Энергия ручейком потекла от меня к земле. Разлилась в пространстве. Отголоском нахлынула чужая боль. Жаль, я сейчас не могу восстановить мертвую землю.
В нескольких шагах от меня раздался взрыв. Я дернулась, отшатнулась в сторону. Светлая энергия нашла источник! Открыв глаза, направилась к нему. Шла и гадала, в каком виде на этот раз он предстанет передо мной?..
Я ожидала увидеть все, что угодно, но оказалась не готова к фигурке в темном плаще. Она была похожа на себя и не похожа одновременно. Тьма жестоко играла со мной, представ в облике названой сестры.
— Все скоро закончится, — взяв себя в руки, ровным голосом произнесла я.
— А так ли это? — исказив в злобном оскале такую милую, родную улыбку, парировала Тьма.
Я не успела ничего предпринять. Мое сознание уплывало, Тьма затягивала его, как болото ноги неудачливого путника.
Я больше не стояла на земле. Я была везде и нигде. События прошлого закружили меня с неимоверной силой. Хотелось кричать и не видеть того ужаса снова.
Тысячи смертей под знаменем императора Теневой империи. Мне снова шесть лет, я чувствовала всю боль, которую испытывала прежде. Я видела тех, кого давно не было в живых, и они вновь умирали на моих глазах.
Все перемешалось в моей голове, вот-вот и я сойду с ума. Чужая неимоверная боль, кровь вперемешку с потом и грязью, вопли и стоны… Люди и палачи. Задыхаясь от ужаса, я мысленно произнесла заветные слова…
Словно вспышка в сознании — и мука прекратилась. Я стояла на коленях посреди черного поля. Мои пальцы были погружены в землю, оставив впереди меня глубокие борозды. А двойник Мартины навис надо мной.
— Глупая девчонка, ты всего лишь баран, которого должны принести в жертву! Я не отказалась от своего плана! Твоя смерть продлит жизнь этого мира!
Мне раньше казалось, что я сумела понять и простить принцессу. Ошиблась. Ведь я впервые воспользовалась нашей связью не только для своей выгоды, но и для того, чтобы выяснить, о чем так горько она сожалеет и что ей так трудно высказать… Я устало закрыла глаза.
Оказывается, я не первая — всех других, предыдущих магов с даром жизни уже принесли в жертву. Три столетия именно таким образом император продлевал существование нашего мира после нарушения баланса. И если бы темные в этот раз ограничили использование своей магии, то, может, через сотни, а то и через тысячи лет гармония восстановилась бы. Но нет. Нынешний император пошел иным путем. Ослабление темной магии означало ограничение его власти, чего он допустить не мог. Ему было нужно единоличное и полноправное владение миром, даже если для этого придется истребить всех «иных». И самое ужасное то, что в течение тридцати трех лет светлых магов похищали у родителей и выращивали на убой. А потом эта «тайная охота» переросла в ту резню, которую уже застала я. Семьи прятали детей, имевших дар Жизни, и утаивали от собственных малышей их врожденные будущие способности. Я помнила, как меня, маленькую, под страхом смерти родители скрывали в погребе от пришлых. Но кто-то, видимо, донес императору о тайне моего дара. И это послужило концом моему роду, всей моей семье…
Мартина и Витор занимались отловом беглых светлых, и они же проводили ритуал передачи светлой энергии Грани. Ритуал убивал носителя дара, а Грань уменьшала свою разрушительную силу, освобождая клочок земли от Хаоса, несущего погибель всему миру.
Но со мной что-то пошло не так. Мартина, всегда безропотно исполняющая указы отца, взбунтовалась и оттягивала момент ритуала, задавая мне вопросы:
— Ты видишь? Чувствуешь?
Нет. Я ничего не видела и не могла говорить. Чувствовала лишь одно — Тьма наполняла меня, подпитывая ненависть. Я устала бороться. Да и с чем, в сущности? С несправедливостью мира? С Богами, отдавшими его на растерзание?
— Спи, девочка, — прогремел торжествующий голос Тьмы. — Я спою твою последнюю колыбельную.
Не было ни слов, ни музыки. Лишь ощущение всасывающей пустоты, затягивающей безвозвратно куда-то вниз. Я летела в черную пропасть. Сколько длилось мое падение — минуту, две, вечность? Я не знаю. Мне хотелось одного — беспамятства и вечного покоя.
Полуобморочное головокружение сменилось жжением в груди, которое все нарастало. Сознание толчком в сердце вернулось ко мне, а вместе с ним и тихие слова Мартины, которыми она звала меня из колыбели Тьмы:
— Ликая! Не поддавайся, девочка!
— Постараюсь, — сипло ответила я.
— Не сопротивляйся, твоя жизнь — капля в море… — это уже Тьма не желала сдаваться. Ее проникновенный, чарующий голос завораживал, требуя подчиниться.
Но призыв принцессы заставил меня вынырнуть из бездны. Я часто задышала, медленно возвращаясь в реальность. Почувствовала ветер, трепавший мои волосы, запах влажной земли и чуть сладковатый аромат духов Мартины, которым пропах мой плащ. Открыла глаза. Глупая маленькая девчонка! Как я могла сомневаться в искренности названой сестры?
