Анастасия Иванова – Случайная жена миллиардера. Брак на полгода (страница 2)

В его интонации звучит явная угроза. Персоналу и настоящей девушке. И если персонал её улавливает, то девушка пропускает мимо ушей:

– Милый, что ты такое говоришь?! Это шутка какая-то, да? Розыгрыш? – она начинает вертеть головой. – Где камера?

– Девушка, пройдёмте, – к ней подходят двое охранников и рукой указывают в сторону выхода.

Она не верит, смотрит на Кирилла, но когда понимает, что он не передумает, начинает противно визжать оскорблениями:

– Гад! Сволочь! Да я ради тебя каждый день в шесть утра вставала, чтобы бегать с тобой! Знаешь, чего мне это стоило?! Особенно когда всю ночь в клубе проводишь! А ты этого не ценил!

В какой-то момент мне кажется, что она вот-вот с кулаками бросится на Кирилла. Видимо, не одной мне, так как крепкие мужчины делают шаг вперёд, перехватывают девушку и уволакивают к выходу.

Совесть противно пищит, что я только что разрушила отношения. Мозг с ней не соглашается: было бы там всё серьёзно, Кирилл не стал бы подыгрывать мне.

Плюхаюсь обратно на стул, обмахиваю лицо руками.

– Кошмар! Бедная девушка! Это же какой стресс в жизни должен произойти, чтобы вот так на мужчин кидаться.

– Да, да, и главное – столько веры в собственные слова, – соглашается со мной женщина напротив. – Вы, Кирилл, и правда с ней не были знакомы?

– Впервые увидел, – цедит сквозь зубы мой “жених”.

У-ух, кажется, обошлось.

Первыми уходит пара, которая сидела напротив нас, за ними Элен и её муж Матвей Филиппович. Остаётся только один мужчина, самый молчаливый, но с цепким взглядом. Иногда мне казалось, что он может видеть насквозь и знает, что мы с Кириллом лжём.

– И как давно тебя на малолеток потянуло, сын?

Апельсиновый сок встаёт поперёк горла. Я громко закашливаюсь.

Сын?

Он назвал Кирилла сыном? Вот этот мужчина?

Не то чтобы у моего “жениха” не могло быть отца, но, во-первых, этот мужчина как-то молодо выглядит для отца Кирилла. Во-вторых, я не планировала знакомства с родителями! Думала, просто выручу человека, а он в благодарность оплатит счёт. А сейчас что получается?

Отец моего “жениха”, прищурив взгляд, впивается в нас, задумчиво произносит:

– Или, может, это всё просто спектакль ради выгодного контракта?

Неожиданно мне на плечи опускается горячая ладонь, приобнимает, прижимает ближе к мужскому телу.

– Тебе, пап, стоит вежливее разговаривать с моей невестой, всё-таки скоро породнитесь.

От этих слов нестерпимо захотелось перекреститься, я даже руку поднимаю, но вовремя себя стопорю. Накрываю своей ладонью мужскую. Чуть сжимаю. Ну чем не идеальная пара?

– А та девушка?

Тяжело вздохнув, делаю прискорбное лицо.

– Бывшая. – отвечает мой “жених”.

И всё? А где подробности? Нас же сейчас засыпят вопросами, и потонет наш корабль.

– Мне пришлось сказать, что она незнакомка, – стараюсь говорить проникновенно, будто доверяю самый большой секрет, – бедняжка всё никак не смирится с тем, что Кир оставил её ради меня. Преследует по пятам. Но это проблемы наши, семейные, и их точно ни к чему показывать партнёрам. Надеюсь, вы меня понимаете? Я действовала исключительно в интересах семьи.

Отец Кирилла ещё немного нас изучает, встаёт, медленно поправляет манжеты пиджака, застёгивает. Я всё время стараюсь держать лицо, мило улыбаться, казаться влюблённой дурочкой. Хотя дурочка и есть. Это же надо было так влипнуть!

– Кир, если я узнаю, что ты решил меня и моих партнёров водить за нос, то я так просто это не оставлю, – мужчина даже не пытается скрыть угрозу в голосе.

Мы с Кириллом вместе провожаем мужчину взглядом. Смотрим в панорамное окно, как водитель открывает ему дверь автомобиля, отец Кира садится на заднее сиденье, дверь за ним закрывают, и они уезжают.

Только тогда мы с Кириллом как по команде отлипаем друг от друга. Оборачиваюсь к нему лицом и невольно начинаю разглядывать.

