Анастасия (Кагомэ) – Очевидное маловероятно (страница 28)
— Ну разумеется, я, Ваше Величество, — ехидно ответил бывший верховный демон. — Скажем так, это моя месть Вашей сказочной семейке… Началось все с внуков старого рыцаря. Жаль, мне не удалось завладеть его чистой душой…
Эдвард услышал осторожные шаги за спиной и быстро приложил палец к губам. Юная дочь демона тихой мышкой замерла рядом. А разговор продолжался и приобретал все больше эмоциональных красок.
— А потом пошло-поехало… — продолжал Велиар. — Желаете что-то спросить?
— Как Вам удалось сделать подобное в мире, где верят лишь в силу разума и науки?
— О, проще простого, господин телохранитель. В любом обществе (а особенно в сверхблагополучном) найдутся люди верящие в магию, астрологию, карты-таро. Сам женат на подобной (странноватой, но во всех отношениях милой) женщине. В Интернете найдется множество тематических форумов. Так что, помимо бизнес-встреч, я стал проводить разные мистические сходки. И вскоре научил последователей играться с пространством и временем. А потом основал секту в Самшитовых Горах. Силы мои не те, что прежде, конечно, но манипулировать сознанием я умею мастерски.
— Охотно верим, — кивнул Дэйвон. — Но Вы же (ГАД по призванию) не смогли вовремя остановиться и захотели… вернуться в наш мир. Я прав?
— В яблочко, Зарэйн! Какой же ты сообразительный. Эту бы энергию, да в злых целях… Старея, я стал чуточку сентиментальным.
— Однако Вас здесь что-то держит?
— Жена и дочь. Как семьянин семьянину, хочу сказать…
— Бросьте ломать комедию! — не выдержали боевые товарищи. — У Вас НЕТ сердца, хладнокровный убийца…
— Ваше право, господа, считать меня кем угодно, — зло расхохотался демон-бизнесмен. — Согласен: добрые не могут быть всемогущими, а значит, и всемогущие — добрыми. Тот, кто утверждает обратное, живет в плену иллюзий…
— Сам удивляюсь, что говорю подобное, но мы можем вернуть Вас в Лоридем, — с трудом сдерживая гнев, перебил словоохотливого демона Дэйвон.
— С чего бы это?
Не отвечая, бывший наследник Мальдорора и его верный телохранитель мгновенно соединили руки, опутывая собеседника энергитической сетью (секретным оружием от Гроги).
— И кто из нас ГАД после этого? — зашипел Велиар, надежно связанный как куколка бабочки.
В руках Дэйвона-Зарэйна возник магический посох в виде дубинки. Давний враг Лоридема поморщился, отлично зная, на что способна эта "игрушка". Тело его стало странно извиваться. С стороны казалось, что вот-вот порядочного джентельмена скрючат судороги… Секундой позже Сомерсби едва увернулся от весьма тяжелого томика Пушкина:
— Не смейте мучить моего отца!
— Опаньки!.. Юная леди, Вы, наверняка, слышали, что Ваш отец — демон из другого мира… — удивленно обернулся Дэйвон.
— Может, для вас он и кровожадный монстр, но для меня — родной человек, от которого я видела ТОЛЬКО хорошее… Руки прочь!
— Так их, милая! Разозлись хорошенько…
Гостиная стала медленно погружаться во мрак. Сначала погас свет, потом по периметру зала возник черный туман.
— Теперь, чтобы здесь ни случилось, нас никто не услышит… — торжествовал главный враг Страны Счастья. — Умница, дочка!
— Ой, мамочки! Это не я… не я… — вдруг испугалась начинающая демоница, пятясь назад и оказываясь в руках Эдварда.
— Велиар-Вольдемар фон Гротт, — раздался в тишине решительный голос наследника Лоридема, — мы не знакомы, но я посоветовал бы не делать глупостей и хорошенько подумать над предложением отца. Вы должны вернуться с нами…
Луиза попыталась выскользнуть из умелого захвата принца Страны Счастья, но безрезультатно.
— Так ты и сыночка сюда притащил? Опять глупая Санта-Барбара… Господин же слишком благороден и справедлив, чтобы причинить вред невиновному человеку, слабой девушке. Или я ошибаюсь?
— Прости, Луиза. Я потом все объясню. Помоги… — прошептал Эдвард, делая удушающий прием.
— Пап… пап… Он, и правда, меня душит… Больно!
Дэйвон и Сомерсби пораженно смотрели на Эдварда, но не вмешивались, понимая, что ситуация чрезвычайная…
— Отец… Тебе меня… совсем не жаль… — два зеленых озера слез могли бы и камень разжалобить.
— Малышка, — холодно откликнулся то ли бывший, то ли действующий верховный демон. — В тебе течет кровь слуги Люцифера. Рано или поздно ты станешь служить Злу столь же рьяно. Он любит хорошеньких девиц… Пусть уж сей "благородный" молодой человек закончит твою жизнь быстро и безболезненно. Да-да, надави еще немного. У нее уже синеют губки… Такие сладкие, нежные… Ты же хочешь подкатить к моей девочке свой "интерес"?
