Анастасия Королёва – Стажировка в Северной Академии (СИ) (страница 25)
Бабушка умерла через пару лет после моего поступления, не дождавшись моего восхождения. А после блестящего окончания академии я отправилась не в лучшую лабораторию, а в ссылку на север, где мне не сулит ничего хорошего.
***
До самого утра я так и не уснула. И когда будильник с надрывом прохрипел приветственную мелодию, передо мной в зеркале отразилась страшная картина.
Посеревшая кожа, круги под глазами, безжизненный взгляд. Я самой себе напоминала труп, над которым знатно поизмывались практиканты-целители.
Нужно что-то предпринять, чтобы никого не испугать. Умылась, расчесалась, собрав волосы в строгую причёску. Выбрала тёмно-коричневую блузку, сверху накинула чёрный джемпер, и юбку выбрала тоже чёрную.
Вид не стал намного лучше, но я хотя бы попыталась.
Впрочем, все игривые мысли померкли, стоило мне подойти к двери и опустить ледяную ладонь на ручку. Сердце загромыхало, рывком ускорив бег, и в голове набатом зазвучали слова:
«Ушлая девчонка!», «Как ты могла? Я доверял тебе, позволил работать в моей лаборатории», «Я сделаю всё, чтобы твоя исследовательская карьера так и не началась», «Я это так не оставлю!».
Магистр в тот день многое кричал мне в лицо, а у самого глаза горели торжеством. Ещё бы, такое открытие, оно принесёт, точнее уже принесло, его имени колоссальную известность.
А мне досталась доля терпеть всю жизнь злословие и насмешки.
Трусливую мысль, сказаться больной и не выходить из комнаты как минимум несколько дней, отмела сразу же. За это время ничего не изменится, они лишь поймут, что я их боюсь.
Даже несмотря на то, что я действительно боялась вновь пройти через череду унижений, распахнула дверь, заперла комнату на ключ, и, расправив плечи, зашагала по коридору. Потом по улице, пытаясь не дрожать от холода, который, казалось, был повсюду, будто поселился внутри меня. Открыла дверь аудитории и не глядя на, наверняка пустые столы, прошла к своему месту.
Медленно разложила листы, пытаясь упорядочить мысли и набросать примерный план занятий. Мне нужно просто говорить обо всём, что помню из курса. Дать список обязательных учебников, чтобы студенты посетили библиотеку и взяли всё необходимое.
От лекции я не ждала ничего хорошего, потому что сейчас в эту дверь зайдут третьекурсники. Я столкнусь с Одри, которая когда-то пришла ко мне за советом, а оказалось, что репутация профессора далека от идеальной. С Микой, которая, наверняка, будет бросаться колкими фразами. С Барри, который, несмотря ни на что, подготовил доклад.
О том, что Тиана промолчит и не обнародует мой «грешок», я даже не думала. Если уж она специально узнавала о моём назначении и пошла докладывать ректору, то... Что тут ещё можно сказать?
Мне было тошно. Казалось, в горле стоит комок желчи и от того меня постоянно мутило. Или дело в голоде? Но стоило мне подумать о еде, как меня передёрнуло от отвращения.
Наконец, прерывая самобичевание, дверь распахнулась, и на пороге появились первые студенты. Я молчала, молчали и они. Так же молча ребята заняли свои места. Не поднимая глаз, чувствовала их пренебрежительные взгляды.
Давящую тишину нарушал лишь шелест страниц. Правда до того момента, как в аудиторию не вошла Мика. Я её не видела, но появление девушки почувствовала кожей, словно сотни иголок впилось в кожу.
- Светлого утра, профессор, - промурлыкала она. Сомнений её тон не оставил - слишком самонадеянно и довольно звучали слова, слишком плохо было прикрыто в них предвкушение травли. Словно она в мгновение ока превратилась из жертвы в опытную хищницу. По сути, так оно и было.
- Светлого, - я отозвалась спокойно, стараясь выглядеть равнодушной.
Сердце кольнуло болью, но она тут же утихла. Бессмысленно терзать себя, когда другие уже всё решили. Больше никто из группы так и не осмелился поприветствовать меня. Мне показалось, что за один лишь день, я очутилась среди враждебно настроенных диких племён - таких же ершистых, и непредсказуемых.
Перезвон оглушил всего на мгновение, потом я встала, подошла к идеально чистой доске и только взяла мел, как дверь резко открылась. На пороге появилась Одри. Её взгляд встретился с моим, и я успела заметить в нём разочарование и... надежду? Пожалуй, последнее мне всё же привиделось.
- Извините, можно войти? - девушка опустила глаза.
- Можно, - отозвалась сухо, и повернулась к аудитории спиной, записывая на доске название книг: - Итак, если кто-то не знает, - шурша мелом, стала говорить, - общий курс предметов ввели в обязательный список, и в конце семестра вы будете сдавать мне, - тут я запнулась, но через силу продолжила, - зачёты и экзамены. Так что вам необходимо взять эти книги в библиотеке.
