Анастасия Коскова – Наг, не заводись (страница 24)

Заметив, что я ее не закрыла, поспешила исправить ситуацию. Нечего остальным знать, о чем мы говорим.

— …Что ты понимаешь, о чем я говорю, — закончила, подходя обратно к кровати.

Наг открыл глаза, одарив меня усталым взглядом, и отвернулся в сторону окна.

— Ты можешь читать по-нашему? Давай, я тебе пару статеек покажу, чтобы ты понимал, что угроза не вымысел? Если не умеешь, могу найти ролики на ютубе… Там объяснят лучше, чем смогу рассказать я.

Интереса к моим словам он не выказал, и я с опаской погладила его по пыльным волосам, на что парень никак не отреагировал.

— Послушай, я правда не планировала везти тебя сюда. Если бы ты хорошо себя чувствовал, мы бы доехали с тобой до моей квартиры. Ты должен был ее видеть. Я бы обязательно засунула тебя в душ, а то ты ужасно грязный, — я вновь провела рукой по его голове и мягко улыбнулась. — Мы бы с тобой познакомились нормально, поели пиццу и, может, посмотрели бы какой фильмец.

Он все же повернулся ко мне, сосредоточенно глядя в глаза.

— К сожалению, такое бывает. Тебе срочно понадобилась операция, и если хочешь, можешь еще раз меня куснуть, но я думаю, лучше тебе было ее провести, чем умереть, так и не попробовав пиццы вживую, — улыбка, под его внимательным взглядом стала неловкой. — Я постараюсь находиться рядом с тобой в больнице и больше не оставлять одного, хорошо?

Пару минут мы молча смотрели друг на друга, а после он подхватил мою руку и слегка сжал.

— Хорошо. Будем считать, что мир заключен, — я сделала паузу, но возражений не последовало. — Будем смотреть про аппендициты, или ты хочешь что-то другое узнать?

Парень осторожно опустил простынь, открывая вид на живот с заклеенным пластырем чуть ниже пупка.

— Болит? — обеспокоенно уточнила, машинально глянув на дверь. Ему же можно делать обезболивающие уколы?

Тяжелый вздох парня привлек мое внимание. Заметив, что я на него смотрю, он несколько раз коснулся пластыря.

— Не болит… Хочешь узнать зачем нужна была операция?

Он моргнул, и я приняла это за согласие.

— Ладно, давай поищу. Только накройся, пожалуйста. Смотреть больно на твои выпирающие ребра…

Странно начавшийся день, не мог закончиться, как обычно. Вот чего я точно не представляла, уезжая из дома, так это того, что ночевать буду в деревенской больнице. Спасибо хоть, что пациент не я.

Почти весь вечер, пока персонал не зашел на вечерний осмотр, мы смотрели видео. Вначале про операцию, потом я зачем-то включила канал про выживание в дикой природе. Попросила его хорошенько запомнить, чтобы в следующий раз не напоминать скелет.

Когда к хвостатику пришли, я воспользовалась случаем и сбежала до ближайшего магазина, закупившись пластиковыми приборами, бутилированной водой, банкой с кукурузой и сникерсами. Ужин обещал быть необычным.

Рыжик, кажется, все еще боялся, что я его брошу в больнице. Стоило зайти, жалуясь на отсутствие зонта и продолжавший идти дождь, как он откинулся на подушку, прикрывая глаза.

— Как ты?

Бросив пакет на небольшой столик, я присела рядом с парнем.

— Устал?

Он едва заметно улыбнулся и взял меня за руку.

— Ты спать, наверное, хочешь?

Улыбаться он перестал, чуть сильнее сжимая руку.

— Как мне нравится играть с тобой в угадайку, — хмыкнула, разглядывая его. — Тебя подержать за руку, пока ты будешь засыпать?

Немного помедлив, он едва заметно кивнул.

— Ну, хорошо, — согласилась с усмешкой. — Только свет выключу. Могу даже колыбельную спеть или сказку рассказать.

На колыбельную я в итоге не решилась, а вот сказку о красавице и чудовище в вольном пересказе выдала. Кажется, наг заснул еще на моменте, когда красавица, желая отдохнуть от домочадцев, решила пожить у чудовища.*

Кушать я вышла в коридор, чтобы не разбудить парня.

Уже стемнело. На улице продолжал идти дождь, мирно стуча по окну, в котором отражался свет, и так необычно — отсутствовал хвостатик.

Я никак не могла поверить до конца, что парень реален и то, что произошло сегодня, действительно было со мной. Я даже незаметно ущипнула себя, чтобы убедиться наверняка. Не проснулась.