— Нет, каков ГАД, а?! Я сейчас самолично его заткну! — не выдержал Дэйвон. — Где тут что-нибудь тяжелое? Ведь посохом и убить можно…
— Позвольте МНЕ это сделать, товарищи мужчины, — вид Маргарет Лэндок был столь же грозен, сколь и прекрасен, когда она неторопливо появилась в гостиной. — Велиар-Вольдемар фон Гротт! Да как ты смеешь, черт тебя побери, рисковать жизнью нашей единственной дочери!! Быстро отпустил всех! И мне плевать, кому ты там служишь!! Я атеистка, но могу наподдать нехуже древнего Зверобога…
— Ой, дорогая, — мгновенно сник Велиар. — Все-все, гости уже уходят… Ну что ты сердишься?
Эдвард смог, наконец, отпустить захват, поднимая бесчувственную девушку на руки (его колотил нервный озноб):
— Благодарю Вас, миссис…
— Позаботьтесь о моей малышке.
Дэйвон и Сомерсби поклонились, а последний сказал:
— Мы отпустим Вашего мужа, когда сядем в аэротакси.
— Я бы оставила его в таком состоянии до утра, — улыбнулась женщина. — Нам все равно предстоит ДОЛГИЙ разговор…
— Как скажете, мадам. Еще раз спасибо за помощь.
Когда все четверо были уже в скоростном лифте, король-консорт Страны Счастья, наконец, решился сказать:
— Ну, сын, ты и зверь. Ходил по лезвию ножа. Я горжусь тобой, парень! Хоть и испугался немного, представляешь?
— Пап, я тоже… — тихо ответил Эдвард. — Понимаешь: я, И ПРАВДА, мог ее убить…
На следующее утро Дэйвон и Сомерсби проснулись довольно рано. Эдвард сидел в гостиной их номера, задумчиво глядя в одну точку.
— Как прошла ночь, сынок? — поинтересовался бывший наследник Мальдорора, присаживаясь рядом.
— Луиза пришла в себя часа в три ночи, попросила воды. Я дал ей мамину мазь от ран. Прикасаясь к моей руке, она вздрогнула и отвернулась… Потом плакала несколько часов. Разумеется, я тоже не спал. А полчаса назад, она ушла на работу…
— Ты отпустил ее?
— Сейчас я не имею право ее удерживать. Луиза обещала вернуться вечером. Она держит слово. Не в отца характером…
— Привычный мир бедняжки рухнул в столь юном возрасте… — вздохнул Сомерсби. — Как жаль. Она же чуть старше Бэкки… Луиза — добрая и умная девушка с храбрым сердцем. Уверен: она простит нас, когда расскажем ей все без утайки…
— Ладно, давайте поговорим о чем-нибудь другом, — видя мрачное лицо сына, предложил Дэйвон. — Что там с последним гвардейцем? Когда он явится?
— Обещал завтра утром. Говорит, ему нужно завершить все дела.
— Ну хоть за одним подданным не пришлось бегать, — улыбнулся король-консорт Лоридема. — Лично награжу его золотом… Что ж, давайте завтракать: я очень голоден.
— Начинайте без меня…
— Похоже, не только у девчонки случился переломный момент. Может, оно и к лучшему. Так они быстрее поймут друг друга… — прошептал бывший демон верному другу, садясь за стол. — До чего же здесь удобная мебель! В Лоридеме, наверняка, смогут сделать нечто подобное… А здешние булочки ничуть не уступают нашим.
Эдвард весь день провел как на иголках: читал не понимая строк, трижды гулял по Москве Вечнозеленой, даже зачем-то поучаствовал в бесплатном детском мастер-классе по изготовлению Браслетов Удачи. Бойкие девочки по соседству помогали ему выбирать цветовую гамму ниток и украшения. В итоге, получилось пять штук: для матери, сестер, Жюли и… Луизы. Как-то незаметно, эта рыженькая зеленоглазая девушка-демоница стала неотъемлемой частью его мыслей.
Когда наследник Лоридема, наконец, вернулся в номер отеля, уже окончательно стемнело. Дэйвон и Сомерсби играли в голографические шахматы, а… Луиза шептала другу отца:
— Товарищ Сомерсби, лошадью ходи. Лошадью. Иначе ферзя подставишь…
— Спасибо за подсказку, госпожа… А вот кому-то шах!
— Ой-ой, напугали, заговорщики!
— Завидуй молча, командир. Я всегда пользовался БОЛЬШИМ успехом у прекрасных дам.
— А Эрика об этом знает?
— Ты вернулась! — возглас получился, пожалуй, слишком радостным.
Луиза обернулась (тоже, пожалуй, слишком поспешно):
— Конечно, я же обещала…