- А это правильно, - стоило мне замолчать, Мика взяла слово. - Правильно, что вы сомневаетесь, на счёт вашего места. Я думаю отец, как только узнает, кого к нам прислали из столицы, добьётся вашего увольнения.
Она торжествовала. Столько яда в голосе я ещё никогда не слышала. Даже у магистра, которого я якобы обокрала. Его имя даже в мыслях произносить не хотелось.
Зря Мика надеется, что я брошусь её переубеждать.
- Одна из книг понадобиться вам уже к следующей лекции, - я подчеркнула нужную и напротив неё написала номера параграфов, - ознакомьтесь с материалом, вместе будем разбираться.
Девушка победно хмыкнула, но пока больше ничего говорить не спешила.
- А сейчас мы поговорим с вами об особенностях других рас. Кто может сказать что-то по этой теме? - пришлось обернуться, хоть внутри всё и сжималось от гадких ощущений.
На меня были направлены самые разные взгляды: от безразличных, до откровенно пренебрежительных, от сомневающихся, до расстроенных. Последний принадлежал Одри. Но она тут же опустила голову, делая вид, что внимательно изучает раскрытую перед ней книгу.
Что же, всё предсказуемо.
- Профессор Лоусон, а почему у вас за столь неприглядный поступок не отняли диплом десятой степени? Или всё же отняли?
Мика злорадно усмехнулась, ничуть не смущаясь, каким тоном она разговаривает со своим преподавателем.
- А вас срезали при поступлении на скольких баллах? - на самом деле, я не хотела этого говорить, но слова вырвались против воли и, судя по перекосившемуся холёному личику, попали в цель.
- Не ваше дело! - прошипела девушка.
Я пожала плечами и вернула её же возмущение:
- Так же, как и моё прошлое - не ваше.
За перепалкой внимательно наблюдали все студенты. Кто-то усмехнулся на словам одногруппницы, кто-то моей колкости, но в общей массе настрой остался неизменным.
- Что, никто не знает никаких особенностей? - спросила, возвращаясь к заданному ранее вопросу, но никто даже не шелохнулся, на что Мика вновь приободрилась, взирая на меня свысока.
- Что же, раз всё настолько плачевно, рассказывать буду я.
На протяжении всей лекции больше никто не осмелился сказать и слова. Разговаривала только я, и голос мой звучал механически, чётко воспроизводя то, что когда-то кропотливо изучала. Не скажу, что тема рас была моей любимой, но некоторые факты запомнились особенно.
- Южные народы отличаются от нас не только диковинными традициями и внешностью, но и некоторыми особенностями организма. Несмотря на то, что они прекрасно себя чувствуют при высокой температуре, к холодам им не привыкать. Если взять любого жителя юга и переселить его, к примеру, к нам, сюда, на север, он довольно быстро адаптируется к низкой температуре. Дело в том, что все эти народы, прежде чем осесть в южной части королевства, довольно долго кочевали из одной местности в другую. Это были и северные земли, и западные равнины, и восточные степи.
Ребята слушали меня без особого энтузиазма, - зевали, нетерпеливо поглядывали на часы, отсчитывая минуты до окончания лекции, что-то рисовали в тетрадях. Мика же с подругами не стесняясь перешёптывались, обсуждая, наверняка, более интересную тему.
Нужно было бы их отдёрнуть, призвать к порядку, но желания не было совершенно. Лишь пустота и холод, что всё настойчивее пробирались к самому сердцу.
- Так вот, по сути, из-за оседлого образа жизни, приспособленческие навыки должны были угаснуть у этих народов, но всё получилось несколько иначе. У них выработался особый ген, позволяющий жить, где им только вздумается, хоть в жерле вулкана.
- Ничего себе, - выдохнул один из парней, но тут же стушевался и уткнулся носом в парту.
- А вот полной противоположностью кочевникам - груззы. Эти народы, если вам неизвестно, живут под землёй. Их королевство находится на соседнем материке. Они совершенно не приспособлены жить на поверхности. Для них крайне важно соблюдение определённых условий, вплоть до влажности воздуха в доме. Они не выносят чужаков и никому, никогда не позволяют появляться в своих подземельях. Груззы считают, что чужаки приносят с собой разного рода микробов, из-за которых они могут заболеть и даже умереть. Единственные, кого они пускают к себе, это дипломаты и их свиту. Но и тут есть свои ограничения. Перед приёмом короля, послов купают в их воде, выдают их одежду, и несколько дней кормят и поят только их едой и водой.
Больше никакой реакции я от ребят не ждала, просто говорила, говорила, и говорила, пока трель звонка не прервала мою речь. Студенты вышли, не прощаясь, я же бессильно опустилась на стул.