Красивый он мужчина, надо признать. Совершенные черты лица: волевой подбородок, прямой нос, голубые глаза. Это вообще законно, что у брюнета такие голубые глаза? А ещё губы с чётким контуром выглядят достаточно соблазнительно. Пока не начинают кривиться в самодовольной усмешке.

“Лилия, прекращай пялиться на мужика!” – мысленно пинаю себя, и это помогает прийти в чувство. Отрезвляет. Всё очарование внешностью “жениха” спадает. Протягиваю мужчине руку:

– Лилия, – представляюсь, когда он её ловит. – Слушай, Кирилл, в общем, я тебя выручила, спасла твой многомиллиардный контракт. Я бы сказала, что благодарности не надо, но надо!

Встаю со стула, одёргиваю раздражающее платье, тут же тяну его на груди обратно вверх, ну что за вредная тряпка? Чтобы я ещё раз подалась на уговоры Майи и оделась “соблазнительно” – ни за что!

Достаю из сумочки кожаную папочку ресторана с чеком внутри:

– В качестве благодарности, так и быть, разрешаю расплатиться вместо меня.

Всё. Теперь счёт – не моя проблема. Осталось дело за малым: слинять из ресторана.

Я успеваю сделать пару шагов, когда в спину прилетает холодное, тихое: “стоять”. Самое ужасное: я останавливаюсь на чистых инстинктах. Разумом понимаю, что нужно бежать. Как можно быстрее. Как можно дальше. Но инстинкт самосохранения диктует свои правила: замереть и надеяться, что хищник потеряет к тебе всякий интерес.

Хищник нагоняет. Останавливается рядом, недопустимо близко, не оставляя комфортного расстояния между нами.

– Лилия, значит.

Кирилл неспешно рассматривает меня с головы до ног и обратно. Изучает, как товар в магазине. Даже берёт за плечи и чуть поворачивает. Сначала в одну сторону, потом в другую.

– Тебе хоть восемнадцать лет есть, Лилия?

Не понимаю, к чему этот вопрос, но на автомате киваю.

– Паспорт покажи, а то я недавно успел убедиться: врать ты умеешь.

Вспыхиваю от возмущения! Я, значит, его спасаю, а он меня лгуньей обзывает?! Где справедливость? Где благодарность?

Распахиваю сумочку, с гордостью достаю паспорт в ярко-жёлтой обложке с надписью “жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на плохое настроение” и протягиваю мужчине. Кирилл пробегает взглядом по цитате Раневской, надменно усмехается. Открывает паспорт, листает от корки до корки, как будто интересный журнал, а потом закрывает и прячет во внутренний карман своего пиджака.

– Ну что, Лилия Адамовна, поехали готовиться к свадьбе.

Глава 3

– Какая свадьба? Мне нельзя! Я ещё не гуленая, карьера не построенная. Так что паспорт отдайте и распрощаемся.

– Ты на машине?

Только сейчас задумываюсь, как мне обратно до Майи добираться? У неё осталась моя одежда. Да и мне надо подруге платье вернуть. Домой в нём возвращаться нельзя. Лариса и Вика мозг десертной ложечкой съедят и мне, и папе. Мы и так с папой в последнее время не ладим, окончательно ругаться не хочется.

Осматриваюсь вокруг и замечаю знакомую букву “М”. Супер! Дёшево и сердито. Недалеко от жилого комплекса Майи тоже есть метро, так что не придётся с автобуса на автобус прыгать, чтобы доехать до подруги.

– Я на метро! – говорю с гордостью, будто метро ничем не хуже “майбаха”.

Кирилл смотрит на тряпку, называющиеся платьем. На мои голые ноги. Потом на грудь, которая в любой момент готова высвободиться наружу.

– Уверена, что в ЭТОМ безопасно спускаться вечером в метро? Поехали, подвезу, заодно всё обсудим.

Правильным было бы отказаться, но около входа в метро тормозит компашка парней. Громко гогочут, свистят мимо проходящим девушкам, а потом и вовсе звон битого стекла раздаётся на всю улицу.

Как ехать на автобусах до Майи, я не знаю. Да и в любом случае придётся сделать не меньше пяти пересадок. Я приеду только к ночи. Денег на такси если и наскребу, то отдам последние.

– Не боись, не съем тебя. Я детей не обижаю, – заверяет Кирилл.

Эх! Гулять так гулять.

Дурить так на всю катушку!

– Хорошо, но я ваш номер подруге скину, у неё папа в полиции служит? – зачем-то вру.

Кирилл подыгрывает.

– Надеюсь, полковником, – подмигивает мне, – нам сюда.