Анастасия Калько – Спецкор в ловушке тайн (страница 11)

- Геля нервничала, срывалась, мы стали ссориться, - продолжал Миша, - ее можно понять, ей больше всех доставалось... Но и с сыном я не хотел перегибать палку - так можно и сломать парня, и как он дальше жить будет? Геля требовала отдать его в интернат, ставила ультиматум: или Ваня, или она. Однажды сорвалась, накричала на Катю. Ваня тогда толкнул ее, она его ударила в ответ... Это стало последней точкой, вернувшись с работы, я узнал, что Ангелина ушла. М-м-м... ну, дальше вы знаете. И в общем, не так уж и плохо все сложилось, - без особого воодушевления заключил Михаил.

"Однако говоришь ты это с таким видом, как будто тебе, цитируя все того же Гершвина, кот на колени навалил!" - подумала Вероника.

- Мир тесен, - сказала она вслух, - только что я видела, как вы разговаривали с Риммой Чибисовой. Я знакома с ней по работе лет пять. У нас еще есть парочка общих друзей...

- У меня тоже, - хмыкнул Михаил, - я учился в школе с ее младшим братом. У них в семье детей было человек семь или восемь, Римма - старшая, и единственная девочка. Помогала матери с младшими, пока отец зарабатывал где мог, чтобы обеспечить семью, иногда даже на родительские собрания ходила, если мать, допустим, с заболевшими малышами сидела. Римма старше Петьки лет на семь, нам такой взрослой казалась! И держала себя по-взрослому, уже тогда - прирожденный лидер, но советы всегда давала толковые, стоит прислушаться. Петька на правах братишки отмахивался: "Не нависай!", а я понимал: она действительно лучше знает. Я, конечно, до ее уровня не дотянул, - признал Михаил, - но бизнес у меня стабильный, доход дает, репутация хорошая, строим коттеджи, без работы не сидим... А вы как и когда с ней познакомились?

- В Выборге, в двадцатом году.

- А-а, слышал: там летом двадцатого громкое дело было, вроде убили врача, который кого-то плохо от барановируса лечил, и Римку обвиняли в убийстве...

- Не обвиняли, а только подозревали.

- Вы об этом знаете?

- Я это дело распутывала в рамках служебного расследования. И убили врача вовсе не за то, что он упустил больного - там все гораздо сложнее было...

- Ясно, - кивнул Михаил.

*

После ужина Ника устроилась по-турецки на широченной кровати в своем номере и умостила на коленях лэптоп, вбив в поисковик запрос о Каре Прентис, как величала себя в блогосфере Карина.

Блог Прентис заставил Нику поморщиться от обилия злой иронии, сарказма и колкостей, которые девушка в изобилии рассыпала во всех публикациях и обрушивала на неугодных. Те же, кто потрафил красотке с алой прядью или (вероятно) заплатил ей за пиар, удостаивались такой порции сиропа, что скулы слипались. Доставалось от Кары всем - магазинам, салонам красоты, досуговым центрам, точкам общепита, пляжам, гостиницам...

Высказывалась девица и насчет "бабок с петрушкой у метро", якобы оскорбляющих ее эстетические чувства. Она от души веселилась, живописуя, как "делала сигнальчик куда надо и, когда появлялись славные мальчики в форме, бабуськи сайгаками драпали со своими табуретиками и ящиками, ибо нефиг!". "Тьфу, с...а! - не выдержала Ника, - чтоб тебе самой в старости на табуретке складной у метро петрушкой торговать, и пусть тебя вот так же какая-нибудь фря полицией травит!"

Она отложила лэптоп и вышла из корпуса, захватив сигареты. "Да, хоть садись в столовой за другой стол... Карина теперь передо мной лебезит, узнав, что я - жена Морского, а мне теперь ее общество неприятно. Боюсь, что однажды нахлобучу на нее тарелку..."

Представив, как по надменной физиономии Прентис-Собакиной стекает суп или на волосах оседает салат, а на ушах висят спагетти, Ника чуть не прыснула вслух. "А заодно продемонстрирую женскую солидарность с Катей, от имени всех замужних женщин, у которых мужья заглядываются на таких щучек в приспущенных джинсиках!"

Вернувшись, Ника залезла в закрытую для стороннего пользователя базу работников СМИ, где можно было найти много информации, по разным причинам не попадающей в открытый доступ. "Римма была слишком взвинчена после стычки с Кариной. Если бы дело было только в том, что та занегативила один из ее магазинов, для Чибисовой это штатная ситуация, не из-за чего переживать. И принимать так близко к сердцу заскоки налево школьного друга младшего брата - тоже. Римма - деловая женщина, руководитель большого бизнеса, человек с закаленными нервами и безупречной выдержкой, а не хлопотливая квочка, которая готова кудахтать по любому поводу, и голосить, как деревенские тетушки из фильмов вроде "Любовь и голуби", она не станет. Но она не на шутку обозлилась, встретив в Старой Руссе Прентис-Собакину, и это неспроста. Чует моя чуйка, снова цитирую Наума..."

