Анастасия Максименко – Ты мне… жена! (страница 41)

― Камилла кейн Хард.

Очень, блин, приятно, ― в токсичном молчании зыркнула на смеющегося глазами батона, а сразу нельзя было сказать, к чему эти игры⁈ Впрочем, какая разница, почти сразу и сказал же. Гр. И всё равно бесит.

― Приятно познакомиться, леди Камилла. Мои горничные как можно скорее приготовят для вас хорошие комнаты. А что насчет ваших стражей?

― За них не беспокойтесь, ввиду положения Мидин мои люди прекрасно устроятся на постоялом дворе, ― услышав такой ответ своего господина, стражи без всяких разговоров покинули дом. Любопытно.

― Чудесно, в таком случае на время ожидания покоев приглашаю пройти в мой кабинет.

И первой проследовала в нужном направлении. Спину жгло жадное внимание инквизитора. Его прибытие, да ещё и с сестрой означало сразу несколько важных вещей. Спокойное время отсрочки и той самой эфемерной свободы с этого момента закончилось, а осада одной попаданки началась, и сестру он с собой взял, чтобы соблюсти этикетные приличия. Что ж, рано или поздно это должно было случиться.

Только пусть святой порошочек не думает, что я ему так просто сдамся, по крайней мере до того времени, пока у него не сдадут нервы и он официально не заявит на меня права, представив доказательства в виде браслета и наверняка записи в родовой книге о том, что я уже являюсь его женой. А до этого значимого времени ничего не знаю. Хе.

Глава 57

Морев оперативно притащил в кабинет дополнительные стулья, не слишком удобные, на мой вкус, но других не имелось либо же были слишком массивные, только магией таскать, не просить же кейн Харда поработать носильщиком, ха, а магией тот разве что мог те стулья только спалить, если его святой огонь так работал, в чём я сомневалась, так что пришлось представителям древнего рода сидеть на чём дали, впрочем, высокие гости по этому поводу никакого негатива не выразили, а от напитков синхронно отказались.

Присев во главе стола, спокойно поинтересовалась:

― Итак, могу я узнать, что же привело столь высокородных гостей в нашу провинцию?

Брюнетка украдкой покосилась на своего спутника и опустила голову, скрывая смешливую ухмылку.

― Разумеется, прекрасная леди… Сьера, разумеется, ― он полез во внутренний карман своей накидки и достал из него два знакомых тубуса с королевской печатью, один протянул мне. ― Мы прибыли не только по личному делу, но и королевского двора Магсофара, именем Его Величества Итана Софаара я обязан передать вам его волю.

С удивлением забрала тубус, при этом случайно дотронулась до инквизиторских пальцев. Боже, каким меня шибануло разрядом, словами не передать! Зрачки кейн Харда расширились, по нижнему веку проступила сеточка вен. Показалось, даже воздух сгустился и заискрил, щелкни кто зажигалкой — полыхнет всё к чертям. А это всего лишь одно невинное прикосновение!

Брюнетка поерзала и кашлянула в кулак, на этот раз на брата, если он ей, конечно же, действительно брат, она глянула с таким лютым сочувствием, что мне на мгновение стало не по себе. Справедливости ради, эти двое на самом деле внешне похожи, оба черноволосые, волосы слегка вьются, у Камиллы — гораздо существеннее, впрочем, отпусти кейн Хард волосы до лопаток, и они бы у него завивались на концах, зуб даю, у обоих какие-то звериные хищные черты лица, острые скулы, у мужчины — широкие, упрямая линия губ и инфернальные черные озера в обрамлении пушистых ресниц.

― Пожалуй, с вашего позволения отлучусь в уборную, ― пробормотала Камилла, изящно поднимаясь. Живот свело игольчатой судорогой. Так и хотелось запротестовать: мол, не надо!

― Конечно, в коридоре Морев, он проведет.

Благодарно кивнув, девушка поспешно удалилась, оставив нас с порошочком одних. Не глядя на мужчину, повертела в руках тубус. Язык неожиданно понес вперед головы:

― Удивительное дело. С каких пор Темнейший подрабатывает посыльным?

― С тех пор, как пункт назначения посылки — собственная жена, ― ну, очень невозмутимо, будто бы о погоде. Резко захотелось выпить воды. В горле запершило. Ясно. Ясно и очень фигово. Скрывать наш обоюдный статус, по крайней мере пока между нами, Доместос не собирался! Помимо воли испытала облегчение и дурацкую радость.

― Не доказанный факт, господин инквизитор, ― буркнула упрямо, сжимая несчастный, красиво расписанный золотом и вензелями металл.

Кейн Хард иронично-ядовито выгнул бровь, сделал замысловатый жест, пространство завибрировало, запечатывая выход магией и накладывая на стены сеть блокирующих и экранирующих чар, ловким движением и вместе с тем осторожно дернул рукав моего наряда, там, где как раз вилась черная брачная вязь.

