Анастасия Коскова – Наг, не заводись (страница 5)
Я молча бросила полотенце на бак с бельем и замерла, разглядывая свои руки, зеленый кафельный пол, что угодно, лишь бы не зеркало.
— Лер, ты как, сможешь остаться сегодня одна? — Ира опять тронула меня за плечо, вынуждая повернуться к ней.
— Да. Просто буду косить под вампиров и избегать зеркал, — я тяжело вздохнула и сказала, не чувствуя собственной правоты. — Может и правда я головой ударилась, вот и видится всякое…
Подруга криво усмехнулась, ободряюще сжимая плечо.
— Он хоть симпатичный?
Я вновь оглянулась на неподвижную фигуру. Рыжие припыленные волосы, правильные черты лица, стройный, худющий торс, переходящий ниже пупка в золотистую чешую, поблескивающую, будто в свете тех самых факелов.
— Живородящий, что ли? — задумчиво произнесла я, разглядывая его пупок.
Змеюк словно смутился. Быстро пододвинул хвост и ловко сел на него, закрыв собственный живот.
— Я же про внешность спросила. Хотя непонятно что ты там разглядываешь... Ладно, Воронцова. Давай я схожу в аптеку за бинтами, мы тебе ногу обработаем и перемотаем, чтобы не воспалилась. Проводишь?
— Да… — я с трудом смогла оторвать взгляд от золотистого хвоста, на котором уселся дважды стукнутый. — Да, пойдем.
Уже захлопнув за подругой дверь, я тихонько выдохнула и уперлась лбом в стену. Видеть змеехвостых ненормально. Даже если они симпатичные. Даже если их янтарные глаза так странно завораживают.
Решительно схватив первую попавшуюся майку и скотч, я потопала в ванну, где все так же ждал меня рыжий парень.
— Тебя не существует. Уходи, — сообщила ему и заклеила зеркало. — Нет тебя.
Выдохнув, я пошла делать себе кофе и чуть не споткнулась, заметив на металлическом боку чайника отражение хвостатого.
— Что б тебя, Белочка…
Глава 3
В кои-то веки выходные тянулись невероятно долго. Вот только теперь я минуты считала до момента, когда смогу пойти на работу и отвлечься от собственной, никуда не уходящей шизофрении.
Хвостатого я видела везде, где только поверхность могла отражать. На боках металлического чайника он был растянут вширь, на железных ложках, словно в кривом зеркале фигура была скособочена. Даже на экране выключенного ноута и телефона я видела его отражение. Но апофеозом сумасшествия, стоило мне только убрать и занавесить все поверхности, стало его появление в стакане с водой.
Видимо, чтобы перестать вздрагивать при виде него, мне понадобится чуть больше, чем одни сутки…
Вечером субботы я похромала в магазин за пластиковой посудой, малярным скотчем и парой упаковок салфеток, чувствуя себя ужасно глупо.
Через час я не решилась бы позвать кого-либо в гости, без опасения, что меня увезут в психушку. Все поверхности, способные отражать, были заклеены салфетками. Ела я из пластиковой посуды, чтобы не включать воду лишний раз. Пила же теперь только молоко, и то не глядя. Еще шапочку из фольги сделать, и полный образ городской сумасшедшей готов. Или шапочки это из другого отклонения?
В очередной раз наткнувшись на надпись: «Успокойся, ты нормальная», — прилепленной в порыве творчества к стенке холодильника, я неловко огляделась, понимая, что если пробуду в этом помещении еще немного, то сама сдамся добрым врачам и буду умолять поставить мне большущий укол, лишь бы не находиться в этой комнате.
Особо не собираясь, я отправилась гулять, игнорируя предложение разума не ерундить и окопаться в своей квартирке, надеясь, что сумасшествие, как насморк, проходит за семь дней при активном лечении или за неделю без оного.
К вечеру духота, особенно чувствующаяся при закрытых и заклеенных стеклах, спала. Вокруг слонялись люди, которых выманила чудесная погода. В толпе, кидая восторженные взгляды на цветущую сирень, можно было сойти за свою. За нормальную. Осталось только научиться не вздрагивать от громких звуков.
Небольшой парк находился всего в паре километров от меня, если идти по прямой вдоль улицы, мимо витрин. Так что путешествие, пока я пробиралась «огородами», во избежание, так сказать — слегка затянулось.
Однако, несмотря на мои опасения, никакие чешуйчатые показываться не спешили, даже когда я, осмелев, зашла перед входом в парк за мороженым. Неужели глюк решил дать мне выходной? Или у хвостатого появились другие дела? А то как же, столько еще не сведенных с ума на свете. Непорядок. Недоработочка.
В парке людей было еще больше. Мимо проходили семейные пары с детьми и колясками, бодро маршировали со скандинавскими палками дамы возрастом слегка за шестьдесят. И я поверила, что весь вчерашний день мне привиделся. Если вокруг так все замечательно, отчего же не поверить?
