Анастасия Князева – Пари на любовь (страница 40)
Ирину Адаму Диана узнала сразу же. Эта девушка была там, на яхте, когда они со Ставросом поженились. Он, тогда, представил ее как свою близкую подругу...
— Вижу, мне нет смысла представляться, — снисходительно улыбнулась она, заметив неуверенность на лице своей соперницы. И на это ее променял SK?! Да она же просто ничтожество на фоне Ирины! Нужно быть настоящим идиотом, чтобы позариться на корову, вроде нее.
— Что... что тебе нужно? — голос Дианы предательски дрогнул, продемонстрировав Адаму неуверенность. — Зачем ты пришла сюда?
«Хорошая девочка, — улыбнулась про себя Ирина. — Не нужно притворяться твой подругой и делать вид, что хочу помочь...»
— А ты как думаешь? — пропела та, присаживаясь рядом с Дианой. Ее, откровенно, забавляла вся эта ситуация. Ирина решила, что не оставит эту малышку в покое, пока хорошенько не наиграется. Словно хитрая кошка, она своими манипуляциями доведет глупого мышонка до изнеможения, прежде чем вонзить ей в сердце свои острые коготки...
— Не имею представления, — отозвалась Диана, чувствуя себя крайне неуютно рядом с этой женщиной. Она не собиралась выдавать свои предположения по поводу этой встречи и связывать ее со странным поведением и холодностью Ставроса. Если то, о чем думала Диана, окажется правдой, девушка не знала, как вынесет этого.
— А где твой муж? Почему он оставил тебя одну? — прикинулась наивной Ирина. Она наслаждалось видом отрешенной и потерянной соперницы. Ее план сработал. Ставрос убежал от жены, стоило ему только увидеть призрака из прошлого...
Диана молчала. Она бы не смогла ответить на этот вопрос, даже если бы хотела этого. Ее страхи, которые, словно яд, разъедали девушку изнутри, усиливались с каждой секундой, и она не могла ничего с этим поделать.
— Наверное, тебе это известно лучше, чем мне, — предположила Диана, встретившись глазами с той, что собиралась уничтожить ее жизнь. Сомнений в этом у нее не было. — Иначе, ты бы не пришла сюда и не говорила бы с такой уверенностью...
Глаза Ирины засияли торжеством. Зерно сомнений, брошенное ею в душу Дианы, дало всходы. Сейчас, осталось лишь грамотно все обработать.
— Ты говоришь так, будто я — твой враг, — начала Ирина, старательно подбирая нужные слова. — Это не так. Я лишь желаю тебе добра и не хочу, чтобы ты пережила то же самое, через что пришлось пройти мне...
— Ты о чем? — удивилась Диана.
— Тебе, ведь, известна история про Агапию? Про прекрасную и неповторимую Агапи, — вопросом на вопрос ответила Адаму. — История первой и единственной любви Ставроса.
Слово «единственной» больно резануло сердце девушки, вызвав непрошеные мысли о том, что муж так и не признался ей в своих чувствах. Каким бы нежным и заботливым он ни был, Ставрос ни разу не говорил о любви. В памяти всплыл старый семейный спор, невольным свидетелем которого она стала в первые недели своего брака. Тогда, Афина говорила, что его любовь к Агапи не имеет больше смысла, что он должен обратить внимание на свою жену...
«Он всегда говорил, что я нужна ему, что не может жить без меня, — думала Диана, — но никогда не говорил, что любит... Даже в порыве страсти или минуты блаженства, когда возносил меня до небес... Ставрос не любит меня... Я всегда об этом догадывалась, но сегодня он заставил меня в этом утвердиться...»
— Какое это имеет отношение ко мне? У каждого человека есть прошлое и мой муж не исключение, — Диана постаралась подавить в себе все сомнения, по крайней мере, временно, пока не избавится от общества этой женщины. — Насколько мне помнится, вы тоже являетесь частью этого прошлого. Поэтому, не вижу смысла продолжать этот разговор, — девушка поднялась на ноги и уже собиралась уходить, когда злобный голос Ирины заставил ее замереть на месте.
— Прошлое бывает безобидным только до тех пор, пока не становится частью настоящего, — задумчиво, протянула та, вставая, чтобы поравняться с Дианой. — Я стала прошлым для него и останусь там навсегда, но не хочу, чтобы тоже самое произошло и с тобой, — Ирина взяла девушку за руки и заставила заглянуть себе в глаза. — Идем со мной, мне нужно показать тебе кое-что...
Глава 32
Ставрос никак не мог справиться с волнением, охватившим его. Мужчине казалось, что еще немного и сердце выпрыгнет из груди. Ему с трудом удалось дождаться конца церемонии, которая длилась, целую вечность, чтобы удостовериться во всем.
«Мне, должно быть, показалось, — размышлял он, провожая Диану к столу, где им были отведены места, рядом с некоторыми родственниками Андреаса. — Это не может быть правдой! Я лишь хочу в этом убедиться...»
