Анастасия Максимова – Бывший. (Не) на одну ночь (страница 3)

Набралась смелости и взглянула ему в глаза. А смысл, дрожать как осиновый лист? В какой-то мере мне даже повезло. Не каждая в моем возрасте и статусе по жизни может похвастаться, что ей выпал такой шанс.

Впервые увидела и поняла, что сейчас у меня была возможность не только добыть денег на лечение брата. Нет, кое-что можно было забрать себе.

А именно, это первый раз с человеком, от одного взгляда которого у меня ноги подкашивались. Это явно должно быть как минимум волнующе.

Нет, это не повод забывать, кто я тут, в каком качестве и зачем ввязалась в эту авантюру. Это всего лишь крохотная надежда на то, что я тоже смогу что-то получить от этого вечера.

Глава 5. Марика

Меня завели в квартиру, роскошней которой я никогда еще не видела. Она была прекрасна, и я на мгновение поддалась порыву поглазеть. Но лишь на мгновение. Больше я себе позволить не могла.

Меня взяли за руку, как только я скинула босоножки, что были мне великоваты на размер примерно, повели в сторону панорамного остекления. Дух захватывало от вида ночного города.

Я слышала новые манящие ароматы, которые вместе с обстановкой смешивались в опьяняющий душу коктейль. Меня подвели к барной стойке из темного камня и оставили у нее.

Несмотря на явное нетерпение, Беркут делал все неспешно. Как будто смаковал момент. Глядя на его уверенные властные движения, сосало под ложечкой.

И нет, это не про скромность. Это про какой-то странный эротический подтекст, что мужчина транслировал мне. Мурашки… Передо мной опустился бокал, а в него наливалось, очевидно, шампанское розоватого цвета.

– Я не пью, – тихо возразила я.

– А я и не предлагаю напиваться. Но пригубить всегда можно, чтобы почувствовать вкус напитка. Ощутить его сладость. Своего рода дегустация.

После этих слов он приблизился сзади и положил руки на талию. Прошелся по тонкой ткани, как бы невзначай касаясь оголенных участков кожи. Я прикрыла глаза.

Его дыхание было слишком близким, оно обжигало меня, действуя гипнотически. Дегустация, именно так. Никогда еще не чувствовала себя изысканным дорогим напитком.

По телу прошлась дрожь. Знал бы он, что под его руками плавилась обычная голодранка. Девчонка без рода и племени, которая даже на статус эскортницы не тянула.

Никогда не думала, что поставлю себя в жизненной иерархии на ступень, что значительно ниже проституток. Но по факту так и было. Их жизнь, хоть и грязная местами, значительно отличалась от моей. В лучшую сторону.

Не верю, что у таких девушек нет проблем. Не от хорошей жизни идут торговать своим телом. Это практически всегда беда и безысходность. Но все равно, им явно получше, чем мне.

Они продают тело, а я сейчас и нечто большее. Совесть, ведь, по сути, эти деньги будут ворованными. Если я вообще их получу. Мои мысли были отодвинуты в сторону. Кожи коснулась сперва прохлада, а потом и горячие губы.

– Ты пахнешь иначе.

Вздрогнула. Не поняла, к чему была сказана эта фраза, но нутром чувствовала подвох. Что это означало? Иначе – это как? Плохо, хорошо? Не так, как все?

Что он хотел этим сказать? Лучше пребывать в полном непонимании происходящего, кумаре собственных эмоций. Вот в этом вот состоянии невесомости.

Не придумала ничего лучше, чем сомкнуть пальцы на тонкой ножке бокала. Прохладный хрусталь словно оставил ожоги, а тонкие капельки конденсата тут же скатились вниз…

Я медленно поднесла край бокала к губам. Никогда не пила. Никогда не пила и не собиралась пробовать даже. Отвращение ко всему алкоголю на земле не просто так впиталось в мое сознание.

С каждым запоем родителей оно все глубже разъедало. Но, как оказалось, принципы довольно легко послать к черту, когда дело касалось приглашения такого мужчины.

Пригубила.

Вкус неожиданно оказался даже слишком приятным. Я не собиралась делать полноценный глоток, лишь смаковала на кончике языка. Ничего подобного в жизни не пробовала. Честно призналась:

– Восхитительный напиток.

Мой голос прозвучал напряженно и слишком удивленно. Как будто я такое, и правда, впервые в жизни пробую. Неудивительно, что уже через пару мгновений я скорее почувствовала, чем увидела его усмешку.

Какие еще выводы он сделал обо мне? И когда уже все начнется? Я бы не хотела затягивать эту чувственную пытку. Может, уже хватит? Сколько можно думать и гадать, что дальше? Робко поинтересовалась.

– А мы…

– Обязательно начнем. Но сначала мне интересно изучить тебя. Не каждый день здесь оказываются поистине занятные персонажи.

В груди недовольно кольнуло. Что это? И с какой стати на мгновение я позволила себе лишь толику возмущения насчет этих других персонажей? Это уже полный идиотизм.

