Анастасия Князева – Я тебя сломаю (страница 36)
— Чтобы стравить нас лбами и запутать следы, — подключается Рустам. — Подумайте. Две девушки. Одна — элитная проститутка, вторая — девочка из народа. Похожие друг на друга как две капли воды. С одинаковыми именами. Какова вероятность, что они окажутся в одном месте в одно и то же время?
— Нулевая, — констатирует Захар и задумчиво водит по отросшей щетине пальцами. — И кому это могло понадобиться?
— Любому из наших врагов, — цежу я. — Сколько маньяков в нашем окружении?
Вопрос риторический. В большом бизнесе всегда присутствует криминал. Это такая же норма, как и восход солнца по утрам. Просто некоторые следуют негласным законам, организуя свое дело в рамках, установленных миром. Другие — плюют на всех с высокой колокольни.
Нас интересуют вторые.
— Этот урод знал о девушках все, — рассуждаю дальше. — Допустим, с эскортницей он был знаком лично. Вполне реально. Сколько стоит пригласить такую на встречу с продолжением? Накинем за компанию, плюс гонорар за ноут. А чтобы замести следы, в этот же день в отеле появляется вторая. Двойник… близняшка — это уже не важно. Главное, что они одинаковые. И мы, ища Марка, выйдем в первую очередь на нее. Что и произошло…
— Нет, брат, — тормозит Рустам, поднимаясь. — Тут что-то не то. Думаю, Марк вообще не должен был там появляться. Вспомни видео. Там все были в шоке, когда он ворвался в номер. Вспомни лицо девки! Она его узнала — это факт. Я даже спорить не буду. Но она удивилась! Я бы даже сказал, что испугалась. Так не играют. Марк — случайная жертва, — Рустам совершенно равнодушно ставит точку и смотрит в глаза. Пробивает насквозь.
И пока я перевариваю услышанное, эстафету принимает Захар.
— Давай подытожим. Есть некто — враг, у которого счеты с Яковлевым. Он узнает, что у какой-то там эскортницы есть двойник. Заманивает ее в гостиницу, где в это время работает его протеже и подставляет? Вам не кажется, что это какой-то бред?
— Бред не бред, но зато теперь мы уверены, что девушек две, — спокойно отвечаю, расставляя границы разумного. — Рус, это дело на тебе. Узнай все, что сможешь. Скажи нашим айтишникам, чтобы сопоставили лица. Вдруг, что-нибудь откопают? Мы должны узнать о ней все. Вплоть до группы крови и ДНК. Если они сестры, то как получилось, что с одинаковыми именами?
Из-за этой хрени все мои предыдущие досье на Арину — полная лажа. Винегрет из жизней двух совершенно разных людей. Искал шлюху, а нашел сокровище. И как после такого не верить в судьбу?
— Будет сделано. Теперь мы хотя бы знаем, кого искать.
Рустам выходит. Закрывает за собой дверь. А Захар переводит взгляд на меня.
— Что будешь делать?
В мозгу отдает резкой пульсацией. Он снова озвучивает мои мысли.
— Не знаю, — прикрываю глаза и от злости сжимаю кулаки. — Попытаюсь исправить то, что нагородил.
— Правильно. Она того стоит.
Откидываю голову назад и растираю переносицу пальцами. Новая информация постепенно укладывается в голове. Банальная и жестокая правда — Марк в этой истории случайная жертва. Залетная птица, которая оказалась не в том месте и не в то время. Как и Арина.
Две невинные жертвы чужих махинаций. Легко ли с этим смириться? Нет! Невозможно.
Но Рустам прав. Теперь мы хотя бы знаем, кого искать. Результат — вопрос времени.
Глава 33
Наши дни
Машина плавно трогается с места. За рулем — правая рука Мирона, Рустам. Мы с женихом сидим сзади. Еще два внедорожника сопровождают.
Едем молча. В воздухе чувствуется повисшее напряжение. Игнорирую его изо всех, но руки все равно нервно сжимают друг друга.
Разные мысли роятся в голове, вопросы, на которые еще нет ответов.
Тяжелый взгляд черных глаз Рустама прожигает через зеркало заднего вида. Такое чувство, словно он следит за мной. Сканирует.
Неприятно.
Отвожу глаза в сторону. У меня нет сил на очередную борьбу. Я слишком уязвима и ничего не понимаю. Особенно — их внезапно изменившееся отношение ко мне. Вот немного приду в себе, наберусь сил, и можно будет прямо обо всем спросить. Я больше не могу жить в неведении! Постоянно в напряжении. В ожидании, что
Городской пейзаж медленно сменяется частным сектором. Я оглядываюсь.
Мне эти места не знакомы. Большие особняки. Извилистые дорожки. Большое искусственное озеро. Я никогда здесь раньше не была.
