Анастасия Коскова – Тайна заколдованного кафе (страница 5)

— Если только пару минут.

— Девушка, вы делаете нас счастливыми, одаряя своим обществом! Да что там нас? Меня. Забудьте про остальных. Именно ради меня они решились привлечь ваше внимание. После того, как вас увидел, я не сплю уже… — не на шутку разошелся блондин.

— Не слушайте Ника. Он так каждой симпатичной девушке говорит, — перебил его тот, что был в рубашке, и, судя по голосу, именно он меня и окликнул. — Зачем вам слова болтуна? Лучше же обратить внимание на настоящего мужчину. Серьезного, молчаливого, доказывающего делом, а не…

— Точно. Спасибо, Макс. На меня, — кивнул парень с небольшой щетиной и громким шепотом доверительно сообщил: — Не ожидал, что он будет так меня рекламировать, но, признаюсь, приятно. Ты — настоящий друг, — хлопнул он по плечу негодующе что-то буркнувшего брюнета.

— Мне, конечно, очень нравится наблюдать за вами, но время идет, а кто-то обещал сделать заказ, — со смешком прервала я их.

Парни, как по команде схватили меню, всем своим видом показывая, как их интересует написанное. Не выдержав, я закатила глаза.

— Никак не могу определиться. Можете подсказать, что стоит взять? — произнес парень в свитере с оленем и протянул открытое в разделе напитков меню.

Несколько раз пробежав глазами по строчкам, я вздохнула. Как школьники, честное слово.

Черным по белому на листе были предложены варианты охлаждённой крови с указанием группы и резус-фактора. Я фыркнула, увидев стоимость последнего.

— Советую брать четвертую отрицательную.

— Думаете, самая вкусная? — лукаво улыбнувшись, поинтересовался щетинистый.

«Вижу, что самая дорогая», — мысленно прокомментировала я, сетуя на отсутствие здесь чаевых.

— Не имела счастья попробовать такой деликатес. Но уверена, что вы его сможете оценить по достоинству, а после просветить меня насчет вкуса.

— Я бы лучше выбрал ту, что у вас… — с хитринкой в глазах произнес блондин. — Вот уйдете дальше работать, а я буду думать только о вас.

— К сожалению, своей группы крови не знаю, — я мило улыбнулась парням.

Интересно, такие выходки предвидела Мари, когда предупреждала о том, чтобы я не подходила к ним?

— Очень жаль. Вот мы с вами уже столько общаемся, но ни группы крови, ни имени не знаем, — провокационно усмехнувшись, заметил Макс.

— Что вы еще о ней хотите узнать? — резко произнесла Мари, незаметно подошедшая к нам.

Оглянулась и замерла. До этого выглядевшая милой и домашней женщина, внимательно рассматривала каждого шутника. Мари чуть прищурил глаза и сжала губы. Взгляд, на секунду остановившийся на мне, подсказал, что меня ждет неприятный разговор. Я тяжело вздохнула, не совсем понимая, в чем именно меня обвиняют.

— Я вас предупреждала. Так? — сухо произнесла Мари. Парни кивнули, даже не пытаясь оправдываться. — Вы, видимо, ничего не поняли, — женщина сделала паузу и бросила: — Вон отсюда.

Ни один из ребят даже не подумал что-либо возразить, будто это было разумное наказание. Ничего не понимаю. Наказание за что? За флирт? За глупый розыгрыш?

— Мари, — не выдержав тишины, произнесла я. — Они ничего такого не сделали. Да, неудачно пошутили с меню и группами крови. Но ведь парни подготовились. Даже цены на разные группы отличаются, — хмыкнула я на последнее.

— Какие мальчики молодцы, — даже не повернувшись ко мне, прокомментировала она, сжав губы чуть сильней.

— Честно. Они же ничего такого не сделали. За что ты их выгоняешь? — постаралась достучаться до нее я. — Мое имя хотели узнать? Так мне не жалко. Женя.

Мари резко повернулась в мою сторону, а я от неожиданности сделала шаг назад. По коже побежали мурашки.

Молчание затягивалось, но сейчас произнести что-либо я просто не могла. Отчего-то стало жутко. Дыхание становилось рваным, сердце заполошно стучало в груди, и, только уткнувшись спиной в диван, я поняла, что все это время пятилась.

— Они могут остаться, — наконец, произнесла Мари, отворачиваясь.

Я судорожно выдохнула, приложив к груди руку, и подняла голову к потолку, прикрыв на пару секунд глаза. Громко хлопнула дверь, ведущая на второй этаж. Еще раз тяжело вздохнув, я поднесла руку к лицу, с удивлением отмечая, что она тряслась, а по лицу текли слезы. Машинально смахнув их, я огляделась.

В зале все без исключения смотрели на меня. Опять.

Глава 4

С огромным трудом я оторвалась от подушки. Голова болела, а в глаза будто насыпали песка. Хотелось подремать еще, но организм уже проснулся и требовал действий. За окном было видно, как шел легкий снежок, а в комнате пахло хвоей. Вчера Мари заменила колосья пшеницы в вазе на еловые ветки. И теперь они, а также с десяток шишек, лежащих на столе, источали непередаваемый аромат. Вылезать из постели не хотелось совершенно, но опасение, что придется остаться без завтрака, все же заставило подняться с кровати.

