Анастасия Максименко – Оборотни Аррет. Когда рушатся стены (страница 32)

— Может, кто-нибудь когда-нибудь и переносился, но удержал сей факт в тайне, нам неизвестно. Я знаю, к чему вы, и полагаю: ответ на этот вопрос даст моя дочь.

— Не ответ, теорию. Но для начала ответьте: у скольких оборотней существовала обдуманная угроза смерти?

— Что ты имеешь в виду, дорогая?

— Сколько оборотней умирали, зная, что умрут. Не так, чтобы мгновенно, а как у вас.

Адан растерянно моргнул.

— Понятия не имеем.

— Думаю, немного. А уж если смерть насильственная…

Эсмин вскинулась.

— Ты говоришь о том, что нас пытались убить? Подстроить катастрофу? Драгомир?

— Сканирование на глубоких частотах показало едва заметную тонкую ниточку, грязно-алую, вы оба знаете, что это значит. Но сто процентной гарантии, что все именно так, мы дать не можем. Прошло слишком много времени.

Двуликие хмуро переглянулись.

Грязно-алый след на ауре – преднамеренное покушение на убийство, так что да, но столько лет прошло. Отец прав, маленькая тонкая нить – не показатель.

— Понятно. Дальше что?

— А дальше попробуем восстановить ваше прошлое, но опять-таки, только частично и что касается родственной крови.

— Это уже немало. Мы готовы. Я буду первым.

— Ульяна!

Без слов понимая приказ отца, поставила сонник на стол, магией подвесила над ним ловец и, призвав в чашу воду, вылила из бутылочки «искренность», указала на артефакт рукой:

— Окуните лицо в чашу, мистер Адан.

Мужчина улыбнулся обеспокоенной жене и наклонился над артефактом. Не зажмуриваясь, опустил лицо в воду, которая мгновенно засверкала льдисто-голубыми искрами, закутывая голову мужчины в прозрачный голубой кокон с хаотично мечущимися внутри молниями.

— Ох, боже, — отшатнулась Эсмин. — С ним все будет в порядке?

— Скоро узнаем.

— Надеюсь, он не облысеет.

Папа хмыкнул.

— Хотя, я буду любить его любого и даже лысого, — отпустила трогательное признание снежная.

Долго пытка свекра памятью не продлилась. С шумным вдохом, захлебываясь водой, он вынырнул из чаши и упал спиной на пол, судорожно вдыхая. Черты лица напоминали больше звериные, чем человеческие, но перекинуться в ипостась он не смог ― папа успел вовремя накинуть сеть, которая спеленала мужчину, будто паук муху, оставив открытым только лицо. К мужу кинулась Эсмин, упала перед ним на колени.

— Эдан, как ты?

— Я… Все… Вспомнил.

Женщина уткнулась лбом мужу в плечо.

— Ты меня напугал, засранец.

— О, я такой, — хмыкнул свекор. — Драго, меня уже можно отпустить.

Папа молча снял сеть, я подала мужчине полотенце. Благодарно кивнув, тот поднялся, вытер лицо.

— Эсми, твоя очередь.

— Не волнуйся, родная, все не так страшно, на самом деле.

— Я и не волнуюсь, — воинственно фыркнула свекровь. И, выдохнув, опустила лицо в чашу.

На этот раз артефакт сработал менее зрелищно и отпустил свою жертву куда быстрее. Вынырнув, она устояла на ногах, мотала головой и растерянно фыркала.

— Ну, как? — тут же оказался рядом Адан, привлекая женщину в объятия.

— Все хорошо, только увидела я до обидного скудно. Но самое главное ― лицо дочери я теперь никогда не забуду. А это главное, спасибо, Драго, Ульяна, мы вам так благодарны.

Смущенно махнула рукой.

— Особо не за что. Можно попробовать повторить процедуру через несколько дней. Все же ритуал нужно проводить с каждым по отдельности, и человек должен быть собран и спокоен, а ты, Эсми, на спокойную никак не тянешь.

— Драго, ты настоящий друг, — со смешком проворчала двуликая.

— Обращайся. Ульяна, прибери здесь все и спускайся в гостиную.

— Хорошо, но без меня не начинайте!

— Как можно, — хмыкнул отец.

Не дожидаясь ухода родственников, принялась нетерпеливо исполнять указание. В гостиной меня уже ждали. Работники накрыли столик с пирожными, чаем и крепкими напитками, к которому плотно придвинули несколько диванов и кресел, на них и устроились гости. Тихонько проскользнув к Адриану, плюхнулась к мужчине под бок, положила на плечо голову, щурясь от удовольствия. Соскучилась.

