Анастасия Лик – Игры Судьбы (страница 23)

Верховный знал, что прилечу, Шираль накануне связалась с Яром и от моего имени попросила передать бокар отцу. Тот на удивление выполнил просьбу и даже некоторое время провёл на его корабле, делая вид, что помогает обсуждать стратегию бесконечной войны, но на самом деле ждал меня. Но я, как и положено, дождалась его ухода и направилась в путь.

- Адалира, Верховный собирается спуститься за Мору, - пришло мне сообщение от Смотрительницы Айвиас. - Мне его задержать?

- А можно? Мне бы не хотелось задерживаться и уж тем более спускаться на планету, - ответила я, подозревая, что за мной следит не только эта дама, с первого взгляда показавшаяся мне довольно милой, но целая делегация.

- Конечно, - ответила та, даже не попросив поспешить, хотя явно видела, что мне ещё лететь и лететь. Ближайший переход находился рядом с колонией Хаков, а до корабля Верховного оттуда ещё полчаса лёту, не меньше.

Но я таки долетела, шлюз приветливо открылся для меня, и я пристроила свой серебристый корабль среди чёрных боевых Империи. Вышла и не смогла сдержать улыбку. Верховный собственной персоной и без охраны вышел меня встречать.

- Адалира, ты как свет развеяла мрак моего корабля, - сказал он и протянул мне руку.

- Я не задержу вас надолго, - ответила я, кладя руку в ладонь мужчины, которого в прошлую нашу встречу боялась до дрожи. Да он и сейчас выглядел внушительно, всё-таки он был Верховным Правителем с большой буквы, сила и власть отражались в каждом его движении, взгляде. А я кто, представитель псевдовысшей расы.

- Не задержишь, даже если останешься навсегда. Вот только... Яр уже улетел.

- Я знаю, - голос, предатель, надломился, а всю мою уверенность словно корова языком слизала. Забрала свою руку и попыталась выпрямиться и хотя бы сделать вид, что всё у меня хорошо. - Мой бокар не отозван и всё ещё принадлежит мне? Я бы хотела забрать его, если можно.

Верховный не ответил, хотя уж точно не забыл о том, что этот бокар забирала для меня Зинара, просто смотрел на меня и словно видел мою душу. Странное чувство, особенно если учесть, что он представитель отсталой колонии дикарей с неустойчивой генетикой. Мы для него высшие, идеальные, могущественные. Он это знал и более того - осознавал. Но сейчас он меня жалел...

- Они следят за нами, - сказал Верховный уверенно. Я кивнула, а он грустно улыбнулся. - Знаешь, когда я впервые узнал о вас, то долго не мог смириться, что не являюсь свободным, что моя жизнь больше... не моя. Но, как я посмотрю, вы в таком же положении.

- К сожалению, да, - прошептала я. - Видимо, это закон Судьбы, жить под указкой сильнейшего и по установленным правилам. Наверно, это и есть признак цивилизованного общества.

- Очевидно, мои слова не понравятся твоим наблюдателям, но всё-таки я скажу: тюрьма с тюремщиком не может быть правильным обществом. В Рошгар довольно строгие правила, ты и сама знаешь, что люди часто боятся высказывать своё мнение или желания, хотя мы никогда за это не наказывали и не будем. Но держать свой народ в заточении, это слишком, - покачал головой Верховный.

- Мы не в заточении, - фыркнула я. - Я же тут. Да и аштарианцев в Рошгар предостаточно.

- Да? Тогда я желаю, чтобы ты осталась до конца квады, - сказал Верховный уже другим тоном. Очевидно, ему было непривычно говорить с другими на равных, и мучать себя подобными затруднениями ему надоело.

Я не смогла сдержать улыбку, хотя этот мужчина продолжал меня пугать.

- Это приказ?

Верховный улыбаться не стал.

- Приказ? Адалира, тебе нужен приказ для проявления уважения? Тебе ведь... разрешили навестить меня?

Проклятье! А всё из-за Шираль! Забери свой бокар, нужно спровоцировать недоброжелателей! Вот уж действительно я их спровоцирую, если вот так буду наведываться к Верховному Правителю Рошгар и чаи с ним гонять. Ну или развернуться и уехать, высказать неуважение, а он, на минуточку, отец моего мужа, да и велика вероятность остаться без бокара. Не надо было Яру его возвращать... теперь мне снова нужно его заслужить...

Да и его "тебе разрешили" звучало оскорбительно, хотя и верно.

- Мне не запрещали, - проворчала я. - Я с удовольствием составлю вам компанию до конца квады, если это не очень долго. Я не совсем хорошо ориентируюсь в ваших днях, в Аштар время относительно, но на службу мне опаздывать не стоит.

Верховный повелительно махнул рукой вперёд, развернулся и пошёл вдоль чёрных кораблей своего флота. Я пошла следом, рассеянно рассуждая о том, что там у них за война такая долгая и действительно ли эти корабли участвуют в боях и убивают людей. Но спрашивать я об этом не стала, мы молча покинули огромный ангар и вышли в небольшой зал, охраняемый тремя воинами Верховного. Одного из них я знала.

