Анастасия Иванова – Приключения Уэнсдей в России (страница 22)
Ноздри Уэнсдей дрогнули. Карина мысленно сжалась.
– По-твоему, у нас провинциальный вид? – ледяным тоном уточнила Аддамс.
– Да нет… – протянула Ульяна без особой искренности. – В Петербурге кто как хочет, так и одевается.
– Заметно. – Уэнсдей смерила взглядом лоскутное платье.
Ульяна медленно и без малейшей тени дружелюбия улыбнулась, с ответной насмешкой вперившись в Уэнсдей:
– Да, у нас многие косплеят. Горожане вежливые, пальцем тыкать не станут. Если кто желает прикидываться пай-девочкой из частного пансиона – на здоровье.
– Но мы не прикидываемся, мы и прав…
Карина опять получила пинок под столом и жалобно покосилась на подругу, а Ульяна тем временем продолжила, повернув голову почему-то к Марку:
– Я вот люблю, когда форма соответствует содержанию.
Марк Мрак пару раз мигнул и неуверенно опустил взгляд себе на грудь. Черная рубашка, заправленная в черные брюки. На голове – он, понятное дело, не видел, но помнил – отросшая шевелюра черных же волос, вечно слегка растрепанная. Ботинки, ясное дело, черные. Ну и носки. И, э-э, другое белье. И ремешок часов, конечно же, ну и циферблат. О чем она, вообще?
Карине было бы любопытно узнать, какому содержанию соответствует Ульянин наряд, но она чувствовала, что еще секунда – и Уэнсдей взорвется. Требовалось срочно что-то предпринять.
О’Келли только успела наклониться через стол и просиять широкой улыбкой, как –
У Ульяны дернулся краешек губ. Но уже через мгновение она снова улыбнулась и уперлась локтем в стол.
Уэнсдей поморщилась и сощурила один глаз, словно в него попала соринка.
Ульяна сделала короткое движение двумя пальцами, будто отмахивалась от чего-то крохотного и незначительного.
Уэнсдей вздрогнула и чуть привстала на стуле.
– Нам пригнуться? – тихонько спросила Карина.
Уэнсдей открыла было рот, но Ульяна подняла ладонь: мол, стоп, хватит. А потом и сама поднялась со стула:
– У меня еще дела. А вы наслаждайтесь городом. Учтите, кстати: кто не был в Эрмитаже, не был в Петербурге.
– В Эрмитаже? – переспросил М2. – Это же музей?
– Не просто. Коллекция Эрмитажа бесценна. И огромна. Если решите осмотреть каждый предмет оттуда, вам понадобится десять лет без перерывов на еду и сон. – Ульяна помедлила, задумчиво рассматривая Марка, и Карине почудилось, что косички у нее на голове слегка пошевелились сами собой. – Я, кстати, работаю там экскурсоводом. Если хотите, покажу самое интересное. Завтра. Скажем, в полдень.
В таких случаях обычно все смотрели на Уэнсдей.
Но сейчас все пошло кувырком. Потому что М2, не отрываясь от Ульяны, точно птичка, зачарованная змеей, вдруг выпалил:
– Конечно! Хотим!
Карина вытаращила глаза и быстро покосилась на Аддамс, но Уэнсдей ничего не сказала. Даже тогда, когда М2 продиктовал Ульяне номер своего телефона. Даже тогда, когда Ульяна плавным движением подцепила с тарелки последнюю пышку и лениво откусила от нее. Даже тогда, когда развернулась и прошествовала прочь, к вешалке.
Только когда Ульяна, уже надев пальто, дошла до выхода из пышечной, Уэнсдей, похоже, вновь обрела дар речи:
– Самое интересное – это, по-твоему, что?
Ульяна притормозила и обернулась через плечо. Карине вспомнилась Медуза Горгона – из-за множества косичек, наверное.
– Мертвецы, конечно.
Медуза ухмыльнулась и скрылась за дверью.
Глава № 3
Экскурсия к мертвецам
Едва Ульяна их покинула, Карина попыталась как-то сгладить ситуацию:
– Странная девчонка какая-то, да?
– Необычная, – не то согласился, не то поправил М2, который продолжал глазеть на дверь кафе, хотя Ульяны уже и след простыл.
– Само собой, в эту ее гостиницу мы не пойдем.
– Само собой, пойдем, – отчеканила Уэнсдей.
– Зачем? – удивилась О’Келли. – В городе наверняка уйма других подходящих…
– Затем, что она захотела отправить нас туда. И теперь я хочу знать почему.
Карина поджала губы и тишком оглядела подругу. Уэнсдей была какой-то закаменевшей. Не знай Карина О’Келли лучше других, что Уэнсдей Аддамс никогда не проигрывает, она предположила бы…
– Скажи, пожалуйста, а вот сейчас… – осторожно начала Карина. – Это у вас с ней что было? Что-то типа дуэли? На проклятиях, да? То есть… Она тоже… Как бы владеет…
Уэнсдей резко встала, развернулась и направилась к вешалке. А оттуда, видимо, в «Сонечку». Карина тихонько вздохнула, глянула в поисках поддержки на Марка, но тот продолжал витать в облаках.
