Анастасия Любимка – Рисующая ночь (СИ) (страница 40)

Краткая, но такая необходимая передышка!

Круговорот из тел закружил меня. В какой-то момент я провалился в сон без сновидений. Мне пришлось изрядно потратить энергии, учитывая то, что я не был до конца тем, кому помогает Оливанит. Она просто не могла передать мне весь спектр силы, потому как он бы убил меня. Странно, раньше я не понимал этого. Не понимал, что адарит не только пара, но и та, кто разделяет всю ношу, дарованной силы. Одному человеку не снести весь божественный дар. Я не знаю, что с ним случится, но человеком он быть перестанет.

В себя пришел от манипуляций целителей, которые склонились надо мной. Они заставили выпить горького тонизирующего зелья.

Бодрящий напиток быстро привёл мое сознание в порядок. Пока залечивались мои раны, нанесенные мной же, я рассматривал Эктара, который выглядел намного лучше меня и явно был готов к диалогу.

Едва дождался пока закончили лекари и прогнал всех прочь.

Спящий Арвел не в счет. Нам он помешать точно не сможет.

— Я слушаю.

— Прежде, чем я расскажу вам свою историю, позвольте поведать вам о ритуале, что вы провели для моего сына.

Эктар выглядел уставшим, измученным и почему-то обреченным.

— Ритуал «Возвращение» практиковался повелителем во время эпидемий. Когда целители не справлялись со всеми заболевшими и число погибших становилось катастрофическим. Чтобы сохранить жизнь своим подданным, Владыка отдавал часть своей души и жизненного цикла. И не важно, насколько человек был стар, одряхлел или насколько сильно было изувечено тело… раны затягивались, болезнь уходила. Все, кто подвергся ритуалу после назывались поцелованными Богиней, а по сути, самой смертью. — Эктар поднял голову и посмотрел прямо в мои глаза. — Поцелованные навсегда связаны со своим повелителем. Они пойдут за вами, куда бы вы не пошли. Они сделают для вас все, чего бы вы не пожелали, и они никогда не смогут предать. Потому что предать вас — мгновенно убить себя.

— И ты предпочел сыну такую жизнь?

— Он жив! — жёстко ответил темный. — А служить своему повелителю долг любого темного!

— Вот как…что же ты тогда пытался извести меня?

— Я повторюсь, мой сын никогда не предаст, никогда не пойдет наперекор вашей воле. Он не сможет. Отныне и навсегда — он надежный тыл и друг. Арвел не в ответе за мои поступки.

— Я понял тебя, не трать время на мольбу о помиловании для него, проси за себя.

— Для тех, кто нарушит клятву немилости, нет иного пути, кроме смерти. — Эктар пожал плечами, я же вздрогнул. Я никогда не брал с него такую клятву! — Ваш противник Керим Рад’ атр’Рург. Именно ему я и давал эту клятву. А теперь, слушайте.

Керим? Человек, всю свою жизнь поддерживающий меня?! Человек, который не единожды помогал мне и тот, кто был тем самым посредником между мной и Гелермом! У меня почву выбили из-под ног. Кериму дозволялось многое, но и отдавал он не меньше. Исправно служил, выполнял самые тяжелые поручения. И он — предатель?

— Я встретил вашу матушку на празднике в честь Темной Айсы, в захудалой деревеньке на границе с Арсеей. Она была дочкой кузнеца. Я полюбил всем сердцем и душой. Мне удалось договориться с ее отцом и Габриэле дали добро на посещение столицы. Естественно, все было пристойно, с дуэньей, с подружками… — Эктар замолчал и глубоко вдохнул. — Их встреча была случайной, но перевернула весь мой мир. Габриэла — адарит повелителя и моя истинная пара! Ты даже не можешь представить, что значили для меня его слова! Друга, соратника, человека, которому я посвятил свою жизнь и который отнял у меня единственный смысл жизни.

— И ты решил отомстить?

— Нет. Я предоставил выбор леди Габриэле. Я никогда и ни к чему не принуждал ее. Вот бич всего вашего рода — вы не умеете любить! Не понимаете всю суть любви! Вам повезло однажды и продолжает везти!

— Объяснись!

— Истинные правители темных — род атр’Йенц. Но Богиня не терпит пустоты! В случае, если род истреблён или никчемен, есть второй, запасной вариант. Более пятисот лет назад произошла смена власти. Адарит выбрала не правителя, а тогда еще никому неизвестного парнишку. Твоего прадеда. Именно любовью к нему, наполнился артефакт.

— Ты лжешь!

— Наш дар — это остатки силы Владыки, Богиня то ли сжалилась, то ли наказала за то, что мы не удержали тех, кого любили. Повелитель должен знать своих подданных как снаружи, так и изнутри. Вот только…нам противна сама суть применения силы. Наш дар дает прочувствовать на собственной шкуре, каково это быть пленником или тем, кого принуждают к тому, к чему не лежит душа. С истинной парой не бывает полумеры. Мы чутко настроены на нее, любое изменение в ее настроении отражается на нас. Так и должно быть, ведь наш род — правители, а наши женщины — разделяют нашу ответственность. Мы должны понимать их с полуслова, полувзгляда, знать, о чем думают наши пары, чтобы не натворить ошибок, чтобы не убить тех, кто без нас не сможет жить.

— Если все так, то каким образом вы продолжаете свой род? После встречи с истинной парой, все остальные женщины становятся бесполезными и неинтересными. Ни привлечь внимание, ни зачать они не могут.

— Айса милостива и не терпит пустоты. — Горько усмехнулся Эктар. — Наш род не вымрет, как и не вымрет ваш. Есть два пути, первый — смерть истинной пары, и второй — жертвенный обряд Богине.

— Так вот почему ты так поздно женился.

— Я любил вашу мать, Дэймон. Любил и люблю! Я не сумел ее сберечь! Не сумел помешать заговорщикам, и не сберег Владыку. Но для своего сына я не хотел такой участи. Не я травил вас, не мне принадлежит идея по уничтожению рода Лиос’ атр’Авейн! Но я виноват в том, что не помешал и не попытался вас защитить. Я хотел власти для сына. Я хотел, чтобы Арвел был со своей любимой женщиной. Я не сомневался, что у вас она будет одна на двоих и не ошибся!

Я непроизвольно сжал кулаки.

— Вас привело под стены «Нефритовой Звезды». В тот день и Арвел ошивался там же. Вы как гончие псы учуяли свою пару. И если вы успокоились подсунутой вам Камиллой, то моего сына было не провести. И тогда я приложил все усилия, чтобы вы взяли эту дрянь в жены. Чтобы она растоптала вас и заставила закаменеть ваше сердце. Чтобы в день, когда вы встретитесь с адарит, вы не признали ее, чтобы отнеслись не с почтением и любовью, а как к очередной доступной девке. Только влюбившись, адарит наполнит своего избранника силой. Подарив кисть любимому, она возложит венец на его голову и возвысит над всеми остальными.

— В каком смысле подсунутая Камилла?

— Она была частью огромного плана Керима. Должна была просто попасть во дворец, втереться в доверие, пока он найдёт адарит. Я сыграл на ее тщеславие и помог стать женой Владыки. — Эктар осторожно гладил волосы сына. Я понимал, что он прощается с ним. Так странно, но я не чувствовал гнева к этому человеку, жалость — да, но не гнев. — После ее смерти и тщетных попыток Керима, я подбросил вам свиток с жертвоприношением Айсе. В тот момент только вы могли получить прямой ответ от Богини, и она его дала, но каким причудливым образом!

— Причудливым? Эктар, гиб народ из-за предательства Керима, а ты только сейчас говоришь об этом. Ты хотел власти для сына, но знал, что Керим ищет адарит. Ты всерьез думаешь, что только мой и твой род отмечены Богиней? Тебе не приходило в голову, что Владыкой, осененным адарит, может стать любой темный?!

— Это невозможно, — мужчина посерел, — я думал об этом, но считаю это невозможным. Истинная пара…

— Да причем тут истинная пара? Эктар, Богиня находит нам идеальную во всех отношениях женщину, чтобы мы не смогли ей навредить. Чтобы выбранный Владыка не сумел пройти мимо божественной силы! Айса испытывает каждого кандидата и лишь достойный получает все: любимую женщину и трон.

Я не успел ему помочь. По лицу бывшего советника прошли судороги, он захрипел и завалился на бок. Клятва немилости скора на расправу!

Его смерть не принесла мне успокоения. Наоборот, мне было жаль Эктара и в тоже время жаль того времени, которое он упустил. Все могло быть иначе! Власть…трон…Меня не спрашивали, хочу ли я стать Владыкой, я стал повелителем по рождению, но в полную силу должен войти благодаря адарит. Если, конечно, Анита выберет меня. И если я не опоздаю с ее спасением!

Анита Гранж

Я не плакала и не пыталась вырваться из жесткого захвата двух мужчин, а шла в указанном направлении. Я ждала наступления ночи, когда моя сила возрастет многократно. Леди Анлесса и нянюшка привели меня в дом, в котором я уже однажды была. То самое поместье, главой которого был Керим Рад’ атр’Рург. Даже комнату менять не стали, разве под замок посадили.

Я понимала тщетность попыток побега, а потому выбрала иную линию поведения, чем несомненно, удивила всех. Я запрещала себе думать об Арвеле, который пытался меня защитить, но пал от рук предательницы. Запрещала думать о Дэймоне, который отправился спасать Олива и моих родных. Я верила, что он обязательно со всем справится.

Я не пыталась вступить диалог ни с Флорой, ни с леди Анлессой, сохраняя свой рассудок в спокойствии, и давая своему телу отдохнуть перед встречей с хищником.

Не сложно догадаться, кто руководил покушением. И если сейчас он желает думать, что я бьюсь в отчаянии и трачу свои силы на бесполезные занятия: истерику и слезы, то он глубоко ошибается. Я задорого отдам свою жизнь. И если сама не выберусь, заберу с собой того, кто виновен в гибели детей и женщин!