Анастасия Игнашева – Вежливые Люди (страница 83)

— Все дети — в КОВах.

— Где?- переспросил Рек, — В каких оковах?

— В комбинатах общественного воспитания, — пояснила Эвиза.

— И что там с ними делают?

— Выращивают и воспитывают, — назидательным тоном ответила она, — Мы избавились от старых представлений о родительских обязанностях.

— И что же, у вас отбирают детей у родителей?

— Но разве родители могут по-настоящему правильно воспитать ребёнка? — возразила Эвиза, — Для этого у нас существуют специалисты, которые всю свою жизнь посвящают именно проблемам воспитания. Таким образом, родители, а особенно женщины, освобождаются для других полезных и плодотворных занятий. Величайшее достижение человеческого общества — победа над слепым материнским инстинктом — уже достигнута!

Эвиза даже встала в позу, вполне подходящую для статуи с «Аллеи благодетелей человечества».

Рек тяжко вздохнул и промолчал.

** *

— Мы получили от них какое-то странное сообщение. — говорил Томлинсон полковнику Малинину, — Со Счастья Человечества. О какой-то поломке. Отправлено было около двух стандартных суток назад на базу «Орхидея-18». Там не разобрались и отправили к нам.

— Шибздики. — бросил Малинин, — За каким этим они вообще туда сунулись?

— У них совершенно официальная доставка груза туда была. — ответил Томлинсон, — Мы тут выяснили. Это Динко туда их направил.

— То-есть? Неймётся этому Джеймсу Бонду…

— Завербовал там кого-то. Ну и попросил Дагвардов с ним встретиться.

— Чёрт знает что! И что теперь? — спросил Малинин.

— Сейчас с этим Динко беседуют. Подождём пару дней. И тогда надо что-то придумывать.

Малинин сердито вздохнул и взъерошил свои «будённовские» усы.

— Ни сна, ни отдыха измученной душе! И что? Только вот не говори мне, что моим ребятам надо будет…

— Но, Павел! В прошлый раз…

— Что — в прошлый раз? К тому же мои ребята сейчас Гочу Пачулию ловят! Кого я туда отправлю?

Томлинсон убито вздохнул. Про Гочу Пачулию Малинин соврал, но угрызений совести не испытывал.

— Не вздыхай тяжело — не отдадим далеко. — не удержался от едкой подначки Малинин. В Управлении Томлинсона всерьёз никто не воспринимал. А возглавляемый им отдел называли не иначе, как «богадельней» — туда сливались все неудачники, не сумевшие сделать карьеру и добиться профессиональных успехов в других отделах. Именно Томлинсон пригрел в своё время и Динко, и Дагвардов. А вот теперь, Малинин, видите ли, должен отрывать от настоящих дел своих ребят и мчаться на Гамму-249, — спасать этих идиотов. С Томлинсоном у Малинина были свои счёты. Тот считал Томлинсона некомпетентным. Мягко говоря. Ибо Томлинсон частенько пользовался непроверенными данными. Вернее — не имел привычки проверять полученные разведданные. И людей себе набирал по принципу «числом поболее — ценою подешевле». А во время войны на Гейре ухитрился подсунуть опять же — непроверенные данные — командующему 38 ударной армией Вахрушеву. Армия чуть не угодила в окружение, и только талант и удача позволили Вахрушеву избежать полного разгрома. Но потери были слишком серьёзными, и наступление застопорилось. Вобщем — было за что не любить бравого полковника Томлинсона. Был он циник и был он дурак. Был он подхалим и был он карьерист.

А с другой стороны — спасать-таки было надо. «Кто, если не мы?» — вспомнил Батя старый спецназовский девиз. Ну и очередная операция, которую Контора тщательно готовила не один год, как раз была именно на Гамме-249… а для её успешного осуществления как раз нужен был отвлекающий манёвр. И Дагварды с их затеей для этого вполне подходили.

* * *

— Слушайте! — Эвиза начинала сердиться, — В вашем положении следовало бы вести себя потише и не нарываться. В конце-концов — вы же не хотите опять оказаться в Конторе?

Тут настал черёд Река смущённо заткнуться. Да, девчонка, конечно, умом не блещет, но за ней стоит прикрытие, с которым шутки плохи. И никакой спецназ не примчится и не спасёт.

