Анастасия Леманн – Врачи. Измена. С тобой скучно! (страница 4)

Краска прилила к моему лицу. Это уже было слишком.

– Ты нормальный? Лиза завтраки готовит, ужины! Что с тобой? Это моя сестра! Елена Марковна приезжала с Дмитрием Владимировичем – я слова не сказала! Хватит!

– Я ничего не сказал, но в своём доме я хочу отдыхать!

– Ты даже ни разу не спросил, как мама! Что с тобой, Тим? Мы отдаляемся друг от друга! – тихо произнесла я.

– А что мама? Надо лекарства вовремя пить! Всё хорошо, я узнавал! Хорошего дня, Валя!

Тимофей толкнул дверь, а внутри меня всё сжалось. Как, Валя, я, кажется, что-то страшное было на пороге. Это страшное называлось пустота… Между нами пустота…

Я едва не выронила чашку кофе из рук.

Лиза мрачно смотрела на меня.

– Чего ты переживаешь? Всё хорошо! Я всё понимаю! Я мешаю!

– Хватит! Никто не мешает, Лиза!

– Да я всё слышала и всё понимаю! Пожалуйста! Я только понять не могу одну вещь: сколько ты можешь перед ним прыгать? Он же всю жизнь себе чай сделать не может – ждёт, когда Валя подаст!

У меня темнеет в глазах. А ведь сестра права… Тимофей привык, что всё делаю я.

***

– Мамочка, я тебя очень люблю!

Я крепко прижала дочь к себе.

Моя маленькая девочка. Сабрина с нежностью провела ладонью по моей щеке.

– Пошли! Пора в школу! На выходных сходим в кино!

Дочь вздохнула.

– Бабушка поправится?

Внутри всё сжалось. Конечно, поправится. Я уверена. Бешено стучало сердце. А поправится ли…

– Анна, можно вас на минутку?

Голос Лены звучал строго. Я вошла в стационар, удивлённо смотря на Анну, медсестру. Лена стояла рядом и что-то высказывала старшей медсестре.

– Анна, здесь дневной стационар! Беременные женщины себя плохо чувствуют! А вы с запахом сигарет!

– Я всегда курила и курю! Лидия…

– Лидии здесь больше нет! – холодно ответила Лена. – Здесь есть я, и очень вас прошу соблюдать правила! Женщин в положении обычно тошнит, а вы с запахом сигарет!

– Я всегда курила!

– Ну, теперь вы не курите, а если курите, то после работы! От вас запах, люди, кто не курит, а особенно женщины в положении, они всё это чувствуют! Очень вас прошу, Аня! Послушайте меня, пожалуйста! Спасибо за понимание!

Лена развернулась и пошла в сторону кабинета. Аня стояла с каменным лицом и смотрела ей вслед.

– Валентина Павловна, я курящий человек! Как я могу не курить? Ни одна беременная ни на меня, ни на Олю не жаловалась ни разу!

Что происходит?

Я молча смотрела на Анну. Здесь я, конечно, могла её понять как человека, но, с другой стороны, Лена была права. Жёсткие порядки. Обычно все пытались подружиться; с Катериной у них сложился идеальный тандем, Оля обожала Лидию, а здесь всё сразу пошло не так.

– Аня, я понимаю, я поговорю!

– Поговорите, пожалуйста! Во-первых, со своим уставом в чужой монастырь не лезут – это раз, а два: я не могу так работать! Я тогда остаюсь с Катериной Сергеевной!

Через час ко мне пришла Оля, которая говорила то же самое. Обе они были возмущены до предела, а я вообще не понимала, что со мной происходит.

Чувствовала я себя отвратительно, меня просто выворачивало наизнанку.

Что-то шло не так, совсем не так, как должно было. Телефон ожил на столе. Это был лечащий врач мамы.

ГЛАВА 4

Я сидела в кабинете Марка Анатольевича. Передо мной стояла чашка с ароматно дымящимся кофе.

