Анастасия Королёва – Стажировка в Северной Академии (СИ) (страница 58)
Вот тут не выдержала, усмехнулась:
- Как-то он совсем не вызывает у меня доверия. Особенно с его способностью изворачиваться в любой ситуации так, чтобы оказаться в выигрыше.
- И не поспоришь, - согласился с моими доводами.
- Но я, правда, ничего сделать не могу, - призналась, чувствуя, как внутри вновь рождается противная дрожь.
Винсент, словно понял моё состояние, сделал шаг навстречу и заключил в такие желанные объятья.
- Дели, невозможно помочь всем, я же тебе уже говорил.
Говорил, я это помню, но у меня никак не получается привыкнуть к этой мысли. Всё хочется для себя божественного могущества, чтобы не чувствовать такую беспомощность.
Но вопреки безрадостным мыслям, осмелилась обнять его в ответ и тихо выдохнуть, лелея глупую надежду, что он не услышит:
- Я скучала...
Если и услышал, то не ответил, лишь крепче сжал в объятьях.
А мне за эти пару дней, пролетевших в каком-то дурмане, действительно его не хватало. Настолько, что я даже рада своей ночной выходке, иначе мы бы ещё долго бегали друг от друга.
- Мне стоит ещё раз извиниться? - вместо утверждения, его слова почему-то прозвучали как вопрос.
На это я беззвучно улыбнулась, пряча лицо на его груди, и отрицательно покачала головой.
- Нет, но довериться мне придётся.
Он вздохнул тяжело, словно решался подписать себе смертный приговор, и согласился. А большего мне было и не нужно в этот момент.
Отступила на шаг, посмотрела на него, прищурив глаза, и повторила, сказанное ранее:
- Раздевайся!
Винс закатил глаза к потолку и хмыкнул:
- Дели, не боишься, что однажды я пойму твою просьбу несколько превратно?
Боюсь, конечно, даже вот от его невинной шутки кожа запылала, но я нашла в себе силы отшутиться:
- Я верю в ваше благородство, профессор Райт!
Шутку он мою не оценил - только покачал головой, всё так же насмешливо кривя губы. Но просьбу выполнил. Скептически осмотрел разложенные на полу листы бумаги и принялся стягивать сначала камзол, за ним жилет и только потом рубашку.
- Мне нужно, чтобы ты лёг, - огорошила его ещё одной просьбой.
Он ничего не сказал, лишь вопросительно приподнял брови.
- Пройди в спальню и ложись на кровать, я сейчас возьму всё для осмотра и приду.
Мне не хотелось, чтобы он видел, как я пью специальную настойку, которая поможет выдержать давление чужой магии немного дольше, чем в прошлый раз. Настойка сработает как щит, временный, конечно же, но и это лучше, чем ничего. Жаль только, что вкус у неё ужасно мерзкий, я даже едва сдержалась, чтобы не выплюнуть всё обратно.
В спальню вошла, всё ещё кривясь от вкуса, и тут же замерла на месте, увидев дивную картину...
Мужчина, обнажённый по пояс, в моей кровати. Поистине, узнай моя матушка об этом, не погнушалась бы схватиться за ремень и поучить меня правилам приличия. И была бы права, честное слово.
- Передумала? - Винс приподнялся на локте и посмотрел мне в глаза, при этом уголки его губ едва заметно приподнялись, обозначив улыбку.
- Нет, - отозвалась тихо, даже головой качнула в знак протеста. - Не дождёшься.
Не думает же он, что я так просто сдамся? Хотя, судя по скептическому взгляду, именно об этом он и подумал.
- Хорошо, - вроде бы безразлично отмахнулся, вновь ложась на подушку. К слову сказать, покрывало с кровати он так и не снял.
Ситуация, в самом деле, очень двусмысленная и щепетильная, но я, к сожалению, пока не научилась осматривать пациентов на расстоянии. Пришлось перебороть смущение, сделать несколько шагов и остановиться, нависнув над ним.
- Я хочу, чтобы ты сказал мне, если вдруг почувствуешь боль. Даже совершенно незначительную.
