Анастасия Максимова – Курсанты (страница 3)

Мне тоже прилетело. Пока мы с мучениями и стонами, сталкиваясь и давя друг друга, как колорадские жуки в бутылке из-под пива, шли эти несчастные пятьдесят метров, Алена три раза наступила мне на пятку. Смачно так.

– Прости, Маша! Я никогда так не ходила…

Она едва не плакала, а я не успела ей ответить. Мы слава богу дошли, но… В этот момент из-за угла вышел просто огромный милиционер. Я заметила его одной из первых и только что рот от изумления не открыла!

Настоящий гигант, с пышными усами, целый полковник с такой выправкой… Ну просто загляденье. Правда, я еще не знала, что этого товарища тут надо за версту чуять и желательно скрываться в противоположном направлении… Быстро скрываться.

Он остановился и осмотрел нас, и тут прозвучало громогласное: «Смирно!». От майора, разумеется. Не знаю, что по такой команде делать надо, но я просто застыла истуканом, как и добрая половина ребят. Мужчина же этот настоящим армейским басом как гаркнул:

– Вольно! Товарищ майор, доложите обстановку.

И тут произошла магия. Оба офицера как по команде подобрались, приложили руки к фуражкам, и майор командным голосом ответил:

– Товарищ полковник, за время вашего отсутствия происшествий не было, сопровождаем абитуриентов следственного факультета на прием пищи.

Сбоку послышалось: «Это же Михалыч, нам хана!», «Да он вообще зверь! Мне друг рассказывал, как он…». Михалыч стрельнул глазами в говоривших, безошибочно вычисляя своих жертв. Разговоры стихли в тот же миг.

Ого, вот это уровень!

– Товарищи абитуриенты. Возможно, хотя сильно сомневаюсь, – он снова обвел взглядом наш «строй», – кто-то из вас станет офицером. Поступить мало. Как показывает практика, надо еще доучиться.

Вот мне кажется, в этот момент никто в строю не думал, что он шутит. Даже стало понятно, как поступившие недоучиваются. Точнее, из-за кого. Он осмотрел нас, словно сканируя, останавливаясь на несчастном Семен Семеновиче. Я с утра переживала, бубнила себе что-то там про центр внимания. Как же я ошибалась!

Да мне до этого парня как в определенной позе до Китая! Повисла пауза. Да что ж ему так невезет-то! Кажется, даже те ребята в центре ржать перестали. Все ожидали, когда рванет. Все же странное место этот институт. Намного веселее, чем гражданский вуз.

Еще не поступили, а уже стращают по самое не балуйся. Отец говорил, что тут весело, все такие важные ходят, не как в отделе. Что мне тут понравится. Ну, пока я держалась исключительно на морально-волевых и вере в себя и свою мечту стать как папа.

– Приятного аппетита, абитуриенты…

Он еще раз обвел нас, как я уже поняла, своим фирменным взглядом, развернулся и зашагал в корпус, откуда мы пришли, чеканя шаг. Мы же отмерли и по одному из каждой колонны стали в столовую просачиваться.

Одно радовало, мероприятий у нас больше не было сегодня. Поэтому мы спокойно зашли в здание, на первом этаже помыли руки, поднялись на второй, поели, кстати, весьма неплохо.

Я сидела с Аленой. Мы молчали. Еще не перешли ту грань, пока обе смущались и краснели. Стеснялись. Зато многие ребята были другими, активно знакомились, общались.

Семен Семеныча и вовсе позвали сразу к себе парочка высоких плечистых парней. Не то чтобы тот в восторге был, но не отказал. Тихо ел, нехотя отвечая на вопросы.

После обеда нас снова собрали и сказали, что теперь передвигаться между корпусами мы можем только в составе строя. Строем считается все, что больше одного человека. Блеск.

Кое-как дошли до главного корпуса. Его тут называли первым. Я встала в последнюю шеренгу, чтобы ноги не оттоптали. Это было правильное решение!

Товарищ майор с улыбкой пояснил, что ходить нас обязательно научит. Мол, даже если не поступим, то хоть что-то запомнится. Так себе утешение. В итоге нас распустили. Ну как…

Распустили тех, кто живет в городе, а нас построили. Ага. Снова. Человек сорок ребят и я… Оказаться единственной девочкой было странно. Очень! Но папа всегда говорил, что в милицию девочек берут мало, так что советовал привыкать.

Хотя мне сегодня показалось, что среди поступавших едва ли не половина девчонками были. Что-то не сходится! Мы дошагали до четвертого корпуса, где была моя общага. Парни пошли дальше, а меня отпустили.

Поднялась в комнату. Жутко боялась заблудиться без Литвина, но справилась! Товарищ майор подмигнул и позвал на зарядку в семь утра. Он же не серьезно? Зато на вечерний прием пищи лично мне разрешил идти своим ходом.