Итак, Кара Прентис, блогер, инфлюенсер, коуч... "Да уж, профессии - не смеши мои коленки. Если она не делает запасов на будущее, то перспектива в старости тоже ходить с раскладной табуреткой к метро и предлагать петрушку для нее вполне реальна!".

"В миру" Прентис звалась Кариной Владиленовной Собакиной. 28 лет, место рождения - Орехово-Зуево, на самой окраине Подмосковья... "Да, прямо как в песне: девушка Прасковья из Подмосковья за занавескою..."

В семнадцать лет Карина Владиленовна приехала в Москву, благополучно провалила вступительные экзамены сначала в МГИМО, потом - в МГУ ("Ого, куда замахнулась! Да не пустили..."), прошла курсы парикмахеров и несколько лет прилежно делала женщинам стрижки в небольшом салончике в Медведково и заочно обучалась в менее престижном вузе на факультете "Семейная психология" и прошла несколько онлайн-курсов рекламы и пиара. Устроившись со свежеиспеченным дипломом на частную практику, девушка без труда влилась в столичную тусовку, завела блог, обросла знакомствами с полезными людьми. Возможно, она лелеяла мечты о браке с одним из перспективных кавалеров, но мужчины, охотно проводящие время с бойкой красавицей, не спешили делать ей предложение. "Понятно, - подумала Ника, - сейчас вращаться в свете может каждый, кто смог пробиться, но жениться успешные люди предпочитают на ровне, новая аристократия формируется. Девушка со стороны дальше содержанки не продвинется..."

Собакина не растерялась. Она стала активно раскручивать свой блог, нарабатывая рейтинг и повышая монетизацию, и занялась изобличением "непорядков" в сфере обслуживания. Она обожала находить и обнародовать погрешности в разнообразных заведениях и освещать их: узкие проходы, не слишком чистая скатерть, недостаточно вежливый персонал, закончившиеся бахилы... И непременно публиковала результаты, когда инстанции, охраняющие права потребителей, на законодательном уровне реагировали на ее сигналы, и чем это заканчивалось для хозяев "попавших под раздачу" заведений. Непременно в блоге Прентис появлялись записи: "Ура! Справедливость восстановлена! Шила в мешке не утаишь. Если работаешь с людьми, работай как надо, а не сачкуй: люди хотят за свои деньги получать качественное обслуживание, а не "на, от...сь!". Не гнушалась Карина и сообщать о несанкционированной торговле, снимая стихийные базарчики и давясь хохотом, когда приезжали люди в форме и разгоняли торговцев.

Листая досье Собакиной, Ника наткнулась на фотографию Карины под руку с парнем лет двадцати в зале ночного клуба. Парень был кинематографическим красавцем - светловолосый, голубоглазый, загорелый, белозубо улыбающийся, одетый с той непринужденностью, которая сразу выдает премиум-стиль. Его с виду простые джинсы, футболка и косуха стоили как две чьих-то годовых зарплаты.

Ника его сразу узнала. Его фотографию носила в бумажнике Римма. "Сын. Егор, - сухо сказала она, когда Ника однажды скосила взгляд на снимок. - Напоминание о моей оплошности. Я так увлеклась собиранием сливок в своей фирме в ТУ весну, что забыла: у меня не только бизнес, но и семья, за которую я отвечаю в первую очередь..."

Егор Чибисов и Кара Прентис. Просто выгодная интрижка бойкой блогерши или очередная попытка заарканить богатого жениха? Сын Риммы Чибисовой идеально подходил Карине в мужья. Богат, не особенно сообразителен, в отношениях - скорее ведомый, чем ведущий. Римма сама признавала эти качества в своем сыне, говоря об этом сухо и отрывисто, с сухими глазами. "Это моя вина. Не смогла правильно воспитать. Разбаловала, упустила..."

Под фото стояла подпись: "Апрель 2020 года. Москва".

"Однако... Значит, когда подавляющая часть населения "оставаласьдома" и читала скабрезные анекдоты о самоизоляции и давилась кускусом, кто-то развлекался в клубах. Да, я слышала: у нас тоже кое-кто работал подпольно. Значит, это с Кариной Егор веселился в карантинную весну?" - подумала журналистка.

*

Младший сын Чибисовой Егор, на редкость бесшабашный парень, игнорируя все предостережения, продолжал свою тусовочную активность даже весной 2020-го, когда Москву захлестнула пандемия, число заболевших новым вирусом ежедневно исчислялось сотнями и даже тысячами, но Егор и его товарищи смеялись над всеми предупреждениями: "Там, где мы тусим, с улицы никого не впустят! Вот пусть плебс и тухнет по домам и пукает на диванах, а мы не собираемся, дураков нет!". Кому-то подобная вольность сошла с рук, а младший Чибисов жестоко поплатился. Его образ жизни не способствовал укреплению иммунитета, злоупотребление всевозможными атрибутами "взрослой жизни", как ее понимал молодой человек, расшатали его здоровье, и его организм не смог сопротивляться инфекции...