В итоге «Сонечка» оказалась довольно славным местом. Если бы не очевидно отвратительное настроение Уэнсдей и очевидная рассеянность М2, здесь было бы даже очень славно. Их встретила симпатичная женщина в худи с надписью: «Оккупируем Марс», тут же развела вокруг гостей добродушные хлопоты, сообщила, что на ужин сегодня кура и греча, и даже предложила выбрать номер. Лучше бы не предлагала, потому что выбор Уэнсдей незамедлительно пал на единственную комнату, окно которой выходило на глухую стену соседнего дома.
В коридоре их едва не сбили с ног. Пятеро ребят их же возраста сновали между тремя дверями, таская то туда, то сюда какую-то одежду, рюкзаки, блютус-колонку, огромные стаканы с попкорном и еще более огромные бутылки газировки.
– Добрый день, добрый день! – весело прокричали не то двое, не то трое из них – кажется, девушка и юноша. На длинноволосом парне были изумрудные шаровары в индийских огурцах, на худенькой девушке с короткими дредами – очень большая, просто гигантских размеров футболка с логотипом группы Imagine Dragons и больше, кажется, ничего. – Заезжаете? Надолго? Откуда вы? Мы здесь три дня, тут так классно, просто суперски, сейчас киношку хотим посмотреть, а завтра в оперу, если хотите, присоединяйтесь, хорошего вечера!
Однако ни жизнерадостность соседей, ни кура, ни греча не смогли пробить стену глухого молчания Уэнсдей и мечтательности Марка. Карине надоело. После ужина она сбежала в общую гостиную и там до самого отбоя листала путеводители и рассматривала буклеты. Весьма расширила горизонт – но тем не менее, когда на следующий день они вошли в здание музея, была поражена.
Запрокинув голову, Марк сделал оборот вокруг своей оси. Потом еще один. И еще.
– Ничего себе… – пробормотал он так тихо, что, скорее, просто подумал.
– О да, – тоном знатока отозвалась Карина, не опуская рук со смартфоном: она снимала видео. – В этом комплексе целых пять соединенных друг с другом зданий. Мы сейчас в самом старом.
Петербургский Эрмитаж внушал почтение. Всем, кроме Уэнсдей. Та хмурилась, смотрела сквозь предметы и была непривычно неразговорчива – то есть еще неразговорчивее обыкновенного, а это уже запредельная неразговорчивость.
– Привет, – послышалось за спиной. – Ну, как вам город?
О’Келли увидела, как вздрогнул, выходя из транса, М2. Как Уэнсдей выпрямила спину, хотя прямее, казалось, уже некуда. Ульяна и сегодня была в своем клочковатом наряде, со свисающими с головы косичками и на фоне парадной прихожей царского дворца выглядела еще большей дикаркой. Особенно по сравнению с Уэнсдей, на чьем платье было не углядеть ни единой складочки, на воротнике – ни пятнышка, а в прическе – ни единого выбившегося волоска.
– Изумительно… – севшим голосом произнес Марк, и Карина с задержкой сообразила, что это ответ на вопрос про город. Наверное.
– Я рада. Тогда идемте.
Экскурсоводом Ульяна оказалась просто отличным. Ну… Не приятным, нет: говорила она короткими энергичными фразами, в которых нет-нет да проскальзывал холодок. Зато интересно. Она много чего знала, хорошо ориентировалась в музее – Карина, к примеру, уже после грандиозной мраморной лестницы и пары галерей с золотой лепниной перестала определять направление. Совершенно точно, если Ульяна сейчас отойдет за кофейком и исчезнет с концами, им будет отсюда не выбраться. Так и останутся в Эрмитаже до скончания времен.
Они миновали несколько экспозиций. Картины, скульптуры, какие-то костюмы, вазы, шкатулки – уже спустя час перед глазами у Карины все начало сливаться, а еще через час она вообще перестала понимать, на что смотрит. Но Марк брел за Ульяной как приклеенный, сама Ульяна была неутомима, а Уэнсдей решительно маршировала с ней бок о бок. И на лице у Аддамс была написана мрачная готовность наслаждаться искусством, если понадобится, еще хоть сутки, хоть трое.
Но Уэнсдей по-прежнему молчала.
Они все шли, шли, шли, а залы все не кончались. В этом дворце можно было, наверное, спрятать целую стаю безглазок. И пару космических кораблей. Наконец на входе в какой-то очередной зал Ульяна притормозила. Они уже несколько раз поднимались и спускались, но по прикидкам Карины сейчас находились на первом этаже. Где, в отличие от других экспозиций, почему-то почти не было посетителей.
– В этих залах выставлены находки из Пазырыкского кургана и соседних могильников, – проговорила Ульяна, и ее голос прозвучал как-то особенно гулко.
– Могильников?.. – переспросил М2.
– Захоронения в Горном Алтае, в самом центре России. Их обнаружили и вскрыли в середине прошлого века. В курганах нашли много утвари, одежды и предметов быта. – Ульяна на минуту примолкла. – А в пятом могильнике лежали мумии вождя и его жены, погребенных больше двух тысяч лет назад.