Решительно поставила бокал на столешницу, слегка дзынькнув им. Пока он не видел, недовольно поджала губы. Мне так и хотелось крикнуть, что хватит! Достаточно уже изучать меня.

Но в тот момент, когда я почувствовала себя на грани, он отдалился. Обошел меня кругом и встал напротив. Взяв второй бокал, он задумчиво крутил его в руках и разглядывал причудливые пузырьки, а потом неожиданно сказал:

– Ты не эскортница, девочка. И мы оба сейчас об этом знаем. Я предлагаю тебе два варианта. Ты сейчас можешь уйти. Без последствий для тебя, с деньгами, как и оговорено. А можешь, если хочешь, остаться. Разумеется, я тоже заплачу. Ну, так что?

А еще, приглашаю вас в свой ТГ. Там много моей жизни, творческих планов и неожиданных поворотов моего личного сюжета наберите в поиске "Максимова Анастасия | Голос писателя"

Глава 6. Марика

Во рту пересохло. В ушах звучал такой набат, что я слышала лишь шум. Вцепилась побелевшими пальцами в столешницу. Он предлагает… Отпустить? Дать уйти? И заплатить?

Мужчина напротив изучал меня. Смотрел пристально, даже с некоторой издевкой во взгляде, а я чувствовала себя попавшим в капкан мотыльком. Даже дергаться страшно было.

Мы оба молчали. Мне же всего двадцать лет. Да, я давно уже не наивная дурочка, но что делать в такой ситуации, я понятия не имела. Растерялась, потому что уже настроилась продать себя. А тут…

Этот выбор казался мне западней. Да кто в своем уме даст левой девочке, что представилась проституткой, такие деньжищи? Он же богач, миллионер. Разбрасываться бабками такие люди не любят, они знают, как зарабатывать.

– Что молчишь, а? Как тебя зовут.

– М-м-мари… – выдавила я, снова представляясь неполным именем.

– Мари. Значит, настоящее не скажешь. Твое право. Ну, что, Мари, какой вариант ты выбираешь? Уходишь? Или… Остаешься?

Последнее слово прозвучало из его уст, словно от дьявола искусителя. Да и сам он выглядел как хозяин жизни, который играет душами людей. Для него это же все забава.

Неожиданно внутри что-то шевельнулось. Что-то странное, нелогичное, но определенно напоминавшее сигнал об опасности. Потому что такие люди в долг не давали.

И на развлечение для него это не похоже. Верить в альтруистические наклонности тоже не приходилось. Хотя можно было включить дурочку. Да вот не получалось.

Еще никогда в жизни передо мной не стоял столь сложный выбор. Но я уже понимала, как отвечу. Какие слова сорвутся с моих губ. Тихо ответила, гордо вздернув подбородок:

– Не люблю быть должной. Я остаюсь.

Ему словно и было надо, что услышать такой ответ. Меня же так промурашило, что тело затрясло. Кажется, я только что прописала сама себе приговор, но ничего не могла с этим поделать.

Выбор сделан, и я не знаю по какой причине, чувствовала, что он правильный. Что именно это и стоило сказать.

Не то, чтобы я выигрывала битву экстрасенсов, но интуиция в глубине души вопила остаться. Остаться и… Отдаться этому человеку уже на своих условиях.

Ко мне снова подошли сзади. Осторожно, я бы даже сказала, максимально бережно убрали волосы вбок. После этого его пальцы коснулись молнии на коротком платье, и я рвано выдохнула.

– Ты как оголенный провод, Мари. Но этой ночью ты сделала свой выбор, и придется за него отвечать.

Моей кожи коснулись его губы, и я, не выдержав, прикрыла глаза. Послышался звук расстегивающейся молнии. Стало страшно. На мне не было белья.

Мое безжалостно было снято мною и выкинуто. Вряд ли видавший виды хлопковый комплект мог впечатлить девочек. Я соврала, что белья не ношу. Это сыграло мне на руку и добавило баллов в пользу моей «новой» профессии.

Поэтому под платьем я оказалась в том виде, как мать родила. О том, что это мужчине понравилось, свидетельствовал его громкий вдох. Откуда я это знала?

Как ему удавалось одним лишь своим присутствием давать понять, что я важна и желанна? Окутывать меня аурой вожделения и подчинения. Мне ведь, и правда, хотелось этого. Стать его.

Дурацкое какое-то чувство, что я не принимала и не понимала головой. Зато тело откликалось на каждое его действие, касание, дыхание на моей коже.

Платье спустилось с плеч с легким шелестом. Со звоном ударилось о пол, оставляя меня абсолютно нагой. Подавила в себе желание прикрыться. От него снова прозвучало:

– Кто ты, Мари? Ты не эскорт. Я таких насквозь чую. А ты… Ты интересная.

Интересная. Это звучало загадочно, даже с претензией. Несмотря на свое положение и юность, у меня внутри рождалось удовлетворение. Как будто, пряча от него правду, я сохраняю часть себя. Какую-то очень важную часть.

Превозмогая стеснение, обернулась. Все же, не выдержала и прикрыла руками хотя бы грудь, прошептав: