Анастасия Коваленкова – Не держите небо (страница 4)

Не нужна мне свобода.

Я СВЯЗАНА! КАКОЕ СЧАСТЬЕ!

Милостыня

Проснулась я утром в воскресенье.

Весь дом ещё спит, и муж, и пёс, и кошки.

Тихо так, спокойно на душе.

И кажется, что будет сегодня что-то чудное в этом дне. Лежу и думаю: а где оно случится, моё чудо?

Слышно, как за окном дворник лопатой снег загребает: ширк-ширк-ширк. Значит, снега за ночь много выпало.

Лень, конечно, из-под одеяла вылезать, а всё же любопытно – что там за окном, в воскресном утре.

Выглянула – а во дворе всё белое-пребелое! И снег вали́т.

Так густо он с неба сыплет, что дома напротив не видно почти. А нахохлившийся дворник Захид гребёт-гребёт, а его самого и тротуар тут же опять засыпает… Остановился он, на лопату опёрся, в небо посмотрел… И опять начал грести.

Хлопья ровно опускаются, пуховые, медленные. Ни города не слышно за этой пеленой, ни машин. Совсем тишина.

И вдруг тихонько: «Дзынь…» – колокол церковный тонко пропел.

И ещё: «Дзынь…» – будто совсем издалека.

А церковь-то прямо рядом тут, в переулке нашем. Только снег так воздух укрыл, что слышится колокольный звон еле-еле.

И звонит он так, как на море в густом тумане на кораблях звонят – грустно и просительно. Словно потерялись они, моряки те, зовут, зовут…

Вот и колокол наш так зовёт. Помолчит-помолчит и снова «дзынь…». И опять ждёт молча. Будто прямо ко мне обращается.

Надо идти.

Оделась я. Осторожно, чтоб никого не разбудить, из дому выскользнула.

Во дворе пусто, Захид уж, видно, отчаялся, ушёл.

Лопата в сугробе торчит.

Иду сквозь белую пелену в переулок, к храму. На улице совсем никого. Только у ограды церковной бомжи стоят, трое их.

Стоят – не шевелятся, на плечах и шапках – целые сугробы выросли.

Милостыню они ждут. И чего ждать? Нет же ни души. Бедолаги.

Порылась я в кармане, горсть мелочи сгребла, отдала им.

Встряхнулись, заблагодарили, что-то доброе вслед прогудели.

Вошла в церковь.

Служба ещё не началась.

Хотела я было две свечки купить – ан нет! – деньги-то бумажные второпях дома забыла. А мелочь раздала всю.

Домой возвращаться? Перебужу всех…

Решила я к бомжам вернуться. Они ж меня знают, местные они, наши.

Подошла к ним, говорю:

– Теперь вы меня выручайте, мне 20 рублей надо, на две свечки.

Бомжи по карманам зашарили: «Сейчас-сейчас, сестра, как же не помочь…»

Насыпали они мне в горсть двадцать рублей, хотели ещё дать, да ни к чему мне.

Вернулась в церковь, купила свечки, поставила. Постояла службу.

А как из храма вышла, смотрю – нет моих бомжей. Видно, пошли туда, где народу побольше.

Снег всё сыпет и сыпет.

Спешить домой не хочется, уютно брести по белому переулочку.

Иду я медленно, а сама думаю:

«Так что же получается? Кто же кому милостыню подал в результате? Я бомжам монетками рублей пятнадцать отдала. А они мне – двадцать… Так, выходит, это они мне милостыню подали?! Во как.

Вот так оно и случилось – чудное в снежном дне.

Успех и комфорт

Два маленьких слова вошли в жизнь людей, расположились, заняли головы, души – всё вообще заняли!

Два маленьких слова – «успех» и «комфорт».

И всё испортили. И продолжают портить.

Слова эти гонят людей из жизни, гонят в какой-то непрерывный подскок с целью достичь. Достичь успеха, непременно! Сегодня не достиг?! Снова вперёд! К успеху!

А куда вперёд-то? И зачем люди бегут из своего сегодня? Может, оно – хорошее? Мы забыли такое слово – «хорошо».

А про комфорт – это уже повсюду! Только и слышно по радио, из телевизора фразу: «Ведь люди хотят жить комфортно». Правда? Комфортно, значит, и всё?

Ладно, предположим, что это такая цель – жить успешно и комфортно. Хотя, ну правда ведь, низкая цель какая-то. Уж простите, но не кажется она мне христианской.

Ну, хорошо, вот достиг человек успеха и комфорта. Сидит он в славе, деньгах, без проблем, в шикарном доме сидит. А ему там спокойно, что ли? Нет, не будет ему теперь покоя. Если уж достиг, то сидеть не выйдет. Славу, деньги – их кормить надо. За них бороться надо. Непрерывно бороться. И на счастье всё это не похоже.

А если посмотреть по-другому? А если поставить цель «Я хочу жить “по-хорошему”»?

Я здесь хочу жить, где у меня моя семья, мои проблемы нелюбимые, которые из-за любимых людей, где у меня тепло, пусть и не абсолютно комфортно. Я хочу жить в своём пути, а не в погоне за успехом и комфортом.

Но ведь успех – это результат, к которому и надо стремиться. Так ведь?

Так-то оно так, но если мечтать только об успехе, только его любить – само делание станет мукой. Успех – он ведь краток, как пена из бутылки шампанского. Точно, как пена.

А вот если любишь сам путь, делание, движение своё – тогда будешь счастлив долго.

Мне не хочется быть успешным человеком. Вот честно – не хочу.

Успешный человек – он богат, известен, так ведь? Ну и в чём его смысл для этого мира? И что он унесёт отсюда, когда уйдёт? Богатство, славу? Не унесёт.

А я хочу быть нужной людям. Я пользу принести хочу. Вот это – радость людская, доброта, подаренная другим, – это навсегда с человеком. И в этом есть смысл.

Конечно, я хочу, чтобы мои книги издавались. И деньги мне тоже нужны, как и всем нам. Но когда я повесть свою писала, я как жила, о чём думала? Просыпалась рано, садилась за стол и писала – вся я была там, в делании. Радовалась, видела, что хорошо выходит, верила, что людям пригодится. Жила я тогда по-хорошему.

Ну а как у меня с комфортом было? Да не помню. А что с успехом? Не успех был тогда, а чувство ладного дела. Цель была там же, где я. Если моя цель «жить по-хорошему», тогда я тут живу. И у меня тут есть задумчивость, радость, вызревание чего-то важного внутри, у меня есть время, у меня есть драгоценное «сегодня».

Конечно, пусть те, кому охота, бегут к успеху и комфорту. Только мне всех бегущих очень жалко. Потому что они пробегут мимо всего важного, быстро пробегут, не заметив. Они же наперегонки бегут. И лица у бегущих несчастливые… А главное, добежать удастся только вот до той самой бутылки шампанского. Попенится она и кончится. Снова побегут, бедные.

Слишком коротко пенится шампанское успеха, чтобы жить ради этого.

Слишком пуст комфорт. Пуст он, нет в нём проблем, жертв, детского смеха и плача, преодоления и душевных поисков, потерь и обретений, людей нет там. Одно удобство… Не годится комфорт как цель.

И ещё одну вещь скажу, по секрету: я очень хочу сделать то, чего хочет от меня Бог. Я уверена, что это делание и есть моё счастье.