Анастасия Крюкова – Как в старой сказке (СИ) (страница 19)

— Ты идешь? — бросил он, не оборачиваясь, увлеченный неожиданной находкой.

— Только послание отправлю, — кивнул мужчина, намеренно отставая, и полез в перекинутую через плечо сумку. Вытащив смятый лист бумаги и артийские чернила, он наспех нацарапал короткое сбивчивое короткое послание. Затем поспешно разжал пальцы и подкинул пергамент в воздух — тот немедля загорелся, превращаясь в пыль. Почерневшие остатки подхватило невидимым порывом ветра и понесло к выходу.

***

Около трех месяцев назад

В воздухе рваными клочьями вились всполохи сигаретного дыма. Отвернувшись от сцены, где уже битый час надрывалась местная кавер-группа, София уперла раздраженный взгляд в полупустой бокал. В горле застрял ком, пить не хотелось, но она усилием воли заставила себя сделать глоток. Когда хочется вырвать сердце, лучшее, что ты можешь сделать, — ни в коем случае не трезветь.

— Почему такая грустная? — проорал в ухо наигранно заинтересованный голос, и девушка едва не вздрогнула от неожиданности.

Один и тот же вопрос уже в пятый раз за ночь. «Я что, выгляжу настолько жалко?», — подумала она и, нехотя развернувшись, наткнулась взглядом на коротко стриженного белобрысого мужчину.

— Я не грустная. Просто сижу, — процедила в ответ София и, вынужденная слишком близко к нему наклониться, поспешно отстранилась. Пытаясь сгладить резкость, она выдавила из себя блеклое подобие улыбки и вновь отвернулась, надеясь, что разговор окончен.

Впрочем, надежда быстро растаяла.

— Но почему в одиночестве? — не сдавался мужчина, облокотившись о спинку соседнего стула и угрожающе нависнув над девушкой. Музыка резко оборвалась, и его голос прорезал внезапно образовавшуюся в баре тишину.

София скривилась, думая над ответом; в голове жалящим роем зудели мысли — одна хуже другой.

— Всем спасибо! До новых встреч! — прогремело со сцены, и, в последний раз поклонившись, музыканты под громкие аплодисменты покинули зал.

В отличие от них мужчина никуда уходить не собирался и продолжал сверлить девушку выжидающим взглядом.

— Жду судьбу, — наконец сказала она, неопределенно пожимая плечами. — А это, к сожалению, совершенно бесполезное занятие.

Возможно, если бы не шестой бокал пива, то София ответила бы нечто иное, но в данных обстоятельствах это казалось наилучшим вариантом. К тому же было что-то забавное в том, как мужчина нахмурился, сдвинув брови, словно действительно задумавшись над ее словами.

— Зачем тогда ждешь? — спросил он, сделав бармену знак рукой. Затем с трудом протиснулся сквозь узкое пространство между стульями, несколько раз попутно задев девушку локтем, и, к ее ужасу, пристроился рядом.

Софии безумно хотелось прервать этот бессмысленный разговор, поэтому она вновь пожала плечами и молча уткнулась в свой недобитый стакан. «Почему мне просто не дадут спокойно попить пиво?», — думала она, чувствуя, что начинает злиться.

— Ты здесь впервые? — как ни в чем не бывало, поинтересовался мужчина; заигравшая с новой силой музыка заставила его ближе придвинуться к девушке.

От неожиданности Софии подавилась и, едва не расплескав по барной стойке пиво, зашлась в диком кашле.

— Нет, — выдавила она с трудом. Один случайно брошенный взгляд на его аккуратную белую рубашку, переливающуюся синим в свете неоновых ламп, показал Софии больше, чем должен был.

Словно в подтверждение ее мыслей, мужчина крутанулся на стуле и остановил любопытный взгляд на танцполе — столпившиеся во время концерта посетители никак не желали расходиться и всеми силами подстраивались под новую мелодию.

— Как они странно танцуют, — недоуменно бросил он, вновь возвращая свое внимание к Софии. — Ты так, кстати, и не сказала, как тебя зовут.

Девушка невольно скривила губы, не имея ни малейшего желания отвечать на этот вопрос.

— А что, если я и есть та самая судьба? — неожиданно выпалил мужчина и, придвинувшись еще ближе, обдал девушку странным цветочно-горьким запахом.

Долгую секунду София смотрела на него, не зная, что ответить, словно не веря, что он мог сморозить такую глупость. Затем нахмурилась, лицо превратилось в привычную ничего не выражающую маску.

— Вряд ли, — сказала девушка, уверенно качая головой. — Я бы точно знала.

— Иногда судьба может принять самое неожиданное обличие, — с глубоко обиженным видом выдавил из себя мужчина, вставая, слегка пошатнулся и, забрав поданный барменом коктейль, наконец-то скрылся из виду.

На какое-то мгновение София почувствовала ползущие по телу обжигающие щупальца стыда. Затем тряхнула головой, залпом допила оставшееся на дне бокала пиво и, отыскав на дне сумки мелочь, двинулась к музыкальному автомату.