Мне не доводилось работать с чужеродной магией, лишь естественные потоки, которые ведут себя довольно предсказуемо. Нет, были, конечно, и исключения, но эти случаи единичны. А что ждать от его организма, я понятия не имею. От этого страшно за его жизнь, не наврежу ли я, всколыхнув последствие от магической ловушки.
- Обещаешь? - так и не дождавшись от него ответа, подтолкнула в правильном направлении.
- Обещаю, - согласился со вздохом, буравя взглядом потолок. - Не бойся, Дели, ничего со мной не случится, я проходил эту процедуру много раз.
При упоминании о прошлом лечении, тут же стало совестно, что я вновь заставляю его пройти через это. Впрочем, сомнения сразу отмела, потому что уверена - у меня всё получится.
- Сними пока амулет, пожалуйста, - попросила его, прежде чем начать. И только дождавшись, когда он опустит на пол шнурок с камнем, приступила к своей работе.
Вдох-выдох. Прикоснуться руками к обнажённому телу, почувствовать тепло магии, что струится по моим ладоням.
А потом забыть о материальном мире и погрузиться в хитросплетение магических потоков.
Чернота, от которой сразу закружилась голова, и во рту появился металлический привкус крови, окутала мгновенно. И тут же попыталась вытолкнуть меня, мешая рассмотреть сгусток и почувствовать его силу.
Пришлось надавить сильнее, пробираясь дальше.
Сложилось впечатление, что чужеродная магия создала вокруг себя непроходимый контур. Защитный. Словно она тоже боится, что её уничтожат. Сотрут в пыль даже воспоминание о ней.
И стоило мне прикоснуться к этому контуру, как Винс зашипел сквозь зубы, и меня мощной волной выкинуло обратно, отчего я покачнулась и устояла на месте только потому, что успела присесть на край кровати.
Перед глазами, как и прошлый раз, плясали чёрные точки. Пришлось приводить себя в порядок глубокими размеренными вдохами и выдохами.
- Ты как? - прогнав дурман, обратилась к Райту, который подозрительно затих.
- Нормально, - отмахнулся, шипя сквозь зубы и хмуря густые брови.
- Лжёшь, - прошептала утвердительно, и поднялась на ноги. Нужно принести ему восстанавливающее зелье, да и обезболивающее тоже не повредит.
Когда принесла и он, на удивление, безропотно выпил всё, спросила:
- Так ты переносишь каждый осмотр?
Он не ответил, лишь кивнул в знак согласия.
- Ты чувствуешь боль сразу же, когда происходит магическое вмешательство?
- Можно сказать и так, - после зелья ему стало гораздо легче, и цвет лица больше не напоминал что-то среднее между белым полотном и серыми тучами в ненастный день.
- А что именно ты чувствуешь? - я прекрасно видела, что тема для него болезненная и совсем не приятная, но мне нужно знать ответы на все эти вопросы лично от него. Потому что сухие заключения других целителей это одно дело, а разговор непосредственно с самим пациентом - совсем другое.
- Я не знаю, как это точно описать. Похоже на то, как если бы мне вытащили сердце из груди, хоть я никогда и не был участником такого «эксперимента», - на последнем слове сделал особый акцент и криво ухмыльнулся.
- Винсент, а... - запнулась, не решаясь озвучить свой вопрос, - эта магия хоть как-то влияет на тебя? Ты её чувствуешь?
Мужчина ответил не сразу. Сначала встал с кровати, сделал несколько шагов к окну, и взъерошил волосы одной рукой.
- Иногда. Очень редко, - наконец, озвучил то, что я и так подозревала.
- И в чём это проявляется? - мне осталось смотреть на его спину и комкать в руках подол юбки.
- Дели, всё это написано в заключениях целителей, - отозвался с раздражением, но я сдаваться была не намерена.
- Я их читала, многие из них, но ещё хочу услышать от тебя. Пойми, это важно.
Почти все записи содержали довольно обтекаемую формулировку, Винсенту, по сути, даже не ставили конкретный диагноз, но и лечить не лечили. Только обещали и заставляли надеяться.
Выдохнул - шумно, буквально с приглушённым стоном, и ответил:
- Раздражение и злость. Вот когда я чувствую её влияние.