Оглянулся, высматривая что-то.

— Что Вы ищете?

— Наружку ищу. Где они — Ваши коллеги?

Она фыркнула.

— Не пытайтесь. Всё равно не найдёте.

Рек пожал плечами.

— Представьте себе, — решил-таки объяснить он, — Представьте, что Вы высадились на какой-нибудь планете, а Вас тут же схватили, сунули в местную тюрягу, устроили допрос по всем правилам, а потом вдруг стали утверждать, что все вокруг друзья и всё, что делается — делается для вашего же блага.

— Но ведь Вы прилетели сюда как шпион, — спокойно пояснила девушка. — И арестовали Вас для того, чтобы обезопасить наше общество.

Он криво усмехнулся.

— А как же авария, в которой вы меня убеждали в больнице?

Эвиза смутилась лишь на мгновение.

— Прежде, чем с Вами встретиться, я изучила все предоставленные мне материалы. Ричард! Здесь все знают Ваше имя, знают, с какой целью вы прилетели. Знают о вас всё. Но на нас нет вины за то, что Вы не справились с управлением и претерпели аварию. Разве в ваш корабль кто-нибудь стрелял?

— Нет, зачем? — Рек пожал плечами. — В этом не было необходимости. Мы и так садились. А, позволь спросить, с протоколом моего допроса тебя тоже ознакомили?

Эвиза вздохнула печально.

— Я понимаю, что с навязчивыми идеями трудно бороться. Но это необходимо. Вам будет трудно, если вы заранее будете настраивать себя на мысли о том, что вокруг Вас враги.

— Ладно. — Рек поднялся. — Теперь Вы хотите, чтобы я поверил, будто вы готовы забыть, что я — шпион — и принять меня в свою компанию?

— Хорошо, я скажу Вам правду. — Эвиза тоже встала и повернулась к нему, — Вы — психически неполноценная личность. Мы понимаем, что в Вашем обществе не принято говорить человеку правду. Это, кажется, считается жестоким. Но это неправильно. Наше общество позволяет реализовать себя всем. А для того, чтобы человек захотел саморазвития, он должен знать о своих недостатках. Конечно, Вы не сможете сразу стать таким, как мы. Но постепенно, со временем, мы сможем вылечить Вас, научить жить по-настоящему, не зажимать свои естественные склонности. Вы сможете познать, что такое настоящая дружба и любовь, что такое — служить на благо человечества. Мы сделаем из Вас полноценную личность.

Эвиза всё больше воодушевлялась. На её щеках ярко проступил румянец, глаза светились. Она сама словно светилась изнутри.

— Вы, Ричард, впервые в жизни находитесь в уникальном положении человека, перед которым вдруг открылись безграничные возможности. И Вы оттолкнёте от себя такую возможность? — Теперь она просто сжигала его взглядом.

— Бред какой-то, — буркнул он и принялся разглядывать тощее растение напротив скамейки, — Вот так с ума и сходят! И я должен верить своим ушам. Это Вы серьёзно все сейчас говорили?

— Конечно, серьёзно! — воскликнула она.

— Ну, тогда объясните, что это за безграничные возможности вы мне сулите?

— Вы не понимаете? Вы станете свободным человеком.

— А вы — свободны?

— Конечно, — с жаром подтвердила Эвиза.

— Совсем-совсем?

— Да.

— И можете делать то, что хотите?

— В каком смысле? — она почувствовала подвох.

— Ну, например, вы можете привести меня в космопорт, посадить на корабль, ну, хоть на мой собственный, и отпустить на все четыре стороны?

Она вздохнула.

— Опять Вы за своё! Я вижу, что мы с Вами говорим о совершенно разных вещах.

— Я заметил.

— Зачем Вам улетать? Ну, подумайте сами. Чтобы снова вредить нашему народу? Я пытаюсь объяснить Вам, почему Вы должны остаться.

— Могли бы не объяснять, — он встал и засунул руки в карманы. — Зачем? Разве у меня есть шанс уйти от Вас? А если нет — к чему убеждать? Так и так вы меня здесь оставите.

Она кивнула.

— Свобода — это сложное, всеобъемлющее понятие. Гораздо более сложное, чем Вы себе представляете. Вот, к примеру, я могу выбрать себе профессию сообразно со своими природными склонностями.

— Ну, это все так делают.