Анастасия Лик – Сила веры (страница 22)

   - А я всю гадала, куда моя служанка запропастилась, думала она с мужем, а оказывается, вы тут меня ждёте, - рассмеялась Лина и удобно расположилась в широком шезлонге.

   Алкмена тут же смутилась и виновато опустила глаза. Она совсем забыла, что Дианта не только её подруга, но и служанка Лины, и сейчас ей нужна было помощь и в том, чтобы одеться, и в купальне тоже. Конечно, она этого не признавала, но Дианта говорила, что у неё на спине ужасные раны, и она не представляет, как вообще с такими можно ходить. Но Алкмена не стала расспрашивать об этом, Лина неоднократно давала понять, что эта тема ей неприятна.

   - Прости, я больше не буду забирать твою служанку...

   - Алкмена, дорогая, я шучу. Я не беспомощный ребёнок и сама могу справиться. Где Дианта кстати?

   - Пошла за завтраком, сейчас уже скоро вернётся.

   - Она уже не обижается на меня за свою свадьбу?

   - Нет, конечно, как она может на тебя обижаться, - засмеялась Алкмена и с упрёком посмотрела на подругу. Лина всё переживала, что не присутствовала на свадьбе Дианты и Юлиана. Ей очень хотелось поздравить их, но Максимилиан запретил, сказав, что жене царя не место на таких мероприятиях, и подарил молодожёнам хороший дом, чтобы Лина не расстраивалась из-за его запрета.

   - Ой, а если Валерий на совете, он не сможет с нами пойти в театр, - сказала Лина, вдруг осознавая, что им нужно было уже скоро выезжать, а совет только недавно начался. Накануне она спросила у принцессы, как греки обычно развлекаются, и она рассказала про театр, и оказалось, что у неё и брата даже есть своя ложа.

   - Да, жаль, но ладно, пойдём с Диантой. Она наверно обрадуется.

   - Чему я обрадуюсь?

   Обсуждаемая девушка появилась с подносом в дверях и недоверчиво посмотрела на подруг.

   - Мы в театр собрались и у нас есть одно почётное место, как раз для тебя. Пойдёшь с нами? - спросила Лина и с надеждой посмотрела на Дианту, опасаясь отказа.

   - Но мне с вами нельзя, вы же будете сидеть в царской ложе, - сказала она, а Лина недовольно поморщилась. С замужеством этих "не положено" стало невыносимо много, и это ужасно её расстраивало. Хорошо, что Максимилиан ещё сквозь пальцы смотрел на её странную дружбу с солдатом и служанкой.

   - Ой, да ладно! - воскликнула Алкмена. - Это наша ложа, и мы кого хотим, того туда и приводим. А мы хотим тебя.

   - Тогда я, конечно, буду рада. Только мне нужно сказать мужу, что меня не будет, а то я обещала прийти к нему после обеда.

   - Алкмена, а ты будешь не против, если Юлиан присоединится к нашей компании девочек? - спросила Лина. Дианту принцесса полюбила, а вот как она относилась к её мужу, ей было неизвестно.

   - Конечно, пускай присоединяется. Только давайте поторопимся, а то позавтракать не успеем.

   Уже через час их компания вышла из дворца, а Дианта ужасно смущалась и отказывалась предлагать мужу идти с ними в театр.

   - Ох, ну ладно, я схожу, - произнесла Лина, решив спасти свою служанку, а то действительно они могли опоздать на начало спектакля. - Где он? В казарме?

   - Да, только не заставляй его.

   - Дианта, успокойся, я же не изверг, - улыбнулась она девушке и побежала в дальнюю казарму. Влетела туда как ветер, и, конечно же, перепугала всех солдат, которые там были. Они спрыгивали со своих лежанок, но Юлиан быстро понял, что девушка пришла к нему, и сразу же пошёл к ней мимо склонившихся солдат.

   - Лина, что случилось? - очень тихо спросил он, явно прикидывая, стоит ему нервничать или подождать с этим.

   - Ничего, - немного смущённо ответила она. - Мы с девочками в театр собрались, я пришла предложить присоединиться к нам, если хочешь, конечно.

   - И поэтому ты всех тут перепугала? - засмеялся Юлиан.

   - Ой, нет, конечно, просто мы уже опаздываем. Ну так чего? Идёшь? Твоя жена с нами.

   - Мне точно можно с вами?

   - Ой, Юлиан, ты-то хоть не начинай, мне и Дианты достаточно, - взмолилась Лина.

   - Хорошо, - ответил он и широко улыбнулся. - Я с удовольствием схожу с вами, обожаю театр.

   - Пошли тогда скорей. Ты готов?

   - Да.

   Лина схватила за руку Юлиана, быстро вышла из казармы, и они чуть ли не бегом пошли к воротам, где их уже ждали сидевшие на лошадях Дианта и Алкмена.

   - Ой, вы и мою Снежинку привели, - обрадовалась она, садясь на свою белую лошадку, подаренную ей мужем в день свадьбы.

   - Конечно, Максимилиан будет недоволен, если узнает, что ты ездишь на простой лошади, - сказала Алкмена и недовольно посмотрела на замершего солдата. - Юлиан, давай быстрей поехали уже.

   Он тут же опомнился, резво вскочил на скакуна, и они все выехали из дворцовых ворот.

   На самом деле ехать было не так уж и далеко, но Алкмена отказывалась куда-либо перемещаться своими ногами, а после того как Максимилиан внедрил использование сёдел повсеместно, так принцесса даже для преодоления короткого расстояния садилась на лошадь. Так что до театра они добрались довольно быстро, и до начала спектакля оставалось ещё время.

   Здание театра находилось на склоне холма, недалеко от Акрополя, на котором стоял дворец, только назвать это сооружение зданием было бы неправильно, он был, как будто вырублен в этом самом холме и производил невероятное впечатление.

   Он совсем не был похож на такой театр, к какому привыкла Лина. В центре была прямоугольная сцена и здание за ней. Пространство для зрителей поднималось полукругом из центра наверх, а в зрительном зале было отдельное огороженное место для тех, кто мог заплатить за вход, с каменными скамейками и подушками на них, и бесплатные стоячие места для простолюдинов.

   Юлиан недоверчиво косился на Лину, когда они проходили в царскую ложу, но молчал, чему девушка была несказанно рада. Слушать очередные причитания, про то, что эти места не для них, она не хотела.

   Лина радостно уселась посередине между Алкменой и Юлианом, подхватив их за локти, и начала ждать начала представления. Да, на этих местах они действительно были как на ладони, и на них не смотрел разве что ленивый, но как только прозвучали первые аккорды музыки и запел хор, все тут же повернули головы в сторону сцены.

   Сегодня яркие маски рассказывали зрителям странную историю про греческого философа и солдата, и про то, как они спорили о смысле жизни. Лина не поняла из этой постановки ровным счётом ничего, уж больно мудрёный был сюжет, но эстетическое удовольствие всё равно получила огромное. Всё действие сопровождали удивительно красивый хор и танцоры в удивительных пышных костюмах.

   Когда пьеса закончилась, и зрители потянулись к выходу, совершенно неожиданно на сцену вышел человек без маски и прямиком направился к царской ложе. Лина сразу поняла, что он идёт к ней, нахмурилась и не сводила глаз за приближающимся. Ей даже стало интересно, что ему было нужно. Мужчина средних лет, с чёрными волосами, щедро посеребрённых сединой, и одет он был в как-то хитро задрапированный вокруг голого тела кусок ткани.

   Из краткой лекции Дианты про греческие традиционные одежды Лина помнила, что это называлось гиматием, но это было вроде как верхней одеждой... или всё же нет?

   Мужчина подошёл к Лине совсем близко и низко поклонился.

   - Госпожа, вам понравилась моя пьеса? - тихо спросил он, и девушка внутренне скривилась. Это видимо был драматург. Обижать его совсем не хотелось, но и врать она тоже не желала.

   - Вам ответить честно?

   Мужчина заметно напрягся, но кивнул.

   - Нет, мне не понравилось. Смысл этой пьесы для меня остался непонятным.

   - Спасибо госпожа, ваше мнение очень важно для меня, - произнёс он, опять поклонился и ушёл.

   - И что это было? - повернулась Лина к своим сопровождающим. Они смотрели на неё с явным упрёком, а Дианта так вообще рот открыла от возмущения.

   - Похоже, что ты только что погубила карьеру этого господина, - недовольно скривила носик Алкмена. - Ты действительно ничего не поняла? Это была очень хорошая постановка. И этот драматург весьма талантлив.

   - Да? - удивилась Лина, и, судя по лицам Дианты и Юлиана, они были полностью согласны с принцессой. И ей стало ужасно грустно... из-за своей безграмотности, она фактически погубила человека. И что его дёрнуло спросить её мнения?

   Глубоко вздохнув, она поднялась с мягкой подушки, решив исправить ситуацию.

   - Юлиан, пошли со мной, найдём этого господина.

   Они спустились вниз на сцену, и, пройдя площадку, направились к зданию за ней, в котором и скрылся драматург. Зашли в маленькую дверку, и Лина поняла, что они пришли вовремя. Господин, которого она чуть было, не погубила, стоял в окружении большой группы мужчин, низко опустив голову, и смерено слушал их оскорбления.

   - Прекратить! - громко сказала Лина и все тут же подпрыгнули от неожиданности, и через секунду уже опустились на колени.

   - Как тебя зовут? - спросила она, подходя к драматургу, ужасно бледному и грустному.

   - Диокл госпожа, - тихо сказал он, не поднимая головы.

   - Встань Диокл.

   Лина старалась говорить спокойно, но то, что она тут увидела, странным образом взволновало её. Даже если эта постановка действительно была неудачна, такое отношение к человеку было недопустимым.

   - И вы все тоже встаньте, - махнула она рукой на остальных, и мужчины поднялись, но испуганно сжались, боясь даже взглянуть на жену царя. - Диокл, вы зря спросили моего мнения, к сожалению, я только недавно познакомилась с греческим театром и не могу по достоинству оценить вашу работу. Я незаслуженно обидела вас, но мои друзья со мной не согласились, сказав, что ваша пьеса прекрасна.