Резко вскинула голову, глядя на воронку в небе. В ней больше не было двойника принцессы. Была лишь Тьма, клубившаяся в воздухе. Сгусток чистой силы.
— Я не проиграю, слышишь?! — заорала я ввысь. — Не поддамся твоим чарам, Тьма! Я — Свет! Я — Жизнь!
— Лика! Лика! — Кто-то тормошил меня за плечи. — Да проснись ты, наконец!
Мой мучитель не бросал попыток достучаться до моего сознания, которое всеми силами противилось пробуждению. Сон не отпускал. Хотелось до мельчайших подробностей запомнить все то, что я увидела.
— Лика! Немедленно поднимайся, или на бал я отнесу тебя в этом! — Знакомый мужской голос был абсолютно серьезным и даже злым.
Еще сонным мозгом пытаюсь сообразить, а что забыл в моей спальне Дреманд. Мгновение, и он меня легко поднимает над кроватью.
— Пусти! — озверела я спросонья. — Сумасшедший!
— Ага, очнулась, — довольно заключил вампир, но не отпустил. Быстро пересек комнату и вынес меня к ванной комнате. — Принимайте груз! — обратился он к кому-то на пороге за моей спиной.
— Да, милорд, — в унисон ответили два девичьих голоса.
Погрузив меня в ванну с теплой водой, Ярника и Летиса приступили к натиранию моего тела мягкими, ароматно-пенными мочалками и мытью волос. Я блаженно прикрыла глаза и чуть опять не заснула. Наконец, убедившись, что я чиста, девушки стали смазывать меня ароматными маслами. Запах фиалки закружил голову, слишком сильная концентрация. Я закашлялась. Нет, аромат сам по себе чудесный, но не в таком количестве.
— Ох, простите, — всплеснула ручками Летиса. — Сейчас мы все исправим.
Втайне я надеялась, что меня не станут вновь окунать в воду. И мне повезло. Еще одно заклинание бытовой магии служанки — и приторный аромат рассеялся. Теперь он едва различался на моей коже, слегка дразнящий, но не удушающий.
Когда я вышла из ванной комнаты, Дрема уже не было. Впрочем, меня это не удивило. Он ведь в курсе, что по правилам этикета даме в длинном полотенце не принято принимать гостей.
В будуаре меня ждало платье и пыточный инвентарь. По-другому назвать корсет и нижнее белье у меня язык не поворачивался. С помощью служанок облачившись в него, вздохнула до первой же утяжки.
— Ай! — невольно вскрикнула я. — Осторожнее!
— Простите, — в который раз повинилась служанка. — Потерпите, пожалуйста, у нас мало времени, а предстоит сделать еще много.
— О чем вы? Неужели я так долго спала?
— Мы никак не могли вас разбудить, — затягивая шнуровку, ответила Яетиса. — Пришлось обратиться к вашему сопровождающему.
— К Дрему?.. — начала я, но тут же поперхнулась: да такими темпами они мне все ребра сломают! — Достаточно!
Я медленно вдохнула, еще медленнее выдохнула. Так, голова не кружится — уже хорошо.
— Да, его высочество сопровождает вас на бал, — поняв мой недосказанный вопрос, ответила Летиса и попыталась затянуть корсет еще раз.
— Прекратите! — рассердилась я. — Если вы еще раз возьметесь за шнурок, я попросту упаду в обморок!
— Извините, ваша светлость, но нам нужно поторопиться, иначе вы опоздаете, а его сиятельство ждать не привык.
Я промолчала, решив потерпеть. Если не мешать этим девушкам, быстрее закончится моя пытка. Мысленно я вернулась к событиям, которые мне приснились. Насколько же реальными оказались мои ощущения в том сне! Я словно была той самой Ликаей! И весь черный поток боли и ужаса, испытанный ею, пронзил насквозь и мое сердце. Какое тяжелое испытание выпало на долю несчастной сироты. Я искренне жалела Ликаю. Она так отчаянно боролась за свою жизнь и жизнь своего мира, что у меня не было сомнений — эта девочка достойна восхищения и преклонения.
Вот только для чего Боги показывают мне эти сновидения? В тысячный раз задаю себе этот вопрос, и не у кого спросить ответа. Неужели мне предначертано пойти по пути этой Ликаи? Неужели нашему миру грозит опасность? Словно иней, мурашки покрыли мое тело. Если беда готовится отворить ворота, то неужели Высший Правитель это допустит?..
— Готово! — раздался восхищенный и одновременно облегченный вскрик служанок.
Мутным взглядом окинула свою фигурку в зеркале. Крепко же я задумалась, раз перестала чувствовать руки «мучительниц» на своем теле.
— Я прекрасна. Спасибо вам, милые, — улыбаясь, ответила девушкам.
— Благодарю, — в унисон промолвили они, зардевшись, и присели в поклоне.
— Так, все, время вышло, нам по… — влетел в гостиную Дрем и осекся: — Ты восхитительна!
