Анастасия Максименко – Держите себя в руках, леди! или Ходящая по мирам (страница 16)

Вот так я и оказалась в такой жопенции, пока еще не разобралась, как и почему, но над этим вопросом, увы, времени у меня подумать не было, поскольку пришлось экстренно спасать в первую очередь себя и местных кухаров.

В общем, когда стражник ушел, оставив меня с непонятным мужиком и нервной девицей, эта припадочная, внезапно и для меня, и для «накидочного» врача ударилась в истерику, завопив так громко, что ее вопли, честное слово, до сих пор звенели в моих ушах:

– Ох, что же теперь будет?! Что будет?! Повелитель нас убьет, сгноит в застенках!

Тот момент я хорошо запомнила. Мы с мужиком испуганно дернулись, переглянулись, и если я смотрела на протирающую коленями пол девицу с искренним изумлением, то лекарь – сочувственно мрачно, что подтверждало слова нервной девчонки о степени тиранистости короля.

Мужчина, конечно же, быстро привел ее в чувство своими фокусами, на что я смотрела, широко раскрыв глаза и рот, а еще размышляла обо всей услышанной информации и понимала, что дела обстоят, мягко говоря, хреново.

Если их местный повелитель такой деспот и самодур, что за всего лишь недоставленную к сроку еду готов сгноить невинных людей, то мне его жалко, но жальче было себя, ну, еще немного и припадочную с накидочным.

К слову, накидочный оказался взаправду врачом, или лекарем, как их тут называли, и именовался – эром Жидаром. Не знаю, Жидар – имя или фамилия, но по-иному его никто не звал.

А припадочная – Лекерья, оказавшаяся кем-то вроде моей помощницы. Грубо говоря – подмастерьем. М-да.

Когда лекарь со скорбным лицом сообщил, что вынужден доложить главному повару и смотрителю дворца о моем самочувствии и неспособности работать, Лекерья от услышанного снова бухнулась, только уже в обморок, благо лекарь успел ее подхватить, а я, недолго подумав, решила брать ситуацию в свои руки, громко заявив, что на работу выйду и кушанья, которые так жаждет получить повелитель, обязательно будут.

Нечего мне было делать в застенках, в камере я вряд ли бы могла понять, как вернуться в свой мир. Так что, выбор был очевиден.

Подумаешь, еду приготовить. Ну, вкусно приготовить, это же не самолет построить или человека излечить, не имея на это никаких знаний. Да, готовить я не особо любила, но ведь умела. На звезду «Мишлен» вряд ли бы моя стряпня потянула, но раз сам король велел, кто я такая, чтобы отказывать зажравшимся… эм, экспериментаторам, короче, в возможной отсидке на белом друге.

Правда, опять-таки, если они на нем засядут, я попаду куда? Куда угодно, но уж точно не домой.

Лекарь одарил меня недоверчивым взглядом, но спорить не стал, лишь попросил: если мне станет хуже, обязательно к нему обратиться.

Я клятвенно заверила мужчину, что если что, так сразу, и строго попросила оставить меня и девушку одних. Мужчина спорить не стал и быстренько удалился.

И пока я, кряхтя, с помощью рассыпающейся в благодарностях девушки сползала с кровати да ковыляла к шкафу за одеждой, раздумывала, что бы такого приготовить, чтобы было вкусно, быстро и не слишком диковинно.

Знать бы еще, что здесь вообще едят и как оно выглядит. Продукты питания моего мира и этого могли в корне отличаться, и я даже могла не знать, как выглядит у них тут простая картошка. А может, они вообще каннибалы?

С подозрением покосившись на разговорчивую девицу, качнула головой, нет, не были они похожи на тех, кто ел себе подобных. Правда, и сериальный Ганнибал Лектор вроде тоже не был похож.

Вздохнув, я выпуталась из рук девушки и распахнула шкаф, и только то, что во время испуга у меня перехватывает дыхание, избавило меня от позорного визга.

С суеверным ужасом я таращилась на одновременно свое и не свое лицо. Смотрящая на меня и ошарашенно хлопающая ресницами женщина была значительно старше меня реальной, лет так на десять. Красные волосы были короче, а глаза поменяли оттенки, став светло-коричневым и зеленовато-голубым. Но отражение было явно «мое».

– Что-то не так, эра? – заволновалась девица. – Вы снова себя плохо почувствовали? Вот как знала, не нужно было отпускать эра Жидара!

– Нет, успокойся, – хрипло ответила я. – Все в порядке. Прости, как тебя зовут?

– Лекерья, эра, – без нотки удивления охотно откликнулась она. – Вы снова забыли, да?

– Ага, и часто я так забываю? Только имена?

– Очень часто, – заметно огорченно вздохнула девушка. – Мы уже все привыкли.

А Лекерья, похоже, искренне волновалась о хозяйке этого тела. Мне даже немного стало совестно за нелицеприятные мысли о ней. Криво ей улыбнулась, кивнув, и повернулась к шкафу, внимательно изучая его содержимое и в то же время радуясь, что по своей «незапоминаемости» могу много выпытать из невинной девчушки.