Вскоре по залу плавно прокатились знакомые слова:

Ты снимаешь вечернее платье,

Стоя лицом к стене.

И я вижу свежие шрамы

На гладкой, как бархат, спине.

Мне хочется плакать от боли

Или забыться во сне,

Где твои крылья, которые

Так нравились мне?

София с наслаждением облокотилась о стенку и, тихо подпевая, невольно прикрыла глаза.

***

Оказавшись на улице, он выругался и с нескрываемой злостью хлопнул дверью. Стоящие рядом люди обернулись и встревоженно попятились — что-то в его облике вызывало неосознанное желание убраться с дороги.

Заставив себя успокоиться, мужчина шумно выдохнул и поспешно спрятал руки в глубокие карманы. Еще мгновение и сорвавшиеся с пальцев красные искорки стали бы его разоблачением. Но, казалось, никто ничего не заметил — люди группками, словно жвачка, липли к грязным стенам бара, продолжая смеяться, курить и обмениваться бессмысленными фразами.

Вновь обежав взглядом тонущую в неоновых огнях улицу, он поморщился и двинулся в противоположную сторону. Пронизывающий ветер кусал лицо, жгучими пальцами впиваясь в кожу. Ускорив шаг, он в мгновение ока оказался на перекрестке и, оглянувшись, нырнул в переулок. Долгожданная тишина и темнота бережно укутали его своим плащом.

Убедившись, что находится один, он несколько раз крутанулся на месте — руки запорхали вокруг тела неуловимыми плетями. Затем высокий силуэт окутала черно-фиолетовая дымка и, когда она рассеялась, на месте мужчины появилась изящная женщина в роскошном наряде.

Вспомнив бар и Софию, Флорин невольно нахмурилась и вновь не удержалась от ругани. Похоже, с этой глупой девчонкой ей придется еще повозиться. А значит — задержаться в этом гнилом сером мире.

14

У шамана три руки.

Мир вокруг как тёмный зал.

На ладонях золотых

Нарисованы глаза.

(Пикник)

Тонкие пальцы шамана неуловимо, словно бабочки, порхали над мерцающими в темноте пещеры склянками. В воздухе невидимыми спиралями вился душистый запах трав, специй, старых книг, а над всем этим — едва уловимый аромат плесени. Ругару стоял, привалившись к шероховатой стене, враждебно скрестив на груди руки и прожигая бледно-фиолетовую спину шамана с выпирающими позвонками пристальным взглядом. Стоило ему слегка потянуться или двинуться, как узоры на его теле оживали и пускались в неведомый пляс.

— Пытаешься прожечь во мне дырку? — сипло спросил шаман, повернув лысую голову. Руки, словно отдельный механизм, продолжали доставать склянки, откупоривать крышки и смешивать опасные ингредиенты. Ему совершенно не требовались для этого глаза.

— Кто она такая? — наконец спросил мужчина, не выдержав. Крутящиеся в голове вопросы съедали его изнутри, мешая сосредоточиться и думать о чем-либо еще. — Я знаю, что видел.

Послышался густой раскатистый смех. Закупорив пробку и в последний раз взболтнув содержимое флакона, шаман спрятал его в карман грязных изорванных бриджей и резко выпрямился. Глаза тускло сверкнули, словно впитывая в себя стоящую вокруг тьму.

— Сейчас узнаем, — хрипло пообещал он и, крутанувшись, прошаркал к вырезанной в стене неудобной каменной кушетке. Остановившись перед мирно спящей девушкой, шаман склонился над ней пугающей черной тенью и напряженно замер. Его бледный сгорбленный силуэт выглядел жутким и каким-то потусторонним, словно бы принадлежавшим существу из другого мира.

Раздираемый беспокойством, ругару со вздохом отлепился от стены и в мгновение ока приблизился к месту действия. Как раз, вовремя — шаман набрал в грудь воздуху и, подняв к потрескавшимся губам руку, выдохнул в лицо девушки щепотку серого порошка. Затем протянул ладонь и медленно провел ею над хрупким телом: дым, собираясь кольцами, стал темнеть и сгущаться, следуя за его движением.

— Это иллюзия, — наконец сказал он, с громким хлопком отряхивая ладони. Дым начал рассеиваться и исчезать, оставляя после себя слабым напоминанием лишь горелый запах. — Причем очень хорошая иллюзия. Королева использует давно забытую магию Теней.

— Не хочешь же ты сказать… — ругару замер, не в силах заставить себя продолжить. Происходящее вокруг заиграло для него новыми красками — Флорин перешла еще одну черту.

— Именно, — кивнул шаман, одаривая его неуместной белозубой улыбкой. — Она открыла ворота в Мглистые Пределы. И похоже, уже очень давно.

От мужчины не укрылся мелькнувший в голосе существа интерес. Для него все это было лишь забавной увлекательной игрой — или он старательно делал вид, что это так?

— Но кто она тогда такая? — ругару раздраженно указал на лежащую на камне девушку, чувствуя, как начинает злиться. Клубок подозрений свернулся в его груди скользким кольцом змей. — И откуда у нее твое кольцо? Ведь его невозможно снять…