― Серьезно, Серафима? ― бархатная хрипотца, он закатал рукав своей хламиды и приложил две вязи друг к другу, на первый взгляд такие непохожие, но стоило нашим запястьям соприкоснуться, как татуировки засветились неоновым зеленоватым светом по каждому контуру. И всё настолько быстро, что я только возмутиться успела и так и замерла с открытым ртом, недоверчиво разглядывая свою татуировку.

― Это… как? Почему?

На моей руке пульсировал и мерно двигался по кругу запястья рисунок совершенно новой вязи, одновременно угадываемый и нет, и до того, как сам несносный порошок выдал объяснения, я поняла: наши татуировки смешались и теперь стали одним идентичным единым рисунком, никогда такого не видела.

― Это значит, дорогая моя жена, ты моя… моя сайера, а я твой сайер, что значит, идеальная женщина или мужчина, идеальный партнер, ты для меня, я для тебя, и сама магия этого мира обвенчала нас. Инш-Халли.

Мне показалось, он хотел дополнить нечто ещё и почему-то не стал, но и того, что сказал, хватило с головой. Не то, чтобы я уже с фактом брака с инквизитором не смирилась, смирилась, ё-моё, времени было предостаточно, но всё равно, как это всё… попахивает вынуждением!

Вскинула острый взгляд на мужчину.

― А если я не согласна? Если я не хочу, это учитывается?

На дне инфернальности мелькнуло нечто такое, из-за чего я резко пожалела о своих словах. Кейн Хард отвел взгляд.

― Мне жаль. Но только смерть в силах разорвать эту связь, ― он дернулся и вперил в меня такой жуткий колючий взор, что аж кровь в жилах застыла: ― Даже не думай, Серафима, даже не думай сбежать от меня таким способом, всё равно найду даже в бездне!

Меня разобрало смехом и возмущением.

― Ты что там себе надумал, святой батон! Я идиотка, по-твоему?

Сансейт заметно расслабился и даже позволил себе бледную улыбку.

― Всегда знал, ты у меня на редкость разумная.

Фыркнув, чтобы сбить градус остроты и неловкости, вскрыла тубус и вытряхнула на ладонь свиток, развернув под пристальным вниманием, принялась читать указ короля, и по мере чтения у меня округлялись глаза и затапливало желанием кое-кого покусать с особой жестокостью. ЧЕГО, блин⁈

Глава 58

Несомненно, почерк и печать нашего короля Итана Софаара, и вот этот король в ультимативной форме приказывал: первым делом принять и разместись в Мидине важного гостя со свитой ибн Темнейшего, то есть, мне в любом бы случае пришлось поселить в особняке порошка, как бы ни трепыхалась. Я не собиралась трепыхаться, не идиотка же, но как это всё… А дальше — веселее.

Далее, король ставил перед фактом: на этих выходных состоится грандиозный бал-маскарад в честь тех самых эльфов, которые по вине гада Мортеля так и не доехали до Саруханского дворца, на этот бал леди Сьера Мортель приглашена в первых рядах. Приглашение выдаст Темнейший.

И самое главное, непонятное и подозрительное: на этом мероприятии мне требовалось исполнить некое деликатное дело, о которым должен рассказать Темнейший, и отказаться я не имела никакого права, за отказ жестокое наказание, какое — не сказано, но тон о наказании такой, что сразу понятно: мне не понравится однозначно. Также приказывалось в этом деле полностью подчиняться Темнейшему.

А, нет, главное шло последним пунктом. По завершении торжества я обязана согласиться на предложение великого инквизитора, что это должно быть за предложение, не стоило и сомневаться. Помолвка. Либо же сразу брачный обряд. Просто чудесно! Здесь же шла приписка: после предложения я обязана перейти под полную ответственность лорду кейн Харду во благо всеобщего спокойствия, мира и повышения рождаемости в славном темном роду. Клянусь! Последнее так и было написано!

КЛАЦ! Клетка захлопнулась, всё-таки отпилив кошке лапку, но оставив её внутри этой клети.

Пар валил из ушей. Мне нужно выпить. Срочно. Крепкого чаю. Пока читала это, гм, письмо-указ, ощущала на себе тотальное пристальное внимание. Перед носом поставили стакан воды. Надо же, сам пошел, сам достал, сам налил, сам всё решил за меня, снова, какой святой батончик у нас самостоятельный. И всё же, опять-таки, помимо воли испытала толику благодарности за заботу.

Двумя пальцами отложила свиток и подняла на кейн Харда тяжелый взгляд, встречая тотально спокойную безднову, как самый черный из черных мазутов, гладь.

― Гм. Стесняюсь спросить, что там за маскарадно-бальное деликатное дело такое, уважаемый лорд?

― Ах, это, ― улыбнулся инквизитор. ― Дело действительно деликатное, Серафима.

― Прошу, перестаньте меня так называть, да, это моё родное имя, и всё-таки в этом мире я Сьера, в крайнем случае, Инсиль.

― Прошу прощения, твоё имя такое красивое, не мог себе отказать в удовольствии поласкать им слух, ― вкрадчиво, настолько вкрадчиво, если переводить: милорд не отказался бы поласкать и кое-что иное, в горизонтальной плоскости.