Анастасия Иванова – Приключения Уэнсдей в России (страница 11)

– Что с ним?! – бросилась к другу Карина.

М2 смотрел куда-то в сторону и молчал. Он был бледен, под глазами легли такие тени, будто Марк пропустил пару ударов боксерской перчаткой прямо в лицо.

– Когда и ты пропала, мы всех подняли на поиски. И минут двадцать назад обнаружили Марка на дальнем краю Мги, – объяснил Артём.

Уэнсдей сосредоточенно возилась в углу, отведенном под кухню.

– Может, все же вызвать вертолет? – мялся у входа Корнелий Иванович.

Видимо, этот вопрос он задавал уже не в первый раз. Марк едва заметно качнул головой: «Нет».

Уэнсдей прошла через комнату с кружкой в руке. Сунула ее Марку под нос:

– Пей!

М2 предпринял слабую попытку к сопротивлению: открыл рот, чтобы сказать «да не надо». Он успел сказать только «да», и Уэнсдей тут же влила в него свое зелье. Марк закашлялся, но щеки у него почти сразу чуть порозовели.

– Мы справимся сами, спасибо за помощь.

Мужчины ушли, а Уэнсдей посмотрела на Марка:

– Ничего не хочешь нам рассказать?

– Заблудился, упал, очнулся – а там вы.

И он с головой укрылся одеялом, не собираясь ничего больше объяснять.

Уэнсдей переглянулась с Антоном, задумчиво постучала пальцем по губам и повернулась к Карине. Та тут же пожалела, что у нее под рукой нет одеяла.

– Я не знаю, где была! – выпалила она под двумя испытующими взглядами.

– Что за бред?

– Это правда! Я пыталась переместиться к Марку, его не обнаружила, меня ветром чуть не сдуло, едва ноги унесла.

– Ну хоть скажи, что ты там видела, – попросил Антон.

– Снег.

– А еще?

– Еще снег.

– М-да… Это, конечно, прояснило ситуацию.

Уэнсдей пристально посмотрела на подругу:

– Ладно, в этот раз подобное объяснение сойдет. Но больше без меня не перемещайся!

– Да не больно и хотелось, – пробормотала Карина и за спиной, чтобы не видели, провела рукой по руке.

Ни намека на царапины!

На следующее утро Карина проснулась со странным ощущением, будто потеряла что-то важное. Она попыталась собраться с мыслями, но ей это не удалось.

– Марк, как ты себя чувствуешь?

– Все о’кей.

– Кровь Аддамсов – это вам не водица, – довольно констатировала Уэнсдей, заходя в комнату и глядя на Марка, как биологи смотрят на лягушку, прежде чем ее препарировать. – Карина, Марк, мы едем на концерт.

Уэнсдей не спрашивала, она сообщала: все едут на концерт. Точно так же Карина и Марк оказались во Мге. Уэнсдей решила, а мнение остальных никого не интересовало.

– Куда хоть едем? – со вздохом уточнил Марк. – И когда?

– И на чей концерт? – добавила Карина.

– «Die before dawn», в город… Новов… же… дэ… Новожутьск какой-то там, в общем, послезавтра, – ответила Уэнсдей и, не дожидаясь комментариев, пошла открывать дверь, в которую как раз постучали.

– Какое многообещающее название… – прошептала Карина.

Марк поморщился, но промолчал. Он вообще не любил лишний раз говорить о смерти.

– О, вы уже проснулись? Отлично! – Во флигель ввалился жизнерадостный Антон. – Мама звала вас завтракать, она пирогов напекла, пойдемте.

Карина с Марком медленно, стряхивая с себя остатки сна, выбирались из кроватей. Чтобы чуть их поторопить, Антон встал к вешалке. Нахмурился:

– Карин, а что с твоим пуховиком? Как ты его так порвать успела?

– Порвать? – О’Келли подошла к Антону и удивленно посмотрела на дыру на подоле длинной куртки и несколько ровных, будто от лезвия, разрезов. – Не знаю…

– Хм… Ну ладно, попросим маму, она зашьет.

– Хорошо, спасибо! – Карина поморщилась, но надела испорченный пуховик, надеясь, что мама Антона действительно умеет прилично шить. Заправила рыжие кудри под воротник, застегнула замок и полезла в карманы: – Так, подождите, а перчатки мои где? Чертовщина какая-то!

– Мне все больше и больше хочется туда, где ты вчера была… – мечтательно прошептала Уэнсдей. – Хорошее место. Поищу сама потом.

Антон покачал головой:

– Там метет, рукам будет холодно, возьми мои рукавицы!

– Ну да, подумаешь, размера на три больше… – вздохнула Карина, натягивая варежки на пальцы. – Зато, если потеряю, будет хотя бы понятно почему.

Глава № 2

Егоровна

– Серый. – Марк с любопытством смотрел на поезд.

– С красным, – педантично поправила Карина, пытаясь идентифицировать загогулины на краях вагонов.

– Как кровь на грязном снегу. – Ассоциации Уэнсдей давно уже никого не удивляли.

Антон сверился с номером в окне у ближайшей двери и бодро прошагал к нужному вагону.

– А куда ты Крошку дел?

Карине нравился алабай Антона – красивый, сильный, верный. Она любила побегать с ним, бросала мячик, который Крошка всегда приносил обратно, незаметно совала под стол вкусные кусочки во время обеда.

– Маме оставил. В поезд нельзя. Да и в квартиру, которую я снял в Нововоздвиженске, с животными не пускают, и на концерт его не возьмешь…

– А это не он? – перебил вдруг здравые размышления Антона М2.

Огромный пес бежал вдалеке по перрону, обнюхивая по пути асфальт, поезд, пассажиров. Последние почему-то шарахались в стороны. На шее у него болтался ошейник с оборванным поводком.

– Вот ведь блин недожаренный! – ругнулся Антон.

Крошка, услышав знакомый голос, поднял голову, радостно оскалился, завилял хвостом и на полной скорости рванул к хозяину. Прыгнул, поставив лапы Антону на плечи, и, прежде чем тот успел как-то отреагировать, Крошка восторженно облизал ему лицо.

– И что теперь с тобой делать?

Антон тяжело вздохнул, но руки его уже трепали загривок собаки.

– Может, все же получится как-то взять его с собой? – жалобно спросила Карина, подходя ближе и протягивая Крошке пару собачьих печенек, которые остались в кармане пуховика.

– Только если с проводницей договариваться за взятку.

– Давай попробуем!

– Ну…