Анастасия Любимка – В паутине снов (СИ) (страница 18)
статный и холодный.
На миг закрывши небосвод, во мрак окутав мир,
пошел Лунарис на попятный.
Пробился луч, и солнца свет права свои забрал обратно.
Но сын остался на земле, тот юноша, что соткан был из тени.
Он странствовал, все изучал и набирался сил в ночное время.
Менялся мир, живые существа и твари заплодили земли,
А он, каким был сотворен, таким остался,
ни капли не утратив свежесть.
Летели время и века, он не считал, ему все стало серым.
Любовь красавиц и война утратили свою пленительную
прелесть.
Да, юноша тот воевал, оттачивал свои кровавые успехи.
Не просто так, он так играл, сводя друзей на смертные дуэли.
И приносил раздор, мятеж в сердца, влюбленных
одним взглядом разлучая.
Его Лунарисова красота девиц в спокойствии не оставляла.
Но время шло, и каждый раз увертки сами находили люди.
Предательство, обман и грех в душе у них надолго
поселились.
Кипела от крови земля, и наполнялся воздух болью.
А юноша тот уж не играл, неинтересно стало боле…
Это лишь отрывок, который мне запомнился. После пятидесяти страниц биографии Бога Смерти рассказывалось о его встрече с Богиней Жизни. Случилось чудо, юноша, который ни разу не влюблялся, проникся к ней глубоким чувством. Далее страниц так на сто описывалось, как их отношения развивались. Но я не поэтому вспомнила эту легенду. Меня интересовал итог.
Сначала, конечно, все было хорошо. Богиня ответила на его чувства, они выбрали кусок земли — нынешнюю Дарлимею, установили свои законы и порядки, жили счастливо. Но как это всегда бывает, случился вселенский облом, и закончилось все плачевно.
Светловолосая принцесса влюбилась в Бога Смерти. И всеми способами старалась разлучить его с Богиней Жизни. И у нее это вышло, естественно, обманным путем. Тогда-то и был создан амулет Началия Бога Смерти. Этот амулет содержит кровь Бога Смерти, и думается мне, что именно им та принцесса и приворожила Бога.
А Началие — потому что амулет вернул Бога Смерти в его изначальное состояние, превратив в прежнего — ледяного и жестокого мужчину. Пока он находился вместе с принцессой, вел себя так же, как когда только появился в этом мире. Опять начались бесконтрольные кровопролития и бесчинства. Представьте, каково было Богине Жизни, когда на ее глазах тысячами умирали живые существа. Мало того, на силу Богини амулет тоже имел воздействие! Он блокировал ее магические способности и не давал приблизиться к любимому.
Богиня Жизни не простила изменника, и, имея тело обычной женщины, она в одночасье обратилась «ни во что». Что это значит, я не поняла, в книге огромное количество романтического описания, а вот этот пункт как-то стороной обошли. Но именно после этого в землях, подвластных этим Богам, стали рождаться Говорящие.
Через какое-то время один воин догадался отнять у принцессы этот амулет, и возлюбленный Богини пришел в себя, но… было поздно. Он отправился ей вслед, а каким образом — в легенде тоже умалчивается. А после его ухода стали рождаться Хранители, правда, в меньшем количестве, чем Говорящие. Кстати, в нынешней Дарлимее нет ни одного Хранителя, и вообще они не появлялись много веков. Поэтому я очень смутно представляю их функции…
Неужели сейчас передо мной стоит потомок той светловолосой принцессы-разлучницы? Я не могу по-другому объяснить наличие этого амулета у Изабелл. И становится понятным, что дар Говорящей мне не поможет, а также и способности Стихийника, так как тут подсуетился Тревор.
Вот это западня! Чтоб они в огне горели, змеюки!
Ладно, с магией у меня полный облом, но вот физическое состояние скоро будет в норме. Во всяком случае, по мордасам этой принцесске врезать смогу. А как закончу с ней, побегу на помощь Ранире. После отравления ей не воевать нужно, а скромно и молча отсиживаться в сторонке.
Да, я злилась. Пусть умом и понимала, что она не могла противиться клятве, но мои усилия как целителя прахом пошли!
— Лика, ты как была дурой, так и осталась, — заключила Изабелл, так и не дождавшись от меня ответа.
Смотри-ка, эта малолетняя шлюшка уже оценку моих умственных способностей провести успела. Просто прелесть. Только отчего мне так горько? Может, оттого, что есть доля правды в ее словах?
— Вот понять никак не могу, что в тебе мужчины находят? — продолжала принцесса. — Разве что цвет волос диковинный, а в остальном… Таких, как ты, — пруд пруди.
Ага-ага, только титул мой мне в разы привлекательности добавляет, вот и слетаются женихи, как мухи на мед.
— И все же… — задумчиво протянула Изабелл и погладила меня по щеке.
Честное слово, я еле удержалась, чтобы не отдернуться… Нельзя, чтобы она знала, что я не только глазками двигать могу. Фу, она точно змеюка, рука у нее холодная и влажная…
— Нет, не понимаю, и что в тебе Маршен нашел? Как можно было оттолкнуть меня, мотивируя наличием такой невесты? — Изабелл прожгла меня злым взглядом.