– А что я еще забываю? – поинтересовалась у нее и ткнула на висящую на плечиках одежду, напоминающую форму повара, с таким же передником, как у Лекерьи. – Это униформа?

– Да много всего. Например, вы часто спрашивали, что такое эр, эра, – и не успела я обрадоваться информации и забывчивости хозяйки тела, как девица прищурилась, окидывая меня странным взглядом. – Иногда говорили странные слова. Вот что такое униформа?

– Эм, – замялась, – рабочая форма.

– А, вы называли как-то по-другому. Не по-нашенскому, мудрено.

– И как униформа будет по-вашему? – усмехнулась, снимая с вешалки форму кухарки.

– Так, роба или робочка, – уверенно заявила Лекерья.

– Понятненько, – протянула, завязывая тесемки передника, придирчиво оглядывая свой внешний вид в зеркале, огорченно вздыхая.

Да уж. Непривычно было видеть себя такой… мудрой.

– Кстати, не пояснишь, что все-таки такое это эр и эра? Приставка к имени? Или?..

– Ну вот, точно снова все позабыли, – вздохнула Лекерья. – Пойдемте на кухню, я по дороге вам все расскажу. А то эр Корим нас вместо барашка запечь изволит и подаст на стол повелителю.

Я обрадованно кивнула.

– Только, а дверь же как закрыть?

– Так просто захлопните, – пожала плечами девушка.

И стоило нам выйти за пределы комнаты, начала меня просвещать.

Навязчивый неестественный кашель вынудил вынырнуть из воспоминаний. Моргнув, посмотрела на главного повара, со странным выражением лица таращившегося на меня.

– Что-то не так, эр Корим?

– Хм, эра Сафания, а что, позвольте спросить, вы делаете именно сейчас? Это какой-то своеобразный ритуал? Вы уже с минут десять мнете кауру, это так полагается делать по рецепту?

Медленно опустила глаза, мысленно ойкнула, с удивлением глядя на творение своих рук, а точнее сказать, истерзанный в тонкие волокна местный аналог нашей курицы, здесь именовавшейся – каурой.

К слову, для меня стало большим сюрпризом то, что названия продуктов в этом мире были иные. Не все, слава богу, но многие. Больше всего меня поразил горох, да боже, я его сразу и выговорить не смогла, пришлось мысленно повторить про себя раз двадцать, пока не смогла ровно и четко выговорить название сего посредственного продукта.

Итак, название гороха в мире: понятия-не-имею-как-он-называется – хогопремерастьон. Кто повторит с первого раза, может брать с полки пирожок. Ибо я не смогла. Когда шеф Корим в первый раз его произнес, причем звучало это как французское ругательство, я не удержалась и расхохоталась, правда, благодаря Лекерье и ее шепоту о том, что эра Сафания снова не в себе, ситуацию прояснили.

Ну и ладно. Я была не против. Пускай меня лучше считают сумасбродкой, чем я буду покоиться на кладбище или еще где-то за свою иномирность.

Кто его знает, как с такими, как я, подселенцами или переселенцами поступают-то.

А, о самой Лекерье, точнее, о ее просветительской деятельности: много нового я, к сожалению, не узнала, но кое-что интересное все-таки было. Например, все эти приставки эр, эра и так далее, действительно были вежливыми обращениями и обозначали что-то вроде мистер и миссис. Также мне подробно «напомнили» об обязанностях кухарки, а именно: научить местных культуре Райзерейна (это страна, из которой недавно прибыла хозяйка тела).

Но самый шик: я была обязана на пару с шефом кухни присутствовать при подаче блюд. Спасибо, что не выносить. А так, просто стоять, наблюдая за реакцией повелителя, ну, или пробовать кушанья по требованию короля, узнать бы еще, как его зовут. На всякий случай.

Кашлянув, невозмутимо кивнула.

– Разумеется, эр Корим, кауру для пиццы требуется готовить только так. Скажите, все ли продукты подготовлены по моему списку?

– Конечно, эра.

Я гордо кивнула, быстренько разделалась с пиццей, передала противень одному из кухарей и направилась в холодный цех. Пора было делать салаты. За мной безмолвно потянулись другие кухари под предводительством шефа.

Меню, которое я быстренько разработала, было простым, продукты по методу пробы и тыка я подобрала схожие под уже известные нашенские рецепты, а посему много времени на приготовление блюд не требовалось, особенно с такой послушной и расторопной командой, доставшейся мне по наследству от хозяйки тела.

Моя темненькая тщеславная душонка, прятавшаяся в моем мире глубоко, но не слишком прочно внутри, была весьма довольна сложившейся ситуацией, все-таки это не унитазы драить или в тех самых застенках сидеть.

Распределив между поварами обязанности по готовке салатов, я занялась канапе с красной соленой рыбкой жемгой, очень похожей по вкусу на нашу семгу.