Анастасия Князева – Пари на любовь (страница 49)

— Я люблю тебя, Анетакис, — призналась Дайона, когда в лёгких больше не осталось воздуха, а в животе запорхали бабочки. — Люблю...

Машина остановилась у входа в подъезд, и до Дианы, наконец, дошло, что именно, она хотела сделать. Ладони девушки вспотели и, непроизвольно, сжались. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и избавиться от последних капель страха.

Расплатившись с водителем, она взяла свою сумку и вышла из машины. Грустные мысли овладели Дианой, когда она заметила свет в нужном окошке. Ставрос ждал её, как они и договаривались.

— Сейчас или никогда, — подбодрила она себя и, приподняв полы сарафана, зашла в подъезд.

Ставрос, действительно, ждал жену. Они не виделись уже две недели, и за это время не было ни секунды, чтобы он не думал о ней...

Это было как наваждение. Внутри него всё перемешалось. Прошлое и настоящее сплелись так сильно, что образовали тугой узел, и распутать его было уже невозможно. Игра, которую затеяли они с Андреасом, давно перестала быть таковой. Пари, заключённое ими, превратилось в испытание для сердца и души.

Робкий стук в дверь застал Ставроса врасплох. Мужчина поставил на край стола бутылку шампанского и бросился в прихожую. С каждым шагом его сердце начинало биться всё чаще, а слабость в мышцах усиливалась. Ему, словно, не хватало воздуха, лёгкие, с трудом, справлялись со своей основной задачей. Внутри него всё остановилось, казалось, даже время решило замедлить свой ход, когда он открыл входную дверь и оказался лицом к лицу со своей мечтой...

Диана стояла перед ним, одетая в то самое платье и походила на ангела. Не в силах перенести этой муки, Ставрос распахнул свои объятия и, когда она оказалась в его руках, наконец, задышал снова.

Глава 38

Если бы он только знал, как долго она мечтала оказаться в его объятиях! В момент, когда Ставрос распахнул перед ней дверь, Диана думала, что потеряет сознание. Только ощутив на своей талии его сильные большие ладони, девушка поверила, что живёт. До этого ей казалось, что в ней не осталось ничего, кроме пустой оболочки. Её разбитое сердце начало биться, лишь оказавшись рядом с любимым человеком, почувствовав его присутствие...

— Мне так тебя не хватало, Диана, — признался он, когда молчать уже было нельзя. Ставрос обхватил лицо девушки и, настойчиво, приподнял так, чтобы их глаза могли встретиться. Она едва не утонула в бескрайнем синем омуте его прекрасных глаз.

«Совсем, как в нашу первую встречу, — прошептал ей внутренний голос, вмиг, нарисовав в памяти картину из прошлого. Они, будто, снова очутились на набережной, когда Диана, отбросив прочь все сомнения, заползла под стол к абсолютно незнакомым людям... — Я, всего лишь, хотела помочь той даме», — попыталась она оправдаться, но у неё ничего не получалось. А ведь, не сделай она тогда этого, Ставрос бы никогда не обратил внимания на такую нескладную девушку, как она!

Казалось, мужчина думал о том же, потому что его глаза, вдруг, вспыхнули странным светом. Не говоря ничего, он потянул жену в дом и закрыл за ней дверь. Только сейчас Диана поняла, что они, всё это время, стояли на лестничной площадке.

— Я приготовил ужин, — смущённо, признался он, терпеливо ожидая, когда она избавится от своей сумки. — Ты... — Ставрос запнулся, словно не знал, что сказать. И, снова, они встретились глазами, — я не ожидал, что ты решишь прийти...

«Потому что я — трусливый кретин, который причинил тебе столько боли, что это, просто, невозможно забыть», — добавил он, про себя.

— Мне нужно было увидеть тебя, — произнесла девушка, стараясь изо всех сил, чтобы её голос звучал, как можно, непринужденней. — Как бы сильно я не старалась отрицать свои чувства, — щеки её начали, медленно, краснеть, глаза забегали по комнате, — это намного сильнее меня...

— Я... — заговорили они одновременно. Ставрос улыбнулся. — Говори ты.

— Сегодня я не хочу думать ни о чём, кроме нас, — произнесла она на одном дыхании. — Это моё единственное условие, которое ты не можешь не принять. Эта ночь будет принадлежать лишь мне. Никаких страхов, никаких вопросов... Никаких сожалений!

Шампанское начало оказывать на Дайону своё действие. Незаметно для себя, девушка начала раскрепощаться. С каждой секундой, проведённой рядом с мужем, она всё больше утверждалась в том, что любит его всем сердцем и всей душой. Никогда ещё девушка не испытывала ничего подобного. Порой, ей даже казалось, что любовь создана не для неё...

