Анастасия Игнашева – Зеркальный лабиринт (страница 82)

— Второй Пятому. Рассредоточиться и ждать.

Куракин прошёл центр связи насквозь и гул голосов сразу прекратился. Он не любил находится в таких местах. Там Евстигней Иннокентьевич не чувствовал своей необходимости. Его никто не замечал. Все были чем-то заняты. Так что управлять процессом лучше из кабинета, через огромный терминал на полстены, где всё видно, а не через экран коммуникатора. И обязательно с бокалом коньяка и сигаретой. Будущий правитель огромной империи шёл по коридору и на его губах играла лёгкая улыбка.

Утро на орбитальной станции понятие относительное. Тем более, на такой станции, которая всё время дрейфует в тени планеты. Земного времени здесь тоже не придерживались. А так называемое «среднее общегалактическое» откровенно высмеивали. «Мы живем посреди галактики, в среднегалактическом времени, жизнью средней паршивости, и т.д. и т.п.». Чтобы не подчиняться общей усреднённости, персонал станции делил сутки на четыре части: шесть часов работы — шесть на отдых — и снова в том же порядке. Многие, кто населяет такие объекты, работают посменно и для них нет абсолютно никакой разницы во времени суток и особенно во временах года. Тем не менее, большинство старалось хоть как-то придерживаться таких понятий как утро, день, вечер, ночь. Это даже не дань привычке, а вызов бытию — мы живём по земному времени, мы, человечество — едино, пока помним свою Родину!!!

Адмирал практически и не спал последние два дня. Надо было позаботиться о отправляемых на Землю, в Столицу, группах оперативников, всё согласовать, проверить связь, позывные, согласовать контрольные сеансы связи, передать точные координаты мест дислокации. Де Огюстье занимался оперативным командованием уже там, на Земле. С ним Адмирал был в постоянном контакте. Через него осуществлялась координация с группами военной полиции и КосмоСпецНаза. Через Адмирала происходила координация всех действий с представителем Его Императорского Величества лейб-гвардии. Для координации сообщений в СМИ и социальных сетях в соседней палате медцентра обосновался репортёр Макнамара. Военкор Громов отбыл на Землю. Эти двое отвечали за оперативное освещение во всех возможных информационных площадках мероприятия по противодействию мятежу. Всё было готово. Все ждали — какие шаги предпримут заговорщики. Чтобы отвлечь мысли от предстоящих событий, Малинин уселся в своё любимое кресло с кружкой ароматного чёрного чая. Найдя в коммуникаторе приятную мелодию, он вспоминал о когда-то очень давно прочитанной старинной книге:

«… На Востоке потребление чая ограничено массой условностей, начиная от времени и места сбора чайного листа и заканчивая способом налития напитка в чашку. Русское же чаепитие — "бесцеремонное». «Пустой» чай в России не одобряли — даже в беднейших домах на стол ставили хотя бы хлеб. Воду для чая готовили в специальных водогреях, именуемых «самоварами»…

А больше всего Адмирал любил пить чай, который в определённых кругах звали «адмиральским» — когда в кружку горячего чая по мере его потребления добавлялся настоящий ром такими образом, чтобы кружка была всегда полной. И в те времена, когда в России только появился такой способ, его называли очень интересно:

«… Чай с „адвокатцем“ то есть с архиерейскими сливками, с подливочкой, с позолотой, с постным молоком — чай с ромом или коньяком…»

Усмехнувшись, Малинин поставил кружку на стол. Пора начинать действовать. На Земле, в Столице солнце уже взошло. И если есть движения отслеживаемых групп провокаторов, то самое время нанести превентивный удар. Но главное — взять организатора всех этих безобразий!

— Внимание всем. — в палате медцентра, больше похожей на армейский командный пункт, стало тихо. — Работаем!

Сегодня Арина не собиралась идти на занятия. В социальных сетях последнее время все обсуждали место встречи в центре столицы, где будет «весь цвет общества». Все они хотели заявить о том, что в государстве надо что-то поменять, сделать лучше. В переписках по этому поводу царила всеобщая эйфория. Кто-то собирался написать огромный плакат, чтобы уж точно попасть в новостной выпуск. Кто-то обещал принести палатку, для того, чтобы с комфортом дожидаться изменений. Правда все верили в то, что одного вида такой весомой части общества достаточно, чтобы чиновники зашевелились и стали работать справедливо. Каждый хотел поучаствовать в таком знаковом событии. Арина пела, принимая душ. Песня рвалась из неё когда она влезала в свой любимый комбинезон. Она радостно напевала, когда сбегала по ступеням вниз, к остановке. Ей даже казалось, что в транспортной капсуле все пассажиры что-то напевают себе под нос, с радостью переглядываясь между собой.

В центре было многолюдно. Все прибывшие сюда старались изображать гуляющих. Надо было ждать сигнала. только никто не знал какого. Арина надеялась, что она сразу узнает сигнал. Ну или придёт сообщение на коммуникатор. Мимо неё проходили люди. Ей улыбались, она улыбалась в ответ. В стороне стояли какие-то подозрительные личности. Подтянутые молодые люди в тёмной одежде с капюшонами, хмурые и серьёзные. Арина подумала, что это могут быть переодетые агенты полиции. Или даже какой-нибудь спецназ. Она тут же написала об этом в соцсетях. В ответ стали приходить сообщения, что такие группы не единичны.

