Анастасия Королева – Как приручить боевого мага? (страница 1)
Анастасия Королева
Как приручить боевого мага?
Глава 1
Софи́ Вейсс
Сегодня с самого утра в приюте царило небывалое оживление. Ещё бы, ведь леди Биэльс уволили, а ей на смену, по слухам, обещали прислать какого-то мужчину. Бывшего военного, что вызывало особый трепет среди воспитательниц. Ещё бы, у нас тут помимо Патрика, который служил охранником в приюте уже больше сорока лет, и старого доктора Грасса, мужчин и не водилось.
Единственной, кто не разделяла восторгов по поводу нового директора, была я. И на то имелось несколько причин.
Во-первых, я слишком хорошо знала военных. Они беспринципные, грубые и себялюбивые. Возможно, не все такие, но других на своём пути я, увы, не встречала.
Вторая причина плавно вытекала из первой – кто додумался допустить военного до детей? С таким набором качеств ему нужно муштровать студентов в академии, а не малышей, которые ждут ласки и внимания!
Поэтому, пока все прихорашивались, вытряхивая из сумочек коробочки с тенями и пудрой, я нервным шагом меряла лекарский кабинет.
Время близилось к девяти, и моя ночная смена, довольно насыщенная на события, закончилась ещё час назад, а из-за приезда этого нового директора, я не могла уйти домой.
– Что вы так невгничаете? – забавно картавя, уже в третий раз спросил меня доктор Грасс, но я лишь отмахнулась.
Не объяснять же ему, что у меня детская травма, от которой я до сих пор не оправилась. Отец был отставным военным, и… Нет, не хочу вспоминать. Я же в пику ему и выбрала в мужья тихого и скромного парня, но и тут промахнулась – как оказалось, даже тихие и скромные способны вонзить нож в спину.
Доктор Грасс ещё несколько минут посмотрел на мои метания, после же, пробормотав:
– Голова закгужилась, – вышел из кабинета в коридор, аккуратно притворив дверь.
Оставшись одна, я-таки опустилась на стул и шумно выдохнула. В самом деле, Софи, что так нервничать? Работала же ты под мужским началом в лечебнице и ничего с тобой не случалось. И тут перетерпишь! К тому же, если он будет таким же, как леди Биэльс, то есть будет появляться в приюте раз в несколько дней, то и вовсе не о чем переживать.
Но я переживала. Потому что мне нравилось здесь. В приюте я работала всего третий месяц, но как никогда чувствовала себя на своём месте. Не хотелось бы уходить отсюда, я прикипела к детям. Да и они ко мне, думаю, тоже.
Кто-то вскрикнул, а потом послышался топот ног.
– Идут! – в кабинет заглянула Лорен, учительница арифметики и дежурный воспитатель по совместительству. Она не стала меня ждать, уносясь вперёд.
Что же, нужно идти знакомиться. Нет никакого смысла в том, если я буду прятаться в кабинете.
Старшая воспитательница, леди Гретхэм, выстроила всех в холле, единственном помещение, которое вмещало и детей, и персонал разом. Все замерли. Почти. Ребята, в силу возраста, не могли скрыть любопытства, а потому некоторые из них наклонялись вперёд, пытаясь рассмотреть гостей раньше остальных. Те же, кто стоял за их спинами, с придыханием спрашивали:
– Ну, чо там? Чо?
– Не чо, а что! – недовольно поправляла их леди Гретхэм. Но разве же кто-то слушал её?
Рядом со мной оказались Реми и Риан, братья-близнецы, которые попали в приют чуть больше двух недель назад. Они, пожалуй, единственные, не выражали никакого интереса к происходящему.
Мальчишки были похожи друг на друга, как две капли воды, к тому же старались носить одинаковую одежду, что сводило возможность различить их практически к нулю.
– Не интересно? – спросила тихо, чуть-чуть нагнувшись к ним.
Братья обернулись и одновременно улыбнулись, и от этой улыбки будто бы солнышко выглянуло, хотя над столицей сегодня с самого утра висели низкие серые тучи.
– Неа, – протянул один из них. Риан или всё же Реми? – Мы тута всё равно ненадолго, чо смотреть, – пожал он плечами, а другой вторил ему, копируя каждый жест.
Улыбка моя медленно растаяла, и на душе стало муторно.
Каждый, кто попадал в приют, верил, что за ним придут родственники. Что заберут их домой, но чаще всего, те, кто оказывались в таких заведениях, здесь и оставались до совершеннолетия. Если родные не объявились сразу после смерти их матери, то вряд ли объявятся спустя время.
Но ребята надеялись, и я считала, что не имею право отбирать у них эту надежду.
Наконец, парадная дверь распахнулась, точнее её распахнул Патрик, при этом с кряхтением кланяясь гостям, и мы все увидели нового директора.
Мужчина был высок и массивен. На лице непроницаемая маска, в глазах надменность, граничащая с брезгливостью. Или это только мне так показалось? Он окинул всех разом безразличным взглядом, скривился и сделал пару шагов, чуть-чуть подволакивая левую ногу. Ранение?