В голове был раздрай. Все точно изменится. Первый раз поменялось, когда мы с Димой полезли в пещеру, а сейчас, я зачем-то позвала его с собой. Вот, правда, зачем? Я же ничего о нем не знаю. Куда мне его деть, если он окажется с прибамбахом. На улицу? Обратно в овраг к синей двери? Ах да, туда только с пакетом еды. Вот надо было так и поступить сразу, и не мучиться.

В голове сразу всплыла картинка из пролеска: его истощенное лицо и выпирающие ребра...

Так и знала. Если детям не давать в детстве притаскивать домой голодных животных, то, когда они вырастут, могут притащить домой животину побольше. Интересно, он много ест? Мне удастся его прокормить на свою зарплату?..

Тряхнув головой, я постаралась упорядочить мысли, или хотя бы выкинуть самые глупые. Получалось не очень успешно.

Еще раз взглянув в окно, я пошла выкидывать пустую банку из-под кукурузы и умываться. Чувствую, завтра будет тяжелый день и хвостатый меня еще не раз удивит, но «мы в ответе за тех, кого приручили», верно?

*Кира Измайлова «Чудовище из Норвуда». Светлая память...

Глава 19

Утро началось значительно раньше, чем мне бы того хотелось. Я проснулась под монотонный голос медсестры, убеждающей хвостатого померить температуру, тот в ответ, естественно, молчал, но упрямо скрещенные на груди руки говорили сами за себя.

— Девушка! Да заставьте его, наконец, взять градусник!

Заметив, что я открыла глаза, женщина одарила несговорчивого пациента тяжелым взглядом и, оставив градусник у меня на тумбе, вышла, громко хлопнув дверью.

— Ну и чего ты выкрутасничаешь? — сонно потирая глаза, уточнила у него. — Тебе же не ректально его поставить хотят. Засунь ты его под мышку уже…

Парень недобро посмотрел на меня и ощерился.

— Какой же ты дикий, — буркнула, накрываясь с головой. — Тебя что из леса вытащили? В больнице никогда не был? Померь ты температуру. Не отвяжутся же. Градусник ставится подмышку серебристой стороной к телу. Держать минут семь. Больно не будет. Вперед…

Я почти задремала, когда одеяло отдернули, являя мне оскаленного нага. Зубы заострились, зрачки сузились, становясь вертикальными. Сердце в груди суматошно забилось, понимая, что хвостатый в неадекватном состоянии.

— Ты чего? — пискнула сжавшись.

Схватив что-то с тумбочки, он с силой провел по своей руке. Порез медленно заполнился кровью.

— Совсем больной, да? — собственный голос казался слабым, сиплым, смотреть в глаза психу было страшно. Вдруг следующей он решит порезать меня? Я вжалась в кровать, с трудом пытаясь сглотнуть.

Наг сжал мою руку, отчего в ушах застучало, а паника начала подниматься. Он еще раз сжал ее, зашипел, столкнувшись с моим невидящим взглядом, и отпустил.

Резко подняв голову, он застонал и тут же согнулся. Ничего не понимая, я смотрела, как из-под простыни, в которую он был обернут, появляется хвост. Слышала, как рвалась ткань, видимо, те штаны, которые ему предоставили.

Пара мгновений, и передо мной, все так продолжавшей вжиматься в кровать, появился тот чешуйчатый, которого я встретила у подземелья. Хвост, поверх которого на поясе болтались порванные больничные штаны, меня, как обычно, впечатлил.

Мою руку опять сжали и неожиданно погладили, стоило мне испуганно вздрогнуть. Нехотя я подняла глаза, столкнувшись с его серьезным взглядом.

— Убивать будешь?

Он нахмурился, оглядывая меня, а после неожиданно тяжело вздохнул. Вложив мою руку в свою, он провел пальцем по своему запястью. Мне понадобилась минута, чтобы сообразить: пореза на руке не было.

— А.. живот?

Белая футболка была задрана, и мне продемонстрировали бледный живот со следами ниток и зеленки. Отклеенный пластырь он держал в руках

— Все затянулось? Так быстро? — я недоверчиво подняла на него взгляд. — Ты же не хочешь сказать, что смысла оперировать не было? Все бы прошло, стоило тебе только превратиться?

Он тяжело вздохнул, поднимая глаза к потолку, и пожал плечами.

— Однако… — я потерла лоб, растерянно разглядывая палату. — Я не знала. Извини… Боялась, что раз плохо…

Я откинулась на кровать, закрывая лицо ладонями. Потрясающе. Кажется, я старалась помочь тому, кто в моей помощи, возможно, и не нуждался. Просто великолепно…

За дверь раздались голоса, и я суматошно подскочила.

— Бегом под одеяло!

Наг удивленно посмотрел на меня.