Анастасия Королёва – Северная Академия. Книга 2 (СИ) (страница 16)

На что он кивнул и крикнул вознице:

– Быстрее!

– Вы связались с Лестером? Мне нужно разрешение на осмотр, иначе, боюсь, Мерисса даже не подпустит меня к телу девушки.

– Связался, – кивнул мужчина. – Он уже едет.

Ещё он сказал, что смог поговорить с Винсентом. Сейчас у него лекция, но как только она закончится, он сразу же приедет.

– Хорошо, – кивнула, мысленно подгоняя карету, надеясь, что я ещё не опоздала.

Что осталось от магического следа? И осталось ли вообще? Сколько потерянных дней! И всё из-за моей невнимательности.

– Успокойся, Аделия, – мягко произнёс Леон, беря меня за руку.

Отвела взгляд от окна и слабо улыбнулась:

– Я стараюсь, но ничего не получается.

У меня внутри всё тряслось от волнения, и ком тошноты стоял в горле.

– Понимаю, – кивнул Райт-старший. – Но если ты не возьмёшь себя в руки, то я попросту запрещу пускать тебя в морг. Не думаю, что сын простит мне, если ты от волнения потеряешь сознание!

Пришлось пообещать ему, что ничего терять я не собираюсь. И что вот сейчас, прямо в эту секунду, я успокоюсь. Но как только мы прибыли на место, я вновь проигнорировала его помощь и первой выскочила из кареты, едва не налетев на хмурого Лестера.

– Прошло слишком много времени, – проворчал он, вместо приветствия.

– Но я должна попробовать, – произнесла упрямо, ничуть не испугавшись его холодного взгляда.

Собственно, после встречи с Ванессой, я поняла, что господину Хайду ещё очень далеко до этой волевой женщины. Так что больше я не буду его бояться. Никогда.

– Хорошо, – процедил сквозь зубы и первым шагнул к двери.

Мерисса встретила нас таким же хмурым взглядом, какой был и у Лестера, и у вошедшего следом Леона.

– Вам не кажется, что это бесчеловечно, держать тело здесь, не давая родителям похоронить дочь по-человечески?

Сразу набросилась она, благо, что не на меня, а на столичного следователя.

- Не кажется, - отмахнулся он. - Потому что родители, помимо похорон, так же требуют наказать неведомого убийцу.

Пока они переругивались, я натянула халат, тонкие перчатки и прошла к той самой кушетке, где лежало тело девушки. Откинула простынь и, стараясь не смотреть на лицо Мики, приложила большие пальцы к обеим точкам. За это время они стали бледнее и уже не выступали так явственно на бледной коже.

Вход и выход магии, и мне нужно пройти тот же самый путь, что и убийца.

Я закрыла глаза, пытаясь почувствовать истончившуюся нить воздействия. Она почти неразличима, не осталось ни цвета, ни запаха, только выцветшие рваные клочки, которые иглой проходят сквозь тело и кости, и проникают в самое сердце.

Я погружаюсь глубже и слышу слабый голос Мики, отзвуки прошлого:

«Вы обещали, что поможете мне уехать в столицу! Вы...»

Магия проходит дальше, заставляя сердце девушки замолчать навечно. И меня выкидывает к точке выхода, туда, где я успеваю заметить руки убийцы.

Я хочу открыть глаза, хочу убедиться, что всё получилось, но вместо этого чувствую, как сознание не выдерживает и я обессиленно лечу вниз.

Я всё-таки не сдержала обещание и потеряла сознание. Надеюсь, Леон простит меня за это.

***

Ещё не открыв глаза, я поняла, что в реальности, где нет спасительного беспамятства меня ждут проблемы. И проблемы эти выглядят как очень-очень злой Винс.

– Ты чем думал, когда позволил ей провести этот эксперимент?! – рычал он, а вот кто был его целью для вымещения злости стало понятно мгновение спустя.

– А почему я должен был запретить ей это?! – не уступая Райту на него рычал Лестер и мне отчего-то почудилось, что в его голосе слышится плохо скрываемая нервозность. Или страх, или… Мне всё это лишь кажется.

Как бы не было страшно встречаться лицом к лицу с разъярённым мужчиной, хотя, судя по злым голосам, – всё же с двумя разъярёнными мужчинами, – я открыла глаза и осмотрелась.