— Я тоже успел заскучать без тебя, любимая, — шепнул Адриан, переплетая наши пальцы. — Отец уже сообщил мне, как все прошло.

— Раз все в сборе, я начну, — взял слово свекор.

«Этюд второй, сцена третья, на сцене Адан-Эдан Фоксайр», — провозгласил укрывшийся под столом Рив.

Прикусила губу, чтобы не хихикнуть в такой-то момент.

«Риви!»

«Ну, а как без этих шуток. Ладно, молчу».

Адриан жадно подался вперед.

— На самом деле, это следовало сделать давно, а не лелеять давно зализанные раны. Все случилось еще до вашего с сестрой рождения. Между мной и Майроном никогда не было особенно теплых чувств, — невесело усмехнулся Адан. — Я был поздним и единственным лисенком у главы огненных, однако несмотря на это любви родителей мне не досталось.

Адан задумчиво взял налитый до краев бокал огненной и не морщась отпил несколько глотков, положил ногу на колено и продолжил:

— Помню, до четырех лет я старался тянуться к отцу, делал все, чтобы привлечь его внимание, но удостаивался только холодного: «молодец» или «недостаточно хорошо», до десяти – из кожи вон лез, чтобы отец гордился мной, надеялся таким образом заслужить от него хоть каплю тепла. Но несмотря на все мои попытки и достижения, отец оставался мне кем угодно: главой рода, сильным двуликим, авторитетом, чье мнение нельзя игнорировать, но никак не отцом. В дальнейшем мы придерживались нейтралитета, вполне мирно сосуществовали, однако когда я встретил свою пару, все изменилось. В худшую сторону, как несложно догадаться.

Эсмина погладила мужа по плечу, подсела ближе, ловя благодарный кивок лиса.

— В тот же день Майрон приказал выгнать Эсмин из Сайро, а мне поставил ультиматум: или я решаю проблему с неугодной парой, например, перевожу ее в категорию релайда, простой любовницы, кого угодно, только не официальной пары и жены, или же он отрекается от меня как от сына.

Почему-то я совершенно этому не удивлена! Блин, надо было оставить этого Майрона тогда в Сайро, а не спасать его хвостатую задницу! Вот надо было. Или проклятие какое наслать. Вот жук, а! Поганка рыжая. Тьфу.

«Не бушуй, — пришло ласковое от мужа. — Этот гад не стоит твоих нервов».

Тут супруг прав. Действительно, нервы на этого козла еще тратить.

— Естественно, я выбрал второй вариант и ушел из Сайро вместе с Эсмин, никто в тот день не посмел тронуть мою тогда еще будущую жену и пальцем. Майрон кричал слова отречения, сыпал угрозами и рычал: я ему больше не сын и с того момента не имею никого отношения к главе Фоксайров. В последующий год он всеми способами пытался забрать у меня и мою фамилию, но у него ничего не вышло. Юридически без согласия меня самого сделать это невозможно. Я не держался за род, мне, честно говоря, на фамилию было плевать, я не дал ее изменить чисто из упрямства.

— А что случилось с вашей мамой? — робко влезла я. — Простите…

— Ничего, это хороший вопрос. Видите ли, дорогая, не всегда дети рождаются от предначертанных пар. Да, отыскать свою пару – это, несомненно, важный элемент нашей жизни, на который многие оборотни тратят долгие годы. Однако щенки, прошу прощения, дети могут появляться на свет и от простых двуликих. Такие дети с большой долей вероятности будут более слабыми, менее жизнеспособными. Я родился именно от такого союза. Майрон заключил договор с оборотницей на рождение для него наследника, и она исполнила его в полной мере. Исторгнув меня из своего чрева, лиса убралась из Сайро навсегда. Что с ней сейчас, я не знаю, но за несколько лет до нашего перемещения в Реа она странствовала по миру. Частая практика у свободных оборотней, — пожал плечом свекор.

Практика, конечно, хорошая, но не тогда, когда у тебя есть дети. Вообще не понимаю, как так можно, родить и оставить своего малыша одного! Ужасно. Это грустно и как-то не по вейдарски… Нет, всякие ситуации бывают, но я как представлю, что маленький крошка один во всем мире, мороз по коже. Не хотелось бы осуждать, но вот осуждается. А так, было бы недурно, как закончим обучение, отправиться с Рианом в круиз по двум мирам!

— А ваш зверь? Вы не выглядите слабым, — проговорила я. Отец закатил глаза, покачал головой и, удивительное дело, – промолчал.

— Во всем и всегда есть оговорка. Мне повезло попасть в редкое исключение, когда зверь достаточно сильный.