Оставив жену там, мужчина бросился в сад, туда, где видел ее в последний раз. Ноги, несмотря на все его волнение, шли очень быстрым и уверенным шагом. Он пытался не думать, сейчас, ни о чем, но чувство вины перед Дианой за свою несдержанность не отпускало. Мужчина знал, что поступил неправильно. Понимал, что не имел никакого права так грубо с ней обходиться, особенно после того потрясения, которое Диана испытала после встречи с Костасом, но не мог так легко отказаться от мысли о том, что в толпе гостей видел лицо Агапи...
«Диана простит меня, — уговаривал он самого себя, преодолевая метр за метром и не обращая внимания на людей вокруг. — Она поймет, когда я во всем разберусь и расскажу ей все... Диана любит меня... Она не может не понять...»
Оказавшись среди деревьев, украшенных электрическими гирляндами, чей свет мягко освещал все вокруг, Ставрос замер в нерешительности. А что, если ему это показалось? Вдруг, это было видение, вызванное тоской по ней? Такое ведь возможно?
«Мне не следовало бросать там Диану, ради своей прихоти», — пронеслось, вдруг, в его голове. Осознание всего ужаса произошедшего накрыло его тяжелой волной, способной раздавать последние останки его самообладания. Перед глазами возник образ Дианы, он, словно воочию, увидел перед собой ее прекрасные карие глаза, полные слез и обиды на него...
— Черт, — выругался мужчина, запустив пальцы в густую шевелюру. Он развернулся, чтобы идти обратно, к жене, и, если потребуется, умолять ее о прощении, стоя перед ней на коленях, но не смог и сдвинуться с места. Ощущение нереальности происходящего вновь вернулось, принося с собой и воспоминания, надежно спрятанные под семью замками.
Перед ним стояла девушка, как две капли воды похожая на Агапи! Господи, если бы Ставрос сам не держал на руках ее бездыханное тело, подумал бы, что это она, настолько было велико внешнее сходство. Издалека, когда впервые увидел ее, он поддался эмоциям и потерял над собой контроль, но теперь пелена с глаз исчезла, оставив только разбереженные раны на сердце.
— Ставрос, — со странным придыханием, она произнесла его имя и начала приближаться к нему. — Я так соскучилась по тебе, — женщина говорила так, словно действительно была той, за кого себя выдавала. — После всего, что произошло между нами, мне было так трудно жить вдали от тебя, — она подошла к нему вплотную, позволяя понять, что является моложе, чем Агапи, когда ее не стало. Эта девушка намеренно притворялась его погибшей женой. Но зачем?!
Ставрос уже собирался озвучить свои вопросы и потребовать объяснений, когда она бросилась в его объятия и... поцеловала...
Диане потребовалась вся ее выдержка, чтобы не потерять сознание и упасть прямо тут, за высокой яблоней. Ладони Ирины, сжимавшие ей плечи, не позволяли девушке отвернуться и уйти. Она, будто специально, заставила девушку увидеть сцену встречи Ставроса со своей возлюбленной до конца и отпустила только, когда те начали целоваться.
В этот самый момент земля ушла у нее из-под ног, а душа разбилась на миллионы хрустальных осколков. Собрав все силы в кулак, Диана сбросила руки Адаму и ушла. Медленно, едва держась на ногах, она пробиралась сквозь густой тенистый сад к дорожке, где могла бы встретить кого-либо и попросить вызвать для нее такси.
Думать об увиденном Диана не могла и не хотела. Ей казалось, стоит только вспомнить об этом, как последние силы оставят её и она расклеится совсем. Главное, потерпеть до тех пор, пока рядом никого не окажется и никто не станет жалеть её или злорадствовать над ней. Единственное, в чем Диана нуждалась больше всего на свете — это покой и одиночество.
Ладонь девушки опустилась на живот, словно в попытке защитить своего малыша. Она гладила его, скорее ради того, чтобы успокоиться, потому что боялась сойти с ума. Так плохо ей не было даже, когда Диана узнала, что муж никогда не сможет её полюбить. Тогда, несмотря ни на что, у нее была надежда. Маленькая, хрупкая капля веры в то, что Ставрос увидит в ней ту самую, единственную. Полюбит, хоть немного...
— Все кончилось, — прошептала она, онемевшими губами, прислонившись спиной к массивному дубу. Диана подняла голову к вечернему небу, на котором уже загорелся алый закат. — Этот день закончился, как и моя любовь. Прошлое победило, — повторила она слова Ирины.
Именно в таком состоянии девушку и нашел Костас. Заметив ее побег десять минут назад, взволнованный мужчина обошел весь сад в поисках. Он не был свидетелем ссоры супругов, но подозревал нечто неладное. Выражение муки и глубокого одиночества на лице этой девушки причинило ему боль. Еще никогда он не ощущал чужие страдания так остро, как сейчас.