Лиза сидела рядом. Её лицо было залито слезами. Мы все всё понимали. Я и Марк – врачи. Хоть Лиза не имела никакого отношения к медицине, она тоже всё понимала.

Да что там, все всё понимали. Маме осталось недолго. Второй инфаркт стал последним. Как такое могло произойти, не знал никто.

Она восстановилась полностью после первого, выполняла все рекомендации и предписания врача.

Но не помогло. Второй инфаркт, мама была совсем слаба. Я прекрасно понимала прогнозы. Внутри всё сжималось. Я даже поверить не могла, что всё закончилось, что вот-вот мамы не станет. Что в свои сорок пять я останусь сиротой. Ведь это не просто красивая фраза из интернета, а правда: пока живы родители, мы можем почувствовать себя маленькими, сколько бы нам ни было, мы ещё дети.

В носу защипало, а в глазах застыли слёзы. Мама… Я даже поверить не могла, что её вот-вот не будет, мамы… Что не станет её тёплых мягких рук, её улыбки. Что её не будет.

Что не будет её голоса и её улыбки. Что это конец.

– Ну она же проживёт ещё хотя бы несколько лет? – со слезами в голосе спросила Лиза.

У Лизы вообще, кроме мамы, не было никого. Они так и жили вместе после её развода с мужем. Детей у сестры не было, а замуж она второй раз так и не вышла и не переживала за это вообще. Лиза отлично зарабатывала, была переводчиком и репетитором иностранных языков.

То, что она остановилась у нас, хотя могла снять любой отель, настояла я. Сестра и мама жили в другом городе, а мне очень не хватало их.

Очень… И сейчас я понимала, что, растворившись в Тимофее, семье, я год как не видела маму и сестру. Год не знала, что маме так плохо. Год…

***

– Почему ты не звонила и не говорила, что маме так плохо? – спросила я тихо, когда Лиза отпила кофе в кафе.

Её всю трясло. Я видела, как она нервничает.

Видела, как трясутся её руки и что с ней происходит.

– А что толку звонить? Ты совсем со своим Тимофеем с ума сошла! У тебя дочери взрослые – с трудом пирог испекли и посуду помыли! Ты хорошая и для всех удобная! Я не хочу ссориться, но мама просила тебя не беспокоить! Валя много работает, Валя устаёт! У Вали муж!

– Лиза!

– Валя, я развелась и счастлива. Я ничего тебе не говорю, но ты удобна! Потому что ты его обожала! Всю жизнь любила своего Тимофея! А за что? За его эгоизм? За то, что его мама тебя всё время гнобила! Он выглядит лет на тридцать пять, а с тобой что, Валь! Ты похудела вон как!

Внутри что-то сжалось. Сильнее заболело. Я дотронулась до бока. Что это? Сапожник без сапог… Со здоровьем всё всегда было хорошо, так что сейчас такое…

– Вот ты за бок держишься! Заведующая УЗДГ и дневного стационара! Если что-то серьёзное, ты себе даже УЗИ не можешь сделать!

– Это сердце, Лиза! Я просто много нервничаю! Со мной всё в порядке!

– Дай бог, Валя, чтобы с тобой было всё в порядке! А то я не знаю уже, что думать!

– Лиза, сейчас самое главное, чтобы мама поправилась!

– Мама не поправится! – резко произнесла сестра. – Ты как врач это знаешь! У тебя семья, Тимофей!

– Мама в лучшей клинике, Тимофей её туда и устроил! Да что с тобой, Лиза!

– Ничего! Тимофей обязан, он твой муж! Мама ждала на Новый год, а Тимофей не захотел. Это же он не захотел, правда, Валя?

Я отвела в сторону глаза. Сердце сжималось всё сильнее. Было больно, очень больно.

А ведь Лиза права: мама очень ждала нас на этот Новый год, а я не приехала. Не приехала потому, что Тимофей захотел в жаркие страны. Ногти впиваются в ладони. Прости меня, мама, только живи, пожалуйста, живи…