Двигаясь, как лунатик, я нацепила на себя лежащие на сундуке джинсы с футболкой. Пару минут я пыталась, не нагибаясь нащупать ногой кроссовки. Но не получалось. У меня что, Нарния под кроватью? Куда они могли пропасть?!

Пришлось все же, придерживая голову рукой, чтобы не отвалилась, опуститься на корточки. После недолгих поисков кроссовки обнаружились за сундуком в углу.

Чуть ли не по стеночке я добралась до ванной. Надеясь, что холодная вода хоть немного уменьшит головную боль.

Вода хоть и не сильно, но помогала. Когда же я аккуратно взялась расчесывать волосы перед зеркалом, то показалось, что мелькнула пара совсем белых прядей. Сердце тревожно екнуло. Не знаю, сколько я провела времени, снова и снова проводя щеткой по волосам, но так ничего и не нашла. Хотя, чего я переполошилась? С чего волосам седеть? Стареют не за пять минут, а новых морщин благо не появилось.

На кухне над сковородкой уже колдовала Мари. Замерев в дверях, я тряхнула головой, отгоняя дурные мысли, но тут же пожалела об этом — гуденье в ушах только усилилось. Вот что организму надо? Спит, ест, немного трудится и опять спит…

— Доброе утро, — привычно произнесла я, включая чайник.

— Доброе, коль не шутишь, — отозвалась женщина, оборачиваясь. — Как спалось?

Я равнодушно пожала плечами и уселась за стол, подперев рукой голову.

— Замечательно, как и всегда. Снов не было, так что женихов не предвидится.

— Хорошо, если так, — кивнули мне, возвращаясь к готовке.

Чайник закипел, а Мари достала из буфета две чашки с блюдцами и столовые приборы. Все как всегда, но внутри скребло странное чувство несоответствия. Вроде все так, все правильно, но вот что-то изменилось, а что — непонятно.

— Кушай, Женя, — пододвигая оладья, произнесла хозяйка, и я благодарно улыбнулась ей. Кажется, головная боль начала отступать.

Время до работы прошло за чтением книги. И хоть состояние нормализовалось, чувствовала я себя как выжатый лимон.

В районе трех Мари заглянула ко мне, сообщив о начале рабочего дня.

— Иду, — кивнула, с трудом поднимаясь с кровати.

На первом этаже как обычно уже горел камин, и на секунду я даже пожалела, что читала не тут, на диванчике под треск поленьев, а в своей комнате.

Кафе потихоньку стало заполняться посетителями. Почти каждый входящий изучающе смотрел на меня, вызывая удивление. Разве мы не прошли с ними этот этап?

Не считая любопытных взглядов, которые с течением времени не исчезали, день был абсолютно обычным. Разве что развеселая компания у камина решила не отбиваться от остальных и с каким-то напряжением наблюдала за мной. Еще немного, и у меня разовьётся паранойя. Сколько эту ситуацию можно игнорировать?

Когда часы пробили полночь, и за последним из гостей захлопнулась дверь, не поднимаясь за верхней одеждой, только накинув на плечи первый попавшийся плед, я выскочила на улицу. Голова ужасно кружилась. Хотелось сделать хоть глоток чистого воздуха.

Щеки сразу защипало от мороза, а из глаза заслезились, но в голове хоть немного прояснилось.

Вдохнув полной грудью студеный воздух, я стерла выступившие слезы и замерла, так и не убрав руки.

Никого не было. Перед небольшим очищенным пятачком у двери был девственно чистый снег. Дорожки, по которым посетители должны были уходить — отсутствовали… Не могли же люди растворяться в воздухе?

— Да сколько можно?! — закрывая лицо руками, простонала я.

Припоминались разные непонятные моменты и переглядывания в кафе. Либо я чокнулась, либо…

— Вот и я этого не понимаю, — произнесли за моей спиной.

Я резко обернулась и увидела у двери Мари, скрестившую руки на груди и с явной досадой поглядывающую на меня.

— Что? — я в некотором ступоре рассматривала ее.

Что-то в ее внешности изменилось, самую малость, но все же. Казалось, будто передо мной другой человек. Голос тоже потерпел перемены. Из мягкого, слегка покровительственного он стал раздраженным.

— Женя, все же было так замечательно. Мы с тобой так сблизились, зачем же было все портить? Между прочим, уже второй раз.

Слова были словно из третьесортного ужастика. Что там обычно следует за этой репликой? Что-то явно нехорошее. Я напряглась, не понимая, что происходит.

— Может так и будет дальше: замечательно? Зачем что-то менять? — осторожно уточнила я, попытавшись сделать шаг назад, но наткнулась на сугроб, доходивший мне до колен, и чуть не упала.

— Не уверена, что смогу к тебе относиться как раньше, — покачала она головой. — Хотя… Ты сама-то этого хочешь? Чтобы все стало, как в те дни? Настольные игры, чудесные беседы за чашкой чая…