Анастасия Коскова – Наг, не заводись (страница 48)

— Ты даже не представляешь, как влияет на окружающих желание тех, кто обладает силой.

Я моргнула. Он же не на меня намекает? Потому что это — бред. Единственная моя суперспособность — это вставать в четыре утра перед самолетом в Италию.

— После сегодняшней потасовки и магического, пусть и кратковременного, воздействия, остатки старого колдовства слетели, — закончил он и выразительно поднял бровь, мол, заканчиваем допрос?

— И… что ты планируешь делать дальше? — поколебавшись, уточнила я.

Понимаю, что для него многое в нашем мире непонятно, но кто его знает. Может ему нужна помощь в возвращении домой. Вот попросит он сделать ему паспорт и отправить в Индию… А мне уже сейчас стоит начать деньги копить. Пока что я могу ему предложить отправить его разве что Почтой России. В разобранном виде. А на месте его уже соберут…

— Сейчас я ищу способ забрать артефакты, которые охранял, себе, — он хищно усмехнулся.

— Но…

— Меня обманули с договором. Теперь я имею полное право забрать часть себе, если жив наниматель. Если нет — забрать все. Остались мелочи, найти способ обойти защиту.

— А металлоискатель тебе не поможет?

— Артефакты охраняются куда сильнее, чем вход в пещеру. Даже я не могу к ним подойти.

— Тогда, может, ну их? Это же может быть опасно.

— Это, безусловно, опасно, но пока артефакты — это единственный способ добиться в этом мире желаемого.

— И чего же ты желаешь?

Он многозначительно улыбнулся и промолчал. Все как в старые добрые…

Глава 32

В этот день, наученная горьким опытом, я, как ниндзя, ждала подвоха отовсюду, не расслабляясь ни на миг.

Опять обычный день на работе, со всеми этими выматывающими душу клиентами, опять поездка в забитом людьми автобусе…

Слишком нормально. Слишком привычно.

Из-за этого «слишком» я как параноик оглядывалась, пока шла домой. Нет, нападения мифических охотников я не ждала. Как-то это звучало нереально. Даже «страньше», чем хвостатый парень у меня дома.

Лифт «слишком» привычно гудел, пока вез меня наверх, «слишком» неохотно открыл свои двери… И, хотя это было его привычное состояние: с неохотой расставаться с пассажирами, мне показалось, в этом есть что-то зловещее.

Остановившись перед дверью своей квартиры, я попробовала призвать себя к порядку.

Ну что может произойти?

Наг опять с кем-то подерется? Нас все же затопит?

В любом случае это уже произошло. И смысл накручивать себя сейчас?

Я медленно выдохнула, чтобы не казаться перед Рыжиком истеричкой, и засунула ключ в замочную скважину…

…Не поняла!

Ключ, так и остался не повернутым, а я взялась за ручку двери и потянула на себя.

Опять открыто?!

Сердце сделало кульбит и суматошно забилось. Мысли заметались. А мой датчик неприятностей, тот самый, что ниже поясницы, заявил: а я говорила! Вот как с ним поспоришь?

Не разуваясь и привычно подхватив грозное оружие — зонт, я медленно зашла в комнату. Никого. Зашла в ванну. Опять никого.

Чем черт не шутит, выглянула в окно. Нага не было и там.

Вернулась к прихожей, недосчиталась его обуви.

Обошла все комнаты в поисках хоть какой-то подсказки, но похоже, хвостатому оторвало руки, раз он не смог мне оставить записки… Зато карточки, которую я оставляла безденежному нагу, не обнаружила.

Не обнаружила и разозлилась.

Очень надеюсь, что его украли инопланетяне, а не он сам решил прогуляться, не закрыв дверь и не оставив записки.

Медленно закипая, я пошла разуваться.

Отчего-то была уверенность, что с ним все в порядке. Причем такая твердая, что удивление от этого несколько раз перебивало злость.

Но время шло, хвостатого все не было, а злость превращалась в тихую ярость.

Какие охотники? Я сама его придушу!

Парень появился, когда я доедала ужин. На самом деле не так уж он задержался — минут двадцать всего, но ведь дело не в этом.

— Нагулялся, дорогой мой? — едко уточнила, когда Рыжик зашел в комнату.

— Дорогой? Хм. Да, дорогая.

Он озадаченно скользнул по мне взглядом, опуская на журнальный столик пакет.

— Удивительно, руки на месте, голова тоже… — задумчиво протянула я, скользнув по его фигуре.

Руки из-за закатанных рукавов было отлично видно, как и удивление в янтарных глазах. Симпатяга, конечно, но зачем мне симпатяга, который даже не думает о сохранности моих нервов?

— О чем ты, Лер?

— Почему я должна приходить в пустой дом и гадать, где ты?

Он хмыкнул, сложив руки на груди.

— Мне нужно из-за каждого действия отчитываться?

Его поза взбесила меня окончательно, и я, швырнув вилку в тарелку, встала, чтобы подойти к нему.

— Знаешь, было бы неплохо! Если ты ведешь себя как ребенок, да. Отчитывайся за каждое действие.

Глаза его опасно сузились, он сам сделал разделяющие нас шаги так, что теперь стоял почти вплотную, заставляя меня задирать голову. Отступить? Хотя бы на шаг? Ни за что!

— И в какой же момент я стал вести себя как ребенок? — голос его вдруг стал вкрадчивым, почти мурчащим, а пальцами он отвел прядь с моих глаз.

— В тот момент, когда ушел, не предупредив. Когда не запер дверь… Я помню, что ты вылез из пещеры, но о своих сокровищах ты позаботился, дверь прикрыл. А о моем жилье ты подумал?

Я ткнула его пальцем в грудь, но он перехватил меня за запястье и отвел руку.

— Как я могу тебе сказать, где я был, если ты не поймешь? Ты даже не увидела охранные руны на двери. Никто бы кроме нас сюда не зашел.

— Да плевать я хотела на твои руны и твою якобы магию. Есть ключ. Это понятно. Дверь заперта — проход закрыт, отперта — заходи кто хочешь, бери что хочешь. Я твои только что выдуманные руны не вижу. Я вижу отпертую дверь. Это тебе не хостел! Захотел, пришел, поспал, не захотел — гуляй где хочешь!

Глаза нага блеснули.

Он выпустил мою руку и потянулся к подбородку, приподнимая мою голову, и тихо произнес:

— Ты считаешь, я тебе вру?

— Грабли свои убери, — также тихо, но зло повторила я, скидывая его руку. — Хочешь жить в свое удовольствие, не считаясь ни с чем — вещи в зубы и ползи, куда глаза глядят.

Наг вдруг жестко усмехнулся.

— Что же. Это были твои слова…

Он сделал шаг назад, и я только сейчас поняла, насколько мы близко стояли. Почти вплотную…

— Пошел собирать?... — только успела я произнести, как меня, будто мешок с картошкой, забросили на плечо и куда-то поволокли. — Сумасшедший, пусти!