Рядом с ним, едва ли не подпрыгивая от нетерпения, шёл управляющий. Он то и представил нам нового директора:
– Уважаемые! Прошу любить и жаловать, Илиас Хантер, ваш новый директор, – сказав всё это, мистер Ариго расплылся в подобострастной улыбке, но этот Илиас никак на неё не отреагировал. Напротив, у него был такой вид, будто бы он мечтал, чтобы это «представление» скорее закончилось.
Илиас Хантер
Нога ныла ещё с ночи, так что к утру моё настроение сложно было назвать хоть сколь-нибудь положительным. Ещё и мистер Ариго этот. Опоздал на добрых полчаса, так что мне пришлось ждать его. Что тоже отнюдь не прибавляло радости.
Войдя же в массивные резные двери, я так и вовсе скривился. Меня пронзили с полсотни, а может и того больше, любопытных взглядов. Пожалуй, я всё же погорячился, дав своё согласие на эту авантюру. И как только меня угораздило… Ах, точно, я же решил отомстить Винтерсам и восстановить справедливость. Впрочем, в свете происходящего эта идея уже не казалась такой привлекательной.
Ариго то и дело подпрыгивал на месте, будто ему не терпелось рассказать уже всему миру новость. Он и не стал утруждать себя ожиданием, прямо с порога заявив:
– Уважаемые! Прошу любить и жаловать, Илиас Хантер, ваш новый директор.
Ребята загомонили, заулюлюкали, от чего я в очередной раз скривился, воспитательницы же зарделись, словно невесты на выданье. Почти все. Никак на заявление Ариго не отреагировали лишь двое – женщина в летах, с седым пучком волос на голове, и вторая. Она была… Хороша, что уж лукавить. Каштановые локоны тяжёлой волной лежали на плечах, ясные выразительные глаза, чуть вздёрнутый к верху нос и чувственные губы. Да, и ещё грудь. Она тоже была хороша. Вкупе с тонкой талией и длинными ногами.
Отметив всё это, я вновь скептически ухмыльнулся, теперь уже от совершенно другой реакции собственного тела. Мало тебе было, Илиас, семейного счастья, решил повторить?
Тряхнув головой, вышел чуть вперёд и сухо отрапортовал:
– Рад знакомству, – впрочем, радости в моём голосе не было ни капли, – надеюсь, мы с вами сработаемся.
Ребята притихли, глядя на меня с опаской, а вот одна из воспитательниц решилась пойти в атаку прямо с порога:
– Мы тоже та-а-ак рады, что теперь вы будете здесь, с нами. Я – Лорен, готова провести вам экскурсию по приюту, чтобы не отвлекать мистера Ариго.
Старшие мальчишки прыснули от смеха, а кто-то из них, жаль, я не увидел, кто именно, произнёс так, чтобы услышали все:
– Ты смотри, как нашей Прилипале замуж приспичило!
Лорен, так она вроде представилась? Конечно же, услышала колкость, но ничем не выдала своего смущения. Разве что на скулах обозначился едва заметный румянец.
Зачем-то перевёл взгляд на ту, с каштановыми волосами и увидел, что она вполне разделяет мнение старших ребят. Стоит и так же скептически улыбается. И даже посмотрев мне в глаза, она не поспешила сделать вид, будто ни о чём таком не думала. Напротив, девица выше задрала подбородок и упрямо поджала губы.
Надо же, какие мы… Своенравные.
То ли в пику ей, то ли от переизбытка глупости, я зачем-то согласился:
– Буду благодарен за вашу помощь, Лорен, – перевёл взгляд на воспитательницу и вот теперь увидел настоящий румянец на её щеках. Такой, который не смог скрыть даже щедрый слой пудры.
Вновь зачем-то посмотрел на своенравную девицу, она же смешливо фыркнула и уставилась себе под ноги.
«Прекращай, Илиас», – одёрнул сам себя. И сделал шаг вперёд, навстречу Лорен. Навстречу своей новой жизни.
Софи́ Вейсс
Нет, вы подумайте, какой!
Рад он знакомству, как же! Сам чуть от своего же яда не скончался, вон как кривился и поджимал губы.
Нет, я всё же была права – военные все одинаковые. Этот не стал исключением. И чего он так смотрел на меня?
Все эти мысли теснились в голове, пока я шла по тротуару прочь от приюта. Намеренно громко стуча каблуками, я пыталась выплеснуть таким нехитрым способом напряжение, которое буквально сжирало меня изнутри.
И Лорен тоже хороша, нашла перед кем хвост пушить. Да он, он… Эпитеты внезапно закончились, и я мысленно махнула рукой. Он – военный, пусть даже бывший, и этим всё сказано.
Несмотря на усталость, домой я забежала буквально на полчаса. Лишь для того, чтобы выпить чашку травяного чая и съесть наскоро сооружённый бутерброд. А всё потому, что меня ждали. Конечно, я обещала быть у них с девяти, но… Из-за нового директора все планы полетели в бездну.
Выбежав из дома, я поймала первый же кэб и попросила отвезти меня к рынку, а там, петляя по узким улочкам, дошла до нужной квартиры. Этот район славился преступностью и бедностью, а ещё больными, которых некому было лечить. Целители из лечебниц не очень-то желали приходить сюда по доброй воле, а у местных не было денег, чтобы вызывать их. Я же… Ходила.