Засунув наушники в уши, я села на скамейку и прикрыла глаза, включая музыку в старом кнопочном плеере, оставшимся еще с подросткового возраста. Выходя из дома, как никогда, радовалась аккуратности в обращении с техникой и тому, что года забвения прошли для плеера безболезненно. Все же брать с собой телефон, на котором уже неоднократно мелькало лицо моей рыжей белочки — не хотелось.
Музыка, едва слышные разговоры на фоне, теплый майский вечер… Около получаса мне удавалось сделать вид, что все в порядке, пока из нирваны не вырвал испуганный визг у меня над ухом, заставивший распахнуть глаза.
— Зме–зме–зме… — сглатывая окончания, указывала невысокая девушка куда-то мне на ногу.
Опустив голову, я чертыхнулась, но дергаться поостереглась.
Вокруг левого кроссовка, не касаясь ноги, меня аккуратно обвивала черная змеюка.
— Она вас сейчас укусит, — в полуобморочном состоянии произнесла девушка, отходя от меня на несколько шагов. — Вы только резко не двигайтесь.
Змея плавно перетекла чуть вперед, положив свою голову мне на кроссовок. Черная чешуя словно поглощала свет, а сама рептилия застыла, будто заснула.
Нагнувшись к ней, я попыталась определить, гадюка или нет? Зрачок… зрачок был круглым, и я облегченно выдохнула. Неядовитая.
— Может вам как-то помочь? — неловко переминаясь с ноги на ногу, напомнила о себе девушка.
— Вы готовы взять ее и размотать, как обычную веревку? — неподдельно удивилась я, с уважением посмотрев на собеседницу.
Та заметно смутилась:
— Нет, но я могу принести большую палку… или вызвать МЧС.
— Спасибо, не стоит, — поспешно покачала я головой, представляя, как сюда приедет газель с омоновцами.
Фантазия тут же развилась, представив их испуганные лица и то, как кто-то предложит вызвать заклинателя змей. Цирк на выезде. А я в главных ролях.
— Вы точно сами справитесь? — девушка помялась, в нерешительности переводя взгляд с меня на ужика и обратно.
— Точно. Змея не ядовита. Это либо безобидный уж, либо какой-нибудь полоз. Пусть себе лежит, если ему так хочется, — произнесла, не чувствуя такой уж уверенности, но она явно боится змей, зачем мучить человека. — Спасибо, что предупредили.
Немного помявшись, девушка, что так желала стать моей спасительницей, все же ушла, пару раз оглянувшись напоследок, но я продолжила спокойно сидеть на выбранной лавке.
— Чтобы, когда я соберусь домой, тебя тут не было, — с каким-то странным, удивляющим даже меня, спокойствием произнесла я, нагнувшись и посмотрев в змеиные глаза.
Ужик в ответ не произнес ни слова. И хорошо.
Хорошо, что шиза моя не так быстро развивается. Говорящую змею я бы не перенесла.
Как-то много хвостатых в моей жизни появилось.
Глядя как змеюка, стоило мне потянуться к плееру, уползает в сторону кустов, я не могла не порадоваться: зато эту хвостатую видела не только я. Это же хороший знак?
На улице успело стемнеть, и стало заметно прохладнее. Фонари вокруг зажигались, ничуть не согревая своим желтым светом. А в парке все так же кипела жизнь.
Пары гуляли, держась за руки, подростки на скейтах заняли дальнюю площадку, и теперь оттуда раздавалась громкая музыка и взрывы хохота.
Ужасно хотелось присоединиться к одной из смеющихся компашек, что наводнили парк. Лишь бы не идти в свою квартиру, где все будет напоминать о моей поехавшей крыше.
На миг мелькнула мысль напроситься к Ирке в гости, поспать, как в далекие школьные годы, вдвоем на ее полуразвалившемся диване, а с утра поздороваться с тетей Риммой и уплетать наперегонки с подругой вкуснющие оладьи. Только не поймут меня с моим вечерним визитом, да и телефона, чтобы позвать хотя бы погулять — нет.
С неохотой я оторвалась от скамейки, подхватывая сумку. Несмотря на середину мая, стоило солнцу скрыться, как вспомнилось об оставленной дома куртке. Мысль зайти погреться в кафе казалась привлекательной, вот только, что делать, если на людях увижу отражение хвостатого? Я же выдам себя с головой. И повезут меня под белы рученьки в уютную палату, где нет никаких отражающих поверхностей. Вообще ничего нет, кроме обитых войлоком стен. Что в целом неплохо, но чересчур радикально.
Так что, прикинув время пути, я отправилась на остановку.
Людей, дожидающихся транспорта, в субботний вечер было предостаточно. В толпе я чувствовала себя отчасти в безопасности, а отчасти словно под прицелом. Стоило мне ошибиться, показать, что со мной что-то не так, и конец.
Через пару минут, во время которых я старательно буравила асфальт взглядом, подошла маршрутка. Протискиваясь к двери, неосторожно подняла голову и с тихим вскриком отшатнулась.
В стеклянном проеме, довольно скалясь, стоял хвостатый. Окидывая недовольным взглядом, будто муж, загулявшую с подругами жену.