Поворачиваюсь и встречаюсь с Мироном глазами. Мужчина улыбается и, найдя мою ладонь, сжимает. Тепло его кожи резко контрастирует с холодом моей. Сердце сбивается с ритма. Это еще что за новые реакции?
Машина сворачивает на узкую дорогу, ведущую к огромному особняку, окруженному высоким забором и пышными деревьями.
Тяжелые металлические ворота распахиваются, и мы въезжаем на территорию. Первое, что попадается на глаза — охрана. Они везде. Стоят, как каменные истуканы. Смотрят на нас, не выдавая никаких эмоций. Следят.
Рустам проезжает вперед, поворачивает у фонтана и паркуется около большого дома. Всматриваюсь в окно, изучая территорию. Дорого. Изысканно. Богато. Такие здания обычно изображают на страницах глянцевых журналов, как атрибуты недосягаемой богатой жизни. Мне они чужды. Как и все, что здесь находится.
Пытаюсь выудить из своей памяти хоть какие-то отголоски воспоминаний, но в ответ слышу уже привычную тишину. Я не узнаю это место. Не чувствую своей причастности к нему.
Мирон выходит из машины первым. Обходит ее и подает мне руку. Покорно ее принимаю.
Он снова обхватывает мою ладонь, тянет на себя, придерживая за талию. Но руку не убирает. Наоборот. Притягивает меня еще ближе, нежно приобнимает.
— Хочу познакомить тебя с моей мамой, — выдыхает мне в ухо. Его голос звучит хрипло, словно он тоже немного волнуется. — Ничего не бойся. Здесь ты в безопасности.
Отстраняюсь, чтобы заглянуть ему в глаза. Мне нужно подтверждение. Это правда? Или очередная ловушка?
— Все будет хорошо, — он говорит с такой уверенностью, что у меня нет сил ему не верить.
Снова наклоняется и… Аккуратно убирает с лица непослушную прядь.
Его пальцы невесомо скользят по моей щеке. От нежного прикосновения по телу разбегается мелкая дрожь. Взгляд глубокий. Проницательный. Он смотрит в упор. В глаза. Потом на губы.
Мой пульс частит. Чувствую, как вспыхивают щеки. Горят. Трусливо сглатываю и отвожу взгляд.
Мирон будто мысли мои читает. Довольно усмехается и ведет меня в дом.
Мы поднимаемся на каменное крыльцо. Он учтиво открывает дверь, пропускает меня вперед. В каждом его движении читается аристократизм. Галантность, о которой я и не подозревала. Мужчину словно подменили. И это…
Неужели, нападение так на него повлияло? Испугался, что может меня потерять?
А это приятно…
— Мирон, на наконец-то! Сынок, где ты был? — женский голос, резкий и громкий, разрезает тишину.
Оборачиваюсь по инерции. Красивая женщина приближается к нам.
Она невысокая, стройная, с чистыми ярко-серыми глазами. В черном элегантном платье, на плечах теплая шаль. На добром лице следы усталости и… боли. Всех пережитых испытаний.
— Мама, — Мирон подходит к ней и обнимает. Нежно. Трепетно. Словно боится, что она исчезнет. — Прости… Нужно было решить кое-какие дела. Теперь все в порядке… Познакомься, это моя Арина. Она останется с нами.
Женщина замирает, ее взгляд цепляется за меня, скользит сверху вниз, задерживаясь на лице. В ее глазах читается смесь удивления, подозрения и… кажется, даже легкой грусти. Никакой резкости или надменности, как я возможно боялась. Только внимание и какая-то скрытая боль, которую я пока еще не могу разгадать.
— Арина? — тихо переспрашивает она. Ее голос звучит мягко, с легкой хрипотцой. — Красивая.
Она делает шаг вперёд, и ее взгляд теплеет. Протягивает мне руку, и я неуверенно протягиваю свою в ответ. Ее ладонь мягкая и теплая, нежная, как… у мамы.
В голове острой вспышкой взрывается боль. Сердце разрывается на кусочки. Не выдержав, подаюсь вперед и, прижимаясь плотнее, обнимаю эту прекрасную женщину. Всхлипываю тихо.
Она застывает, явно не ожидая такой реакции. Мирон тоже. Я чувствую его взгляд, но не могу отстраниться. Что-то важное происходит внутри. Не поддающееся объяснению. Я впервые за все эти месяцы чувствую себя
— Добро пожаловать в наш дом, милая, — говорит она, обнимая меня в ответ. — Я Нина. Нина Владимировна. Мама Мирона.
Отстраняясь, смотрит в мне в глаза, и я понимаю, что она ждет ответа. Коротко киваю и поворачиваюсь к Мирону.
И он слышит.