Анастасия Крюкова – Опасные желания (страница 14)

«Зачем этот гад пришел сюда?» — демон улыбнулся, позволив появиться из воздуху красному креслу с обивкой. — «Я ведь уже все оплатил!».

— Здравствуй, Требониан, — мужчина сел в кресло и, устроившись поудобней, отряхнул рукава костюма, будто они в этом нуждались. — Я здесь по поручению Вельзевула. Он хочет тебя видеть.

Вельзевул — один из князей Ада, лично назначенный прихвостнем Люцифера следить за порядками в Верхнем Подземелье, граничащем с демонскими лабораториями и комнатами для различных исследований. В основном этот демон отвечал за отчеты по душам, которые каждый месяц предоставлялись начальнику, передаваясь от одного к другому, пока не доходили до самого главного — Люцифера или его правой руки. Так же к списку его обязанностей относились и другие вещи рабочего порядка, в особенности касающиеся продажи и приобретению лучшего магического товара. Этот демон был хорошо проинформирован во всем.

— Вельзевул? — переспросил Фомор, облизнув внезапно пересохшие губы. Это стало для него плохой новостью, ибо такие разговоры сулили одни неприятности: князь Верхних Подземелий был скуп, и случаи, когда он гладил по головке кого-то из подчиненных за их достижения, случались крайне редко. И, как назло, именно в эти последние два месяца демон вряд ли мог похвастаться хорошей службой. — По какому же поводу?

— Ты все знаешь, — Иммэнуэл положил ногу на ногу, откидываясь на мягкую спинку кресла — гад выглядел чертовски самодовольно. — В этом месяце твои показатели сильно упали, Зорион ушел вперед тебя. А души, выплаченные тобой, стали более порчеными, Ниан. Либо ты оставляешь себе лучшие, — демон наклонился вперед, одаривая Фомора тяжелым взглядом черных глаз без зрачка, — либо стал хуже работать. Пора задуматься и исправлять ситуацию, иначе мы будем вынуждены забрать у тебя твою плату и понизить в должности.

Демон, возмущенный, вскочил со стула, с грохотом опрокинув его на пол.

— Да что ты несешь! Я пашу, как проклятый, что собственно так и есть, а ты говоришь мне, что я делаю недостаточно? — он собирался продолжить свою пламенную речь, чувствуя себя несправедливо обманутым, — начальству всегда подавай все самое лучшее! — но Иммэнуэл перебил его:

— Сходи к Вельзевулу и принеси ему что-нибудь стоящее, — оставаясь невозмутимым, он неопределенным жестом пожал плечами, поднимаясь со своего места: — может, он даже пересмотрит свое решение. Ничем более не могу помочь.

Фомор успокаивался, приводя в порядок дыхание, пока другой демон, развернувшись к нему спиной, шагал к двери.

— Так когда я должен зайти к нему? — спросил он, наконец опомнившись. «Я что-нибудь придумаю. К этому моменту обязательно что-нибудь придумаю».

— Он будет ждать тебя через семьдесят два часа, то есть, три дня, если мерить по людским меркам, в своем кабинете, — ответил мужчина, бросив хладнокровный последний взгляд на Ниана, прежде чем удалиться. — Не хворай, Требониан.

Прошло лишь несколько секунд после его ухода, как демон, обозлившись, стукнул кулаком по столу, сметая бумаги с его поверхности на пол. Усевшись на стул, он нащупал лежащую в кармане колбу, вспомнив, что до сих пор так и не заплатил Тэссе. За услугу ей, как и всегда, была нужна чистая душа. А что же такое «чистая душа»? Для демонов это определялось чем-то одним, в больше степени завися от силы и выдержки духа, что только набивало душе цену, для людей же совсем другим. Но самое главное — внутренний свет.

Дух Лои, освобожденный от заточения, сверкал, сиял и переливался. Решив, что эта душа стоит гораздо дороже и в будущем еще может ему пригодиться, он быстро поменял ее на более простую, но не менее качественную, принадлежащую Аларику Фредерику Вильямсону, и чуть ли не выбежал из своего кабинета, направляясь к «милейшей» демонице по имени Тэсса.

14

ГРЕШНИК

Я грешен… и не раскаиваюсь в этом… Мои грехи не каждому понять…. И никому я не давал обета, Чтобы потом меня в нем упрекать… Жесток и властен — с этим не поспорить.. Таков уж я и есть на самом деле. Но тот, кто в этой жизни что-то стоит Таким и станет, ради своей цели… Я тоже был ребенком и мечтал О лучшей жизни, о крыльях, как у птицы…… Но тем человеком, что я стал На вряд ли можно было бы гордиться. Я больше не стремлюсь к счастливой жизни, Я не имею права верить больше. Я просто существую… но а в мыслях Я просто остаюсь ребенком дольше… Нет! Я не замаливать грехи пришел… И вовсе не успокоения ищу… Я просто тот, кто в жизни не нашел Ту женщину, которой всё прощу….

