Анастасия Коскова – Наг, не заводись (страница 85)

— Если кто-то прольет кровь моего Дайнара, — произнесла я не своим голосом, схватившись за поручень и чувствуя, как слабеют ноги — он пожалеет, что родился на свет.

После этих слов меня заметили. Я слышала шепотки, пробежавшие по рядам, чувствовала, как оборачиваются ко мне наги, но все мысли были о Дайнаре.

Что делать? Крикнуть? Отвлеку его, а второй может напасть… Да и зачем кричать? Действовать нужно иначе…

— Вы несправедливы, уважаемая, — вмешался в мои мысли Ар Хаши. — Именно у вашего временного мужа закончились слова. Именно он воззвал к старинному закону решать всё с помощью грубой силы. Именно его нужно винить, из-за открытия арены. Ведь именно он собирается пролить кровь своего собрата. Подумайте, такой защитник вам нужен? Мы на вашей стороне. Мы хотим защитить вас от ошибки

Да что вы говорите!

Кровь у меня словно вскипела. Хотелось рвать и метать.

— Ох, не той беззащитной девушке вы спасителя ищите, — зло оскалилась я, впервые оторвав взгляд от арены, где мужчины пока еще спокойно стояли, что-то обсуждая. — Беззащитные девушки не могут вам пообещать, что все, кто поучаствовал или подсказал, как избавиться от моего мужа — облысеют к концу месяца. Я бы вам еще и линьку внеочередную предсказала, но вы здесь настолько трусливы, что предпочитаете прятать свои хвосты.

Вновь по рядам пробежался шепоток, а Ар Хаши побледнел, но, кажется, не от страха, а от гнева.

— Вы не знаете наших законов, — несмотря на вытянувшийся вертикально зрачок, голос мужчины оставался таким же спокойным. — Вы оскорбляете наши традиции, хотя, повторюсь, мы беспокоимся о вас.

Я презрительно фыркнула, собираясь ответить, но Ар Хаши жестом остановил и продолжил:

— Следы на вашей шее. Разве в них виноват не ваш временный муж?

— Еще раз назовете его временным, вам понадобится стоматолог, — мой голос прозвучал отстраненно, но что-то, видимо, было в моем взгляде, раз собеседник неодобрительно поджал губы и кивнул.

Конечно, я не собиралась выбивать ему клыки самостоятельно, но сейчас я чувствовала в голове небывалую легкость. Казалось, я могу все.

Я была действительно уверена, что причастные к суду наги облысеют. Что, если я захочу, у Ар Хаши посыпятся зубы. Могут одновременно, могут по очереди.

Я могла сжать кулак, и сердце нага, что угрожал моему Дайнару, остановится…

Как странно держать чужое сердце в своих руках!

Я незаметно покосилась на собственные пальцы. Не сжимать. Не нужно…

Тряхнула рукой, словно убирая запутавшуюся паутинку, и выдохнула.

В голове шумело. Стало сложно сосредоточиться на разговоре, но все еще казалось важным решить все мирно.

О чем там говорил Ар Хаши, который почему-то начал хмуриться и вглядываться в мое лицо?

— Следы? — вспомнила я, коснувшись своей шеи. — Вы же не думаете, что это сделал Дайнар?

— Он допустил это. Не смог защитить, — кивнул мужчина. — Значит, виновен.

— Давайте еще винить его, если я задену тумбочку и поставлю себе синяк? Какой негодяй! Не убедился, что у мебели нет острых углов… Ар Хаши, я пришла в этот мир с мужем и…

Мои слова прервал звук ударивших друг о друга сабель.

Дура! Вместо того чтобы болтать, нужно было что-то делать…

Мужчины кружили по арене, стараясь пропороть друг друга железками.

— Ар Хаши, остановите это!

— Это не в моих силах, уважаемая. Только участники могут прервать бой. Либо один из них упадет замертво, либо один из них добровольно покинет круг.

Пока мысли судорожно бились в голове, наги продолжали сражаться. Выпады, защиты, атаки… Я едва успевала понимать, что происходит. Но сверху, еще и на той скорости, что они развели, не представляла, какой из рыжиков мой…

Может понос наслать? Вряд ли с ним долго побегаешь. А там и техническое поражение за то, что покинул круг…

Но на кого насылать? Который, из двух стремительных фигур, мой Дайнар?

Один из мужчин едва увернулся от лезвия, а мое сердце екнуло.

Да что собственно думать?! Пусть ляжет на всех, кроме мужа!

Голова закружилась, а ноги совсем подкосились.

Вот только не у меня одной.

Рядом рухнула стража, сжимая животы. Начали с болезненным стоном сгибаться мужчины, сидящие на рядах возле меня… Лицо Ар Хаши стало совсем уж белым, а по лбу скатилась капелька пота.

— Прекратите, у…уважаемая, — простонал он, держась одной рукой за стену, а другой за живот.

— Остановите бой, — отозвалась я, сползая на пол, и чтобы уж совсем не лечь, опираясь затылком на перила, ведущие к самой арене.

— Это невозможно, — с заметным трудом прошептал Ар Хаши, прикрывая глаза.

— Значит, я тоже не могу прекратить, — пожала я плечами, изображая легкость, которую не чувствовала.

Силы стремительно покидали меня.

Стало так сложно ориентироваться, где пол, где потолок… Если бы не откинутая на перила голова и собственные руки, выставленные для опоры, я бы давно валялась на полу.

— Вы угробите себя!

— Значит, бой тем более не имеет смысла, — прошептала я, едва шевеля губами.

Перед глазами стало темно. Кажется, они еще были открыты, только картинка пропала…

А потом моего плеча, а потом и виска что-то коснулось. Неужели пол?

— Остановить бой! — проорал Ар Хаши.

Звук, с которым металл бился о металл, исчез.

Остановить, значит, остановить…

Не знаю, как это работает, но то, что у меня получилось снять свое же колдовство, я поняла лишь по волне облегченных выдохов.

Кто-то коснулся моей шеи, словно проверяя пульс.

— Зовите медиков, пусть принесут носилки, — распорядился этот кто-то голосом Ар Хаши.

Чтобы, как только меня унесут, продолжить бой? Да счаз!

— Я останусь до окончания суда, — произнесла я, едва слышно.

— Уважаемая, — в голосе была слышна едва сдерживаемая ярость, — вы и так превратили заседание в балаган. Не усугубляйте. Вы и так уже почти при смерти! Мы справимся без вас!

Напугать и быть унесенной медиками? Нет.

Сил, чтобы что-то ему сделать категорически не хватало, но его пальцы все еще касались моей шеи.

Как там делал Дайнар? Делился силой? А забирать ее насильно можно?..

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как одновременно с воздухом, кровь, расходясь от места прикосновения, начинает горячиться.

Картинка перед глазами прояснилась, и я смогла увидеть, как лицо Ар Хаши перекосило, а он отшатнулся.

— Вытягивание силы из разумных запрещено! — выдохнул он, отодвигаясь дальше.

— Распоряжаться свободной женщиной, с кем ей быть — тоже, — цыкнула я, и, что удивительно, нашла в себе силы, чтобы подняться.

Все в этом подобии Колизея смотрели на меня. В том числе главные клоуны… Ой, простите, бойцы.

Я махнула рукой, надеясь, что Дайнар повторит… И я пойму, кто из двух рыжеволосых мой муж.

Поняла.