- Ио! Ты жив, - улыбнулась я мужчине, который был послан за мной, когда я скрывалась на Земле, но был схвачен аштарианцами.

- Он ничего не помнит, - ответил мне Верховный и указал на мини-катер. Без верха и без кресел. Несколько минут полёта уже в сопровождении охраны, и мы в стерильно белом зале с чёрными диванами вокруг пустого стола. Воины, не дожидаясь приказа, встали у дверей и замерли. Я села на диванчик и, признаться, пребывала в замешательстве. Что делать и что говорить, я не знала.

- У вас тут прохладно, - решила я развеять обстановку разговорами "о погоде".

- Принеси лои с шерстяным плащом, - сказал Верховный кому-то за моей спиной, и уже через мгновение я была закутана как гусеница в шикарный плащ и гадала, что ещё спросить такого, чтобы узнать цель своего сидения тут. Может, чаю?

- Ты от него отказалась? - вдруг спросил Верховный.

- Разве я могу отказаться от своей души? - сказала я грустно. - А знаю, о чём вы думаете, но как бы то ни было, я ни о чём не жалею. И о том, что завладела сердцем Яра, но не могу быть с ним, ни о том, что поставила под удар Рошгар. Он мой муж, им и останется. Пусть и на расстоянии, и пусть я тоскую так... - сказала я сквозь непрошенные слёзы, - так, что не передать, но наш союз правильный. В этом я уверена.

- А если я скажу, что мать Яра была аштарианкой, это поможет преодолеть запрет, установленный... кто там вам всё запрещает, мне это не известно, - сказал Верховный самую неожиданную вещь, какая только могла быть. Яр рождён от аштарианки? Это не просто способ помочь сыну и попытаться выдать его за нашего, а... действительно так оно и есть?

"Я проверю информацию" - услышала я голос Смотрительницы, которая до сих пор следила за нами.

- Яр сказал, что его мать умерла родами...

- Это официальная версия, - кивнул Верховный. - Так твой ответ? Это сделает его достойным связи с тобой?

"Никаких следов присутствия аштарианцев рядом с Верховным Правителем не обнаружено, - отрапортовала мне Смотрительница. - Или Чистильщики подчистили всё, что было, вплоть до открытых архивов, или её никогда не было".

- Нет, не думаю, - ответила я, откашлявшись. - У нас очень блюдут чистоту, любые примеси недопустимы. Даже то, что все представители колоний, даже земляне, так вами не любимые, - наши потомки, наша кровь, предпочитают забыть. Так что того, у кого-то две капли аштарианской крови, а не одна, считать своим никогда не будут. Нам остаётся лишь надеяться, что Суд пересмотрит свои взгляды и вспомнит о том, что завещано нам прародителями.

- Да, в те времена мы были вместе, не опасаясь осуждения, - неожиданно улыбнулся Верховный и, признаться, улыбка на его хмуром лице казалась странной. - Но сразу после рождения Яра она пропала. Вдруг, ничего не сказав и не оставив послания. Адалира, сделай мне одолжение, найди её. Узнай, что с ней случилось. Вернуть не прошу, смотря на вас с Яром, я понимаю, что больше никогда не увижу свою жену, но уже шестьсот тридцать пять лет я нахожусь в неведении. Если она отреклась от меня или её убили за запретную связь... я должен знать.

Верховный протянул мне маленькую горошину чёрного цвета. Очевидно, она содержала голографию обсуждаемой дамы, но открывать её я пока не хотела. То, что наш разговор, да и встреча в целом может стать достоянием общественности усилиями оппозиции, вероятность велика, и показывать всем образ бывшей жены было нельзя.

- Её имя - Эйфир.

"Таких у нас нет" - тут же ответила Смотрительница.

- Цим, Эйфир жива?

- Нет, жительницы с таким именем больше нет.

О, это её "больше нет" звучит неоднозначно.

- Она проходила чистку? - спросила я вездесущую.

- Нет, - ответила та, не заикнувшись, что я обсуждаю запретные темы с человеком, не имеющим права знать это. Даже о лишних ушах в виде трёх воинов ничего не сказала.

- Её обнулили?

- Да, но у меня нет никакой информации об этой женщине.

- Что значит "обнулили", - живо поинтересовался Верховный. Наверно, известие, что его жена жива, подняло ему настроение.

- Для вас это равносильно убийству, - ответила я. - Это когда стирают не только память, но и обнуляют личность. Её тело живо, но она больше не ваша. Другой человек, чужой.

- Но ведь можно это исправить? - продолжая надеяться, спросил мужчина.

Я покачала головой.

- Айвиас, можешь отвернуться на некоторое время? - спросила я Смотрительницу.

"Ты в своём уме? Нет, конечно! Мне нужна полная информация для отчёта об этой встрече", - ответила Смотрительница.

- Так ты там одна? - удивилась я.