Анастасия Княжева – Академия четырех стихий. Лишняя (СИ) (страница 23)

— Проснулась? — тихо проговорил он с бархатистыми нотками в голосе и осторожно провел пальцами по моей щеке, заправил выбившуюся прядь за ухо.

По коже поползли мурашки.

— Даже и не заметила, как уснула, — ответила я, не зная, как скрыть смущение.

Виктор разжал кольцо сильных рук, а я села ровно.

— Бывает, — произнес он с улыбкой.

— Сколько времени? — пробормотала я.

— Около часа. Собирайся, открою портал в твою комнату.

Соседки уже спали, и я тихонечко улеглась в кровать, решив, что если стану переодеваться и раскладывать вещи, то точно их разбужу. Юркнула под одеяло и заснула мгновенно.

А наутро, спускаясь по центральной лестнице в общую столовую, я с ужасом рассматривала копоть на стенах, высоких потолках и обгоревшие предметы роскошного интерьера. Досталось даже зачарованным доспехам на манекенах и заговоренным от атак особо ретивых адептов изысканным картинам. О мебели, портьерах, витражных окнах и говорить не стоит. Хотя запаха гари я не ощущала: наверное, маги ветра уже успели поработать.

То тут, то там слышались испуганно-удивленные перешептывания. Я зашла в столовую и под недоуменные взгляды одногруппников подсела к Анги и Фою. Девушка приветливо помахала рукой и сдвинула братца в сторонку, освобождая место. Напротив сидел Клем — семикурсник, маг ветра. Кивнула и ему. Он послал воздушный поцелуй и вернулся к завтраку. Я положила на пустую тарелочку йогурт с фруктами и зашептала Анги на ушко:

— Ты не знаешь, почему академия выглядит так, будто здесь дракон всю ночь лютовал?

— А так оно и было, — хмыкнула брюнетка, перестав жевать яичницу. — Ты разве еще не слышала?

— Нет, — покачала я головой, желая выведать подробности.

— Виктор постарался.

Челюсть отвалилась и тут же вернулась на свое место.

— Что? Зачем?

— Подробностей толком никто не знает, — увлеченно зашептала она. — Но говорят, что он проснулся в отвратительном настроении и напоролся с утра пораньше на Рика с его шайкой. Они как раз кого-то караулили. Бросил презрительно, знаешь, как он умеет, что их визгливые перебежки не дали ему нормально отоспаться, и спустил на них свой огонь. Гонял по коридорам, пока парни не выдохлись. Все старшекурсники, и потенциал приличный, но куда им до Виктора…

Представила, что там были за игрища, и есть как-то сразу расхотелось.

— И чем все закончилось? — осторожно поинтересовалась я.

— Парней забрали в целительскую. Виктор подпалил их основательно, долго там проваляются. А ему вкатали огромный штраф за учиненный разгром и назначили исправительные работы на неделю.

— Быть того не может… — прошептала я себе под нос, но Анги услышала.

— Ты что? — удивилась она. Придвинулась ко мне поплотнее и зашептала в самое ухо, опасливо косясь по сторонам: — Виктора здесь все боятся. Особенно его вспышек ярости. Стихия вырывается и застилает разум, требуя разрушений. Ходят слухи, что в такие моменты он себя не контролирует и может убить кого угодно. Но его семья это тщательно скрывает… Доменной огня, понимаешь? Самый опасный из всех стихий. Говорят, у домениона ветра характер тоже несладкий, но не такой взрывной. А Виктору приходится постоянно себя сдерживать. Поэтому его лишний раз никто не задирает. Когда он в дурном настроении, мы все здесь по стеночке ходим, боясь лишний раз пискнуть…

Такая мрачная картина совсем не вписывалась в составленный мной образ музыканта-авантюриста с неукротимой волей и веселым нравом. И вчера он казался таким расслабленным… Возможно, из-за возни со мной и не выспался, но что-то здесь не то. И Анги сказала, что налетел он не абы на кого…

— А почему именно Рик с ребятами?

— Не знаю, может, просто под горячую руку подвернулись. Хотя… Слышала, что Селеста обещала жарко приласкать того, кто сможет поставить тебя на место. Дону, ну, тому парню, что заказал гейзер у Фоя, этого не удалось. Похоже, Рик решил довести его дело до конца. Он уже много лет безнадежно влюблен в Селесту, а ты легкая мишень. Вот только Виктор об этом прознал и не обрадовался. У них хоть и свободные отношения, но своего упускать не любит: Дракон…

— Какой дракон? — непонимающе переспросила я.

— Ну, Виктор, он же, как дракон. У него и повадки с этими тварями одинаковые.

Я поморщилась от такого сравнения, а Анги посмотрела на меня, как на несмышленого ребенка.

— Ты просто новенькая и ничего не понимаешь. Даже преподаватели за глаза говорят, мол, хотите изучить поведение драконов, понаблюдайте за Виктором.

— Чушь какая-то.

— У тебя еще будут пары по драконоведению с лабораторными выходами, тогда и вспомнишь меня.