Ночь опускалась над озером «Атра», добавляя таинственной атмосфере еще более устрашающий вид. Луна была скрыта толстым слоем облаков, что создавало почти полную светонепроницаемость — еще несколько часов и здесь будет царить сплошная мертвая чернота, и чем ближе вы окажитесь непосредственно к водам самого озера, тем плотнее она будет казаться. Мало кто из коренных жителей Роудхелла, хорошо осведомленный его мистической жизнью, имел достаточно храбрости появляться здесь в темное время суток; в определенной степени это даже стало своеобразным правилом — правилом выживания. Но, как известно, на каждое правило найдется свое исключение и всегда будут те, кто, даже того не ведая, его нарушает.

В нескольких метрах от «Атры» зажегся узкий луч света, а следом за ним еще один. В непроглядной темноте свет от двух карманных фонарей казался резким и ярким, рушащим идиллию ночи и спокойствия. Гробового спокойствия, надо сказать.

Дэнни, держа в руке фонарик, прищурилась, пристальным взглядом обводя гладь озера, — кажется, вдали над водой показалось что-то темное и довольно большое; вздрогнув, она резко развернулась, став быстрыми шагами подниматься вверх по склону. «Это просто мое воображение», — повторяла про себя Даниэль, свободной рукой растирая выступившие на коже мурашки и заставляя себя не дрожать. — «Все в порядке». Прежде чем «отослать» девушку, Шон, надеясь поговорить с Мэттом без свидетелей, настоятельно не рекомендовал ей подходить слишком близко к воде. Но за бурным спором все его опасения по поводу мавок были уже давно развеяны; ночь обещала пройти без сюрпризов.

До нее долетели обрывки разговора на повышенных тонах, когда она осторожно направлялась к брошенному бьюику, решив переждать внутри салона. Это странное место по-настоящему начинало пугать ее.

— Я ни под каким предлогом не стану развязывать тебя. Даже не мечтай, приятель! — рядом с автомобилем вырисовывался неясный силуэт Шона, и девушка, бесшумно подойдя ближе, направила свет в его сторону. Резко развернувшись, он заморгал, механическим движением потянувшись к поясу. Но, увидев стоящую перед ним Дэнни, внезапно приподнял уголки губ в едва заметной усмешке, видимо, обращаясь к каким-то собственным мыслям.

Луч от его собственного фонаря был направлен на Даниэль, давая сидящему на земле Мэтту хорошенько рассмотреть ее. Опытному глазу Охотника потребовались секунды на оценку: стройная, привлекательная девушка, но… она была человеком. Не более. Нахмурившись, брюнет еще раз внимательно оглядел ее с ног до головы, так и не выявив ничего необычного. «Разве только повязка на шее», — наконец заключил он, после нескольких мгновений сомнений. — «Так какого черта я принял ее за одну за одну из наших, за Отступника?!». Мужчине было невдомек, насколько сильно злость и ярость способны ослеплять человека: чувствуя себя разгневанным, обиженным и преданным, он не смог распознать очевидной истины — Даниэль простая девушка. Часто люди видят то, во что хотят верить и то, что окажется для них наиболее простым и выгодным. Но реальность этого не прощает — либо ты принимаешь все, как есть, либо страдаешь еще больше.

Мужчина ощутил, как в груди разрастается неприятное чувство: он ошибся, допустил самую глупую и, возможно, страшную ошибку. А что если бы по его вине эта девушка пострадала?! Но чтобы сейчас он не думал, какую вину бы не испытывал, ничего из вышеперечисленного не отменяло предательства Шона Бретфорста.

— И что же там ничего не чавкает? — язвительно спросил Мэтт, чтобы скрыть свое внутреннее беспокойство, и неопределенно кивнул головой в сторону «Атры», откуда только что поднялась девушка. — Никаких мавок?

Саркастически хмыкнув, Шон резко перенаправил луч от фонаря, намеренно ослепляя этим Мэтта. Тот зажмурился, скривившись.

— Дохлый номер, Мэтью. Я…

— Развяжи его, Шон, — неожиданно подала голос Даниэль, продолжая растирать ладонью замерзшие плечи; несмотря на самый разгар летней жары, ночь на «Атре» становилась все холоднее и холоднее — создавалось такое впечатление, будто место имело свой собственный климат, противоречащий всему остальному в городе. Это была словно целая отдельная вселенная.

— Ты издеваешься надо мной? Вы оба? — внезапно вспылив, мужчина повернулся к ней, плотно поджав губы. Долготерпением он явно не отличался. — Потому что я ни черта не понимаю!

Откровенно говоря, Даниэль сама не понимала причины своих слов, особенно учитывая их не самое приятное знакомство с Охотником; скорее, это был лишь поток различный ощущений, который она неумело преобразовала в слова. И самое важное — Дэнни знала, что отсюда нужно убираться. «Что-то в этом месте не так».

— Просто сделай это сейчас, — неуверенно предложила она, после нескольких секунд раздумий, не зная, как мужчина может отреагировать. «А не пошлет ли он меня?» — пронеслось в голове, почти заставив ее улыбнуться. — Давайте скорее уйдем!