашей да бабулек, других пропущенных не было.

Один номер вызывал вопросы, но это оказался какой-то банк. Нахмурилась. Вот же зараза! Все же, самой придется заступить грудью на амбразуру.

Ну, да ладно, все равно опрашивать дамочку надо. Сегодня позвоню ей, пусть сама на опорник чапает, ей полезен свежий воздух. Глядишь, у нас тоже ароматы внушительные, так что перебьет себе запах какашек.

– Заеду после обеда, будь там, – деловито добавил Ванька, а я с благодарностью ему улыбнулась.

Все же, хорошо иметь такого друга. И в гаражи на ночное дежурство вместе сходит, и электрику подшаманит.

А вот вопрос с наглой депутатской мордой повис в воздухе. Ладно, все равно за удостоверением придется ему прийти. Никуда не денется.

Глава 15. Липа

Пока все подписала у Козлова, пока все отнесла в наше делопроизводство, пока следствие выдернуло по одному из материалов пояснить. Ага! Когда у меня эту папку опера из-под носа увели (вечная борьба за показатели), никто меня слушать не хотел! Вот пусть у них и спрашивают!

Короче, разозлили, плюс к одиннадцати часам стала сказываться усталость. Точно, я еще поесть забыла! Вот блин! Надо, что ли, за булкой с йогуртом забежать в «Семерочку»?

Портфель в зубы, ноги в руки и помчала на опорник. Там надо было хоть прибраться к приходу Ваньки. А то некрасиво как-то получалось. Плюс, неплохо бы было замести следы присутствия другого мужика.

Купила себе булочку, прямо на ходу ее открыла и, причмокивая питьевым йогуртом без сахара с лактобактериями (ну, я же забочусь о своем здоровье), побежала в опорник. Но стоило мне к нему подойти, как я обомлела.

– Твою мать… – чуть не подавилась булкой я.

Возле моего ставшего практически родным места работы стояла «Газель», сновали рабочие, и всем этим руководил запыхавшийся начальник тыла. Что за невидаль?

Да его сюда даже на тортик с чекушкой не затащить было! Он прекрасно знал, что я буду ныть и выпрашивать ремонт. Что за аттракцион невиданной щедрости?!

Подошла поближе, прищурилась, присмотрелась. Нет, правда, люди и заходят они в мой опорник! По-настоящему. Вдруг справа раздался знакомый голос:

– Ну, что же вы так задерживаетесь, Олимпиада Вениаминовна?

Подскочила, уронила между прочим вкусную трофейную и самое главное, что недоеденную булку! Ну, и под конец еще часть йогурта на себя вылила. Выругалась. Тихо, как мне показалось.

– Ого, как вы рады меня видеть! Не ожидал такой бурной реакции.

– Да чтоб вас… Одни убытки от всяких депутатов, – проворчала я, ковыряясь в чемодане в поисках пачки с высохшими влажными салфетками.

– Алексей Александрович, вот все, сейф мы пока погрузили, как и всю секретную документацию, вы же знаете, что у нас есть требования к обеспечению уровня секретности на подобных объектах?

Это начальник тыла с жутким, совершенно не идущим ему лебезящим тоном подошел к моему депутату. Со мной даже не поздоровался! Как будто меня тут и не было!

Зато Алексей взглянул на меня как-то со смешинками в глазах и ответил:

– Да, конечно. Самое главное – это обесточить здание, чтобы в темноте ничего нельзя было найти. Я уже заметил.

На лице старого капитана образовался мыслительный процесс. Он явно ничего не понял. Я же фыркнула и отвернулась. Только сейчас мне показалось, что депутат вот-вот заржет, глядя на меня.

Отодвинулась от него в сторону дома, повернулась к ближайшему зданию, оглядывая себя в зеркальную поверхность грязного окна и… Твою ж! Да у меня молочные усы, будь они не ладны!

Судорожно стала стирать их хоть чем-нибудь под странное хихикание сзади. Давно притолки лбом не сшибал? У-у-у! Нахалюга. Зря вы, господин Пельц, надо мной так потешаетесь.

– А мне никто не хочет ничего рассказать? – грозно уперла руки в боки я.

Тыловик вздрогнул и словно увидел меня впервые. Ну, просто рука-лицо. Он улыбнулся, а потом затараторил:

– Ты представляешь, товарищ депутат нам ремонт в опорнике сделает! Совершенно безвозмездно, и с высшим руководством я уже все согласовал. А ты пока на четвертой зоне поработай, я таблички повешу.

Ну, офигеть, как классно. Просто восторг! Мне без машины очень удобно будет ездить к Ване к черту на кулички. У них еще опорник находится в двадцати минутах от общественного транспорта.

Это у друга машина, а мне на своих двоих ходить! Вот счастье-то большое! Расстроилась и даже как-то погрустнела.

– Ну, я думаю, мы могли бы на входе быстренько отделать одну комнату за пару дней, и Олимпиада Вениаминовна могла бы работать там, а остальное доделать в кратчайшие сроки, – ответил этот лис.

Повернулась к нему и уставилась, словно дыру хотела между глаз прожечь. Стреляла я с переменным успехом, но он-то об этом не знал, так что надо будет его припугнуть как-то.

– Пойдемте, товарищ лейтенант! Мне необходимо уточнить с вами несколько моментов. Вы предпочитаете биде или гибкий душ?

Чего? Какой такой душ? Зачем мне душ? Ничего не поняла, но на всякий случай пошла с ним по направлению к уже преображавшемуся зданию.

Он что, и крышу решил перекрыть? Да эту халупу проще снести и построить заново! Словно читая мои мысли, он сказал:

– Конечно, тут проще было бы все снести и построить заново, но мало ли, вы скоро уволитесь, а я не настолько люблю родную полицию, чтобы создавать незнакомым людям настолько комфортные условия.

И улыбается стоит. Мгновение, второе… Это что же такое, он решил этот ремонт делать для меня?! Нет уж, спасибо! Я нахмурилась и заявила ему:

– Тогда можете сворачиваться. Я все равно здесь работать не стану. Так что, если собираетесь кого-то впечатлить, то лучше делать это перед тем, кому это надо!

Глава 16. Депутат

Мне было совершенно непонятно поведение этой девушки. Я, значит, полночи проторчал под дверью полоумной Анжелы, не выспался, с утра организовал ремонт и договорился с руководством райотдела, а она нос воротила?

– Знаете, Олимпиада Вениаминовна, вообще-то воспитанные люди за подобное спасибо говорят.

– А вы, значит, от меня ждете особых благодарностей? Я-то думала, что все от чистого депутатского сердца.

Да что же это такое?! В какой момент своей жизни я решил помочь этой несносной особе? Так и подмывало свернуть все работы и велеть ребятам ехать на базу.

Какое счастье, что я в отличие от истеричной участковой не вел себя как пятнадцатилетний подросток! Поэтому лишь промолчал и просто отдал флешку. Та сразу напряглась:

– Компромат на меня, что ли, собрали?