Меня положили на кушетку, тут же, в морге. Стало не по себе – не так я представляла себе пробуждение после перенапряжения, совсем не так.

– Прекращайте устраивать истерику, – скрипнула дверь и тихий голос Мериссы прервал перепалку мужчин.

Она подошла ближе, встретилась с моим взглядом и слабо улыбнулась:

– Пришла в себя? – дружелюбно спросила женщина, и не дождавшись ответа, продолжила: – Вот и хорошо, а то эти петухи вздумали тут ругаться, в таком месте.

Целительница протянула мне чашку с дымящейся жидкостью и через плечо посмотрела на тех самых «петухов»:

– Аделии нужен укрепляющий отвар, а ещё, – здесь она сделала особый акцент, – тишина и покой. Хотя бы до вечера.

Пока она говорила, к кушетке подошёл Винсент – растрёпанный, бледный, злой…

– Неужели так сложно, – начал он, едва сдерживаясь, но его остановила Мерисса:

– Покой, господин Райт, и тишина, – она выразительно приподняла брови и, наконец, отошла. А мне, как маленькой девочке, вдруг захотелось вскочить со своего места и пойти за ней, потому что оставаться рядом с недовольным Винсентом мне совсем не хотелось.

Чтобы хоть как-то спрятаться от внимательного взгляда, приподнялась и отпила горячего отвара, попутно обжигая губы.

Сморщилась, поджала губы и замерла, почувствовав, как моих волос коснулась мужская рука.

– Вечером я тебя выпорю, – выдохнул Винс тихо, так что его расслышала только я. Во всяком случае, я очень надеюсь, что этого больше никто не слышал.

Лицо обожгло смущение, и я нерешительно посмотрела на него:

– А сейчас можно не бояться?

Он покачал головой, прикрыл глаза, и признался:

– Я впервые в жизни так сильно испугался.

Мне захотелось утешить его и сказать, что дело вовсе не в опасном ритуале, а в усталости и магическом истощении, но вовремя остановилась. Если признаюсь, что его лечение даётся мне так сложно, то он больше не позволит продолжать, а я не хочу останавливаться. Только не сейчас, когда чужеродная магия так близка к тому, чтобы раскрыться окончательно.

– Но ведь всё хорошо, – слабо улыбнулась, пытаясь сгладить произошедшее.

– Выпорю, – припечатал, даже не думая улыбаться в ответ.

– Так, голубки, – в наш разговор бесцеремонно вмешался Лестер, – я, конечно, всё понимаю, но мне нужно узнать, что вы увидели, Аделия?

Страх перед Винсентом и переживания о насущном разом отошли в сторону. Я поставила чашку на кушетку рядом с собой, потому что руки затряслись, и я испугалась, что вылью на себя кипяток.

Воспоминания были живы… Настолько, будто и не прошло ни секунды, после моего вмешательства. Словно я и сейчас нахожусь в воспоминаниях Мики и… Чувствую боль и отчаяние…

– Аделия? – обеспокоенный голос Винсента вернул меня туда – в настоящее, где нет места прошлому.

– Всё хорошо, – вновь улыбнулась и посмотрела на Лестера. – Я смогла увидеть не так много, как мне бы того хотелось.

Перевела дыхание, чувствуя, как воздуха в комнате становится всё меньше и меньше, и я вот-вот попросту задохнусь. Я понимала, что это лишь последствия стресса, и ничего подобного не произойдёт, но…

– Магия, – выдавила всё же, надеясь, что чем больше я буду говорить, тем быстрее пойму, что в безопасности и мне ничего не угрожает. Почти.

Прокашлялась, потому что голос вдруг изменил мне:

– Магия, которую использовали для убийства Мики, не принадлежала убийце.

Это на самом деле очень важно. Именно поэтому целителям не удалось понять причину смерти – в академической программе мы не изучаем магические ловушки и то, как магию запирают в каких-либо предметах. И если бы я не взялась за лечение Винсента, то никогда бы не узнала о том, что существуют такие зверства.

Лестер на моё заявление никак не отреагировал, разве что лицо превратилось в каменную маску, за которой он спрятал все эмоции.

– Значит по магии отследить преступника нельзя? – задал вопрос, но ответ он знал и так.