Ну да, все, что один человек, не строем можно. Я запомнила! Кажется…

Комендантши не было, зато было чистое постельное белье и чайник. До ужина оставалось несколько часов, и я с чистой совестью решила повторить историю. По расписанию, собеседование у меня уже послезавтра…

Сразу после медкомиссии. Признаться, вот ее я боялась больше всего! Потому что для меня это испытание было самым страшным и первым, по сути…

Глава 4. Семен Семеныч

О-оу – пикнула аська, и я поспешил поставить поднос с обедом на стол. Хотел же сесть в другой угол, но вдруг там Марина ответила? Спешно достал телефон, но, увы, это одноклассник из Питера, у них там приемная уже кончилась, и он не смог поступить.

– Семен Семеныч, давай к нам!

Меня окружили трое. Я опасливо покосился на парней, каждый из них был выше и больше меня, шмотки дороже, телефоны в руках навороченней. Знаю я таких, но вступать в конфликт не стал. Хватит с меня на сегодня.

– Можно.

Мы все вчетвером сели за столик. Они тут маленькие были, квадратные. А-ля на четырех, но мы с подносами еле поместились. Стулья старые, черные с потертым кожзамом.

– Я Антон, это Миха, а третий раздолбай Денис. Мы суворовцы. А теперь рассказывай, Семен Семеныч, ты как до такой жизни докатился?

– До какой такой?

Исподлобья посмотрел на них. Пока не поступлю, решил не отвлекаться. Сначала дело, а потом уже все остальное. Успею еще перезнакомиться и друзей завести.

Парни веселились. Небось думают, что я упырь какой, над которым ржать можно. Ну-ну. Сейчас не до самоутверждения.

– Ну как какой, Семеныч! Баянист, видный парень и даже не в стане медалистов! Кстати, в каком кубрике жить будешь?

Я несколько раз моргнул. Этот местный курсантский слэнг лез изо всех щелей, но я ни черта не понимал в нем! Кубрики, чепки, комвзводы… Осторожно переспросил, ибо невежество хуже глупости:

– Где?

Парни заржали, весело переглядываясь. На нас уже косились от других столиков. И девочка та блондинка с жалостью смотрела на меня. Терпеть этого не могу. Ну ей-то, конечно, виднее! Сразу видно, что мазаная.

Отдельно для нее то, отдельно се. Слышал, как секретарь комиссии говорила, что эта Маша по льготам идет и что медалистка еще. Угу, куда ни плюнь, дети местных ментов да пробитые. Но ничего! Я тоже не лыком шит. Поступлю, чего бы мне это ни стоило!

– Семеныч, ну ты как из деревни. Кубрик – это комната. Ты ж тоже неместный. Давай с нами жить? Там вроде можно кто как хочет. Все-таки в самоволки ходить так проще. Мы уже тут у местных все дырки узнали.

– Куда?!

Мое лицо вытянулось. Только этого мне хватало! Но парни ничуть не смутились и заговорщически прошептали:

– Да ладно тебе, Семеныч. Мы уже и клубы местные знаем, и где бухло подешевле взять! Мы же абитуриента, что они нам сделают? Мы еще не поступили и контракт не подписывали, это потом, тю-тю, все закроется, а пока – халява.

– Ага, а потом я вообще с такими самодурками не поступлю!

– Самоволками, Семеныч, самоволками! Так ты ж баянист, чего тебе бояться.

И они втроем заржали. Хорошо, что Симоненко начал всех торопить. Мол, в строй пора и все такое. Товарищ майор меня удивил сегодня, и я надеялся, что если поступлю, то шпынять не станет. Хотя…

Знаю я их всех. В школе тоже было, как на олимпиаду городскую – Семен, как на городском фестивале выступить – Семен, как первоклассников отвести музей школы показать – Семен, как работу на конкурс написать – тоже Семен!

А как дело до раздачи медалей дошло, хоть я всегда учился только на отлично, то сразу: «Прости, Семен, не дотягиваешь!» Ага, а Лизка, дочка директора, дотягивает! Она на химии такой пожар устроила в прошлый раз, смешав не те реактивы.

Или Витька, внук начальницы РАНО. Тоже медалист, чтоб его. Этот медалист на выпускном набухался как свинья и всем рассказал, какой я идиот, все эти годы на школу пахал, а медали всего две выделили, и обе не по мою душу.

Хватить с меня! Больше никому и ни за что не поверю. Рассчитывать только на себя буду. И подачек мне, не говоря уже о самоходках, не надо!

О-оу – тут же потянулся за стареньким смартфоном. Зато аську поддерживает. И на лице тут же расцвела улыбка. Марина!

– О, Семен Семеныч, у тебя такое лицо, словно пришло сообщение о зачислении и первая стипуха. Ахах!

Парни заржали, но тут мне было, что им ответить. Я гордо задрал голову вверх, а потом сказал:

– Нет, это мне девушка моя написала!

Они едва не поперхнулись, глядя на меня во все глаза. А меня гордость взяла! Выкусите! В этот момент майор еще раз нас окликнул, я пожелал парням приятного аппетита и с гордо поднятой головой пошел вниз.

Дальше кое-как повел строй. Сбивался со счета, шел не с той ноги (хотя кто ж знает, какая та?!), злился на себя, но, сжав зубы, старался. Ничего. Научусь. Я видел в окно, как второй курс шел, все у них получалось нормально.