В этот момент в общей столовой повисла гнетущая тишина. Я обернулась и увидела, как в дверном проеме появился Виктор. Парень выглядел хмурым, но каким-то собранным. Странное сочетание. Под замаскированными опасливыми взглядами адептов он невозмутимо прошествовал к столу огневиков. Устроился рядом с Селестой, вальяжно приобняв девушку. Возможно, мне показалось, но блондинка как-то напряглась, и в ее глазах промелькнул затаенный страх. Потом прижалась к нему и что-то замурлыкала на ушко. Виктор криво улыбнулся в ответ.

— А что все такие мрачные? — колко бросил объект утренних сплетен, а ребята пригнулись пониже к тарелкам и активно заработали ложками.

Виктор обвел ленивым взглядом присутствующих, задержавшись на мгновение на мне, а потом приступил к завтраку. Я ощутила, как маги вокруг задышали облегченно, хотя по-прежнему сидели молча и боялись лишний раз пошевелиться.

Постепенно обстановка разряжалась, и адепты стали потихоньку расходиться. Я уже тоже собиралась вставать. Развернулась к выходу и увидела, как в сантиметре от лица того мага, что всучил мне злополучный подарочек, промелькнул файер.

— Муха, — безразлично пожал плечами Виктор, а Дон, или как его там, побледнел и даже как-то осел.

Когда мы с Анги вышли из столовой, она оттащила меня в угол подальше ото всех и зашептала:

— Тебе крупно повезло, Миранда, что Дракон показал характер. В ближайшее время никто из поклонников дей Соррен доставать не станет. И Селеста не дура: подуется, но затаится. Однако все же будь настороже.

ГЛАВА 9

В кабинете лэра Максимилиана дей Штеллема было светло, и каждый предмет лежал, как обычно, в точности на своем месте. Все было четко, продумано до мелочей и жестко систематизировано.

Уилл прошел вперед и устроился в широком кресле напротив рабочего стола деда.

— Доброе утро, Уиллем. Рад тебя видеть, выспался?

— Да, — улыбнулся юноша, а потом все-таки зевнул, прикрывая рот ладонью, на что Максимилиан покачал головой.

— Давно не виделись. Не навещаешь старика… — тяжело вздохнул лэр. — Как учеба, как дела в академии? — говорил мягко, доброжелательно, пристально вглядываясь в лицо внука.

— Все отлично, пока ничего сложного. А ты пугал меня шестым курсом!

— Никогда не стоит расслабляться. Предупрежден — вооружен. Хорошо, что справляешься. Но если возникнут вопросы или просто захочешь поговорить, обращайся. Я всегда рад тебе, мой мальчик.

— Спасибо, дед, ты самый лучший. Но пока все идет легко. Если что-то вызывает сомнения, то преподаватели объясняют. Или Виктор подсказывает, просто и без заумностей.

— Как он?

— Хорошо. Только недавно был этот инцидент… — нахмурился Уилл, припоминая. — Но тебе уже должны были доложить.

— Хочу услышать твою версию событий.

— Не знаю, что там произошло. Виктор отмахивается от вопросов. Но не думаю, что это был срыв.

— Почему же? — вскинул брови Максимилиан.

— Он не ведет себя замкнуто, держится собранно и даже иногда куражится. Думаю, сознательно нагнал страху на тех парней, чтобы к Селесте не лезли… И что он в ней вообще нашел? — сокрушенно выдохнул Уиллем.

— Красивая, родовитая, умеет себя правильно преподнести, — проговорил лэр с хитрым прищуром, а Уилл поморщился.

— А еще лицемерная, избалованная и гадкая. Даже мама ее терпеть не может!

— К сожалению, мой милый, эти стороны характера встречается у многих женщин. И относиться к этому нужно проще. Как к некоему послевкусию, придающему выдержанному напитку особые неповторимые нотки. Повзрослеешь — поймешь. А твоя мама, кстати, несмотря на ее неиссякаемое свободолюбие, прекрасно умеет вести себя в обществе и скрывать истинные чувства по отношению к неприятным ей людям. И приглашения на торжественные приемы не забывает регулярно отправлять семейству дей Сорренов в полном составе.

— Но дома она все выдает! И приглашения подписывает секретарь! — выпалил Уилл, а Максимилиан рассмеялся, вспомнив невестку.

— Хорошо. Значит, Викториан не опасен, и изолировать его пока не стоит. Успокоил старика. — Максимилиан задумчиво постучал пальцами по лакированной столешнице, а потом улыбнулся. — Кстати, у меня для тебя есть подарок.

Уилл оторвался от спинки кресла и с предвкушением посмотрел на деда.

— Возьми. — Одним четким жестким движением лэр протянул ему дорогие ножны.

Внук энергично подхватил подарок. Солнечный луч упал на отполированную до блеска узорчатую поверхность, являя мальчишескому взору изящный кинжал. Он покрутил на ладони оружие, примериваясь к весу и размеру, сделал пару отточенных взмахов.

— Вайсалийская сталь, из личной коллекции. Заговоренный от магических атак и разрушительного воздействия природных явлений. Изменил гравировку на твое имя.