В первый раз подобные мысли посетили Дайону, когда она училась в старшей школе. Пока все её подруги ходили на свидания и, бесконечно, получали признания в любви, она пропадала в библиотеке или на курсах иностранных языков. Невзрачная, совсем не примечательная «зазнайка», как её называли сверстники, была им неинтересна. Но, как ни странно, Дайона, никогда, не комплексовала из-за этого. Её не беспокоило отсутствие внимания со стороны парней, наоборот, девушка трудилась не покладая рук, чтобы заслужить одобрение своего отца. И, вот, спустя время, Дайона обрела всё, о чём мечтала. Теперь, у неё был Андреас — лучший из мужчин.

— Знаешь, — заговорила она, удобно устроив голову на плече мужа. Они сидели на полу гостиной, медленно попивая шампанское и разговаривая обо всём на свете, — я раньше никогда не любила... — пальцы Дайоны, словно маленькие бабочки, пархали по его руке, заставляя кожу Андреаса покрываться крупными мурашками. — Мне казалось, что такая, как я, не сможет привлечь внимания мужчины...

Он не смог сдержать смеха, услышав подобную глупость. Поймав подбородок жены, заглянул ей в глаза, пытаясь понять, какие ещё мысли таятся в этой прекрасной головке.

— Кто внушил тебе подобную глупость, — спросил он, едва сдерживаясь, чтобы не запечатать её ротик страстным поцелуем. — Я никогда в жизни не встречал такой красивой, сильной и отважной девушки, как ты. Дайона, да ты словно богиня Афина, пришедшая ко мне с Олимпа! Единственное, о чём я жалею — это, что встретил тебя так поздно... Лишь единственный раз мне казалось, что я люблю, — признался он, в полной уверенности, что отныне между ними не должно быть никаких тайн и недосказанностей. Тайна, которую Андреас хранил в своём сердце, больше не была такой страшной. Он хотел, чтобы Дайона узнала обо всём, прежде чем их брак станет настоящим. — Её звали Агапия...

— Ты не обязан мне рассказывать это, — перебила его девушка, взглянув на мужа с такой любовью, что у него защемило сердце. — Если эти воспоминания причиняют тебе боль, пусть они останутся в твоём сердце. Я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня... Ты — взрослый, красивый мужчина. Это нормально, что, в отличие от меня, — она смущённо отвернулась, голос Дайоны дрогнул, — у тебя была любовь и были... отношения.

Андреас, старательно, пытался найти объяснение тому, почему его принцесса была так неуверенна в себе, но, никак, не мог найти достойного объяснения подобной скромности. Дайона достойна любви больше всех девушек, которых он знал, вместе взятых. Да её просто невозможно не любить! Ею нельзя не восхищаться!

— Взгляни на меня, милая, — прошептал мужчина. Она подняла на него свои прекрасные зелёные глаза, от одного вида которых его сердце делало кульбит. — Никогда больше не смей недооценивать себя! Твоя красота... она способна покорить любого. Свет, который ты излучаешь, он ослепляет. Словно яркий маяк, ты помогаешь потерянным странникам отыскать путь во тьме, — слёзы выкатились из глаз Дайоны, оставляя мокрые следы на её щеках. Андреас принялся стирать их подушечками больших пальцев. — И ты помогла мне разобраться в себе. Теперь, когда встретил тебя, — его губы «бегали» по лицу девушки, орошая её лёгкими поцелуями, — могу с уверенность заявить, что всю свою жизнь я ждал только тебя! Дайона, я никогда не любил Агапи. Это было лишь тайное восхищение её красотой и ничего больше. Мне приходилось, ошибочно, называть эти чувства любовью, потому что я знал, она никогда не будет моей. Но сейчас... — их руки соединились, пальцы сплелись, — я готов поклясться, чем угодно, что моё сердце всегда будет принадлежать лишь тебе одной. В нём записано только одно имя — Дайона!

— Как же долго я ждала тебя, мой Андреас, — призналась она, сквозь всхлипывания. Всё вокруг исчезло, стоило ей услышать эти прекрасные и, такие желанные, слова. Девушка больше не нуждалась ни в каких доказательствах. Она знала, что её мудрый отец снова был прав. Он выбрал для своей дочери достойного мужчину, которого она будет любить до конца своих дней.

Ловко подхватив жену на руки, Андреас понёс её вверх по лестнице, в спальню, где они доказали силу своих чувств и позволили страсти унести их в мир наслаждений...

— Ты была в этом платье той ночью, в Нафплионе, — задумчиво протянул Ставрос, не в силах оторвать от неё восхищённого взгляда. Они сидели на крыше, а внизу, на многие мили вперёд, простирался самый прекрасный город на земле. Афины утопали в огнях многочисленных фонарей, напоминая зеркальное отражение звёздного неба. Мужчина, не отрывая глаз, смотрел на жену, которая преобразилась до неузнаваемости. Беременность сделала Диану еще более прекрасной и желанной для него. Ставрос отметил, что её животик уже стал виден.