Точно, полиция — уверилась в своих подозрениях девушка, — Что же делать?

Почитав сообщения в комлинке, она решила, что предложение задержать этих переодетых агентов, собрав большую толпу и окружив их, неплохая идея. Вскоре вокруг парней в тёмном образовалась довольно внушительная толпа молодежи. Все они шумели, смеялись, махали руками. Девушке было приятно, что её старания увенчались успехом. Злодеи, как она думала, были блокированы.

Мимо толпы прошёл армейский патруль. На рукавах виднелись шевроны с надписью «Военная полиция». Девушка уже знала, что в центре всегда много военных, всё-таки столица. Поэтому совершенно их не замечала, как будто те были частью пейзажа. Но из-под шлемов на толпу смотрели очень внимательно. В наушниках были слышны команды о дальнейших действиях. Нашлемные камеры передавали телеметрию в центр проведения операции.

В это время де Огюстье, который руководил всеми оперативными силами, отдавал приказы о выдвижении к центру групп спецназа, военной полиции и космодесантников. Транспорт медленно сжимал кольцо вокруг центра. Готовность к операции была полной. Алексей через коммуникатор связался с группой военкора Громова.

— Как у тебя?

— Нормально. Как и планировалось большую часть протестной молодежи удалось за ночь перенаправить из центра на бульвары. Пусть там гуляют, целее будут.

— Но в центре все равно полно мирных. Это не есть хорошо.

— Работаем. В соцсетях пошла волна сообщений о перемещении ближе к окраинам. Это работает, люди постепенно рассасываются. Но, к сожалению, всех мы не сможем убедить. Останутся те, кто твердо решил «бузить».

— Чего они все ждут? Выяснил?

— Должен быть сигнал. Но кто его отдаст, я не узнал. И когда он будет, я тоже не знаю. Все чего-то ждут.

Тут де Огюстье тронул за рукав офицер из его группы. Алексей повернулся. Ему показывали знаками, что на связи Адмирал. Переключив канал он увидел своего старого командира.

— Алексей. Начинай операцию. Немедленно. Время вышло.

— Есть. — и связь оборвалась. Не раздумывая де Огюстье громко скомандовал. — Всем группам. Выйти на позиции и приступить к операции. Группе РЭБ блокировать связь в центре столицы. Работаем!

На окраине Солнечной системы медленно появлялся военный флот. Борта всех кораблей были украшены логотипом корпорации «БиоТекс». Одновременно с появлением флота все наличные корабли Марса попытались блокировать Имперский флот. К счастью, флотское командование было заранее предупреждено о подобном развитии событий. И был задействован заготовленный по прямому указанию Верховного Главнокомандующего, а именно Императора, план. Все корабли пришли в движение.

Анна со своими ребятами готовы были высадиться на Марс. Отпуск предсказуемо закончился раньше срока.

Куракин нервно ходил из угла в угол. Как хорошо начинался и как прескверно заканчивается сегодняшний день! Утром всё было прекрасно. После проведённой в соцсетях кампании множество людей, в основном молодёжь, устремилось в центр столицы. Но ближе к середине дня, когда на границах Солнечной системы появились обещанные мистером Майклом корабли корпоративного военного флота «БиоТекс», группа наблюдения доложила о возникающих проблемах. Рапорт о том, что в соцсетях воцарился полный армагеддон. Рапорт о блокировании всех видов связи в центре столицы. Координацию групп провокаторов провести стало невозможно. Людей, которые пришли по призывам в соцсетях, так же не было возможности спровоцировать на активные действия. СМИ выдавали одни патриотические новости и ни одного сообщения о том, что необходима смена действующей власти. Евстигней Иннокентьевич очень надеялся, что в центре наёмник Мастер и его люди сделают всё как надо. Но предполагать и знать — это совершенно разные понятия. Не было никаких известий и о том, что сейчас происходит в резиденции Императора.

Тем временем в космосе тоже происходило немало интересного. Помимо корпоративного флота, который по численности был больше, чем дежурная эскадра Имперского флота и патрульные группы на орбите, на границе системы появился Первый Ударный Флот Империи. Не даром он назывался ударным. Практически сразу были блокированы все возможные способы уйти из Солнечной системы. Открытым текстом транслировался приказ лечь в дрейф всем кораблям и дожидаться досмотровых команд. За неподчинение — огонь на поражение. И ведь пришлось пострелять. Но у ударных крейсеров равных противников в системе не было. Тут же марсианские корабли развернулись и пока не поздно ринулись под защиту своей планеты. Поздно. Туда уже пошли десантные корабли. А с орбиты вниз смотрели орудия главных калибров нескольких крейсеров. На Земле все эти передвижения отслеживались уполномоченными на это службами. Но любые сообщения об этом тут же блокировались. Новости о таких операциях имел право сообщать только пресс-центр Его Императорского Величества. Об это недвусмысленно были извещены все дипломатические миссии в столице и все без исключения редакции СМИ. Но всего этого Куракин не знал, поэтому метался в своём кабинете из угла в угол.