Мамочки, она еще и родного брата соблазнить пыталась?! Как же мерзко-то! Но даже эти ее откровения не заставили меня издать ни звука, рано еще, слишком рано.
— Так, надо бы тебя развернуть, — сказала принцесса, взмахнула рукой, прошептала заклинание, и меня перевернуло лицом вниз.
Я ощутимо треснулась носом о стол. Чтоб она в огне сгорела, гадость мерзопакостная!
Изабелл задумалась, а пока она молчала, ее холодные пальцы расстегивали мое платье! Э-э-э, это чего она удумала-то? Нет, так мы не договаривались! Лучше убейте, чем… даже думать об этом не хочу!
— Нет, ну ты совершенно неженственна… — презрительно воскликнула Изабелл. — Зачем столько юбок и такое убогое белье?
Угу, мне интересно, эта дрянь какое белье носит во время женских дней? Хотя она, верно, отварчик пьет не переставая. Черт, вот зараза, и зачем она мою спину поглаживает?! Все, еще одно прикосновение, и я ей врежу, все равно, что за этим последует!
И вообще, а где же Дрем? Он же должен был с этой стервой разобраться! И где мои охранники? Время-то ого-го сколько прошло, ночь на дворе! Они совсем не интересуются мной?
Поглаживания спины закончились. Я решила, что Изабелл вышла. Но нет. Она осталась в комнате, просто ее перестало интересовать мое тело. Слава всем Богам!
— Забавно, а я и не верила матушке, что эта штучка может заблокировать твой дар, — вдруг заявила принцесса.
Эта штучка, видимо, амулет.
— Все же я не понимаю, что в тебе такого? Раз для твоей охраны Высший Правитель лично явился во дворец с этой четверкой! Вот это мужчина! Я хочу его. Он будет моим!
Чего-чего Высший Правитель сделал? А я все голову ломала, как же мне досталась эта команда, если изначально в Дарлимею прибыла другая. Да еще в такие короткие сроки. Ох ты ж, елки зеленые!
— Отец отказал мне в участии в отборе! И все ты виновата! — Изабелл резко подскочила ко мне и перевернула на спину.
Откуда в ней столько сил? К магии она не прибегала.
— Я планировала убить тебя на дороге, но мои наемники не справились. Я предусмотрела такой вариант, поэтому Кристина повесила на тебя маячок для берегинь.
Вот это да! Так вот почему эта Кикимора обняла меня у ворот школы! Дрянь болотная!
— Ну почему, почему сам Правитель так беспокоится о тебе? Он не разрешил мне участвовать в отборе невест, даже слезы мои не подействовали!
— Может, ему шлюха не нужна? — прошипела я, рывком соскочив со стола.
Да, положенное время прошло, мое тело более-менее меня слушается. Конечно, не так, как бы хотелось, но скрутить эту малолетку, если она не начнет серьезно магичить, смогу. Простенькие заклятия моя аура выдержит.
Принцесса удивленно хлопала ресницами и хватала ртом воздух. Что ж, мне только на руку ее замешательство.
Платье, которое она расстегнула практически полностью, очень мешало. Я быстро, насколько это было возможно, вынырнула из него. На мне осталось несколько юбок и усовершенствованный корсет. Он сшит из плотной ткани, по образцу тех, что носят придворные леди, но на нем нет ни одной завязочки и тем более костяной основы. Надевается он через голову и плотно облегает фигуру. Горничные, которые обязаны помогать в переодевании, не сразу догадываются, что это элемент одежды, далекий от привычного им.
Схватив платье с пола, я подлетела к Изабелл. Засунула кусок подола ей в рот, который она любезно оставила открытым, а рукавами завязала ей запястья. Это на несколько минут не даст принцессе воспользоваться магией. Слава Богине Жизни, что эта стерва не Стихийник, а обычная, рядовая ведьма. И для применения своей силы ей нужны и руки, и речь. В отличие от меня мысленные приказы она отдавать не может. А вот я, если вернутся силы, покопаюсь в ее головке и узнаю, что именно эта «прелесть» задумала.
Я прекрасно понимала, что времени у меня в обрез. Где-то рядом бродит Тревор.
Дар Стихийника, как я к нему ни «стучалась», отзываться не собирался. У меня есть только один вариант — постараться разблокировать дар Говорящей. А значит, надо забрать амулет Началия Бога Смерти. Радовало одно, я — не Богиня Жизни, и серьезных последствий быть не должно.
По легенде, Богиня не могла приблизиться к амулету на расстояние двух деревень. А я спокойненько себе нахожусь рядом с Изабелл на расстоянии вытянутой руки… и даже ближе. Только вот что мне с ним делать?
Ладно, сначала снимем, потом подумаем. Угу, снимем, эта белобрысая дура отбрыкивалась как могла. И практически кляп вытащила, пока я раздумывала, что делать с еще не отвоеванным амулетом. Раза с третьего получилось заново скрутить принцессу, спасибо столу, на котором я раньше лежала, ибо об его угол треснулась Изабелл и потеряла сознание. Я покрепче завязала ей руки все тем же платьем, а вот в рот засунула подол уже ее собственной юбки. Так-то!