Анастасия Игнашева – Вежливые Люди (страница 78)
Денье вызвал дежурного и распорядился разместить Дагвардов на военной базе.
Братьев отвели в предоставленную им комнату, где их уже ждал обед и постель. Именно об этом они только и мечтали последние дни, когда пешком пробирались на земную военную базу.
Дагварды приняли единственно верное решение, решив пробираться на нашу базу. Да и единственным способом сохранить себе жизнь была именно угроза предать огласке всю эту историю с подсунутой Аолию цидулкой. Наша Контора, конечно, дала понять илуоанским спецслужбам, что бумага у нас. И что единственный шанс, что мы не дадим делу ход — это предоставить «Медузе» беспрепятственно покинуть Илуо.
** *
Сметая на своём пути всё одушевлённое и неодушевлённое, Жуддин, начальник личной охраны Императора Аолия, пронёсся через анфиладу Большого Дворца и, влетев прямиком в личные покои Императора, сходу бухнулся на колени и принялся биться лбом об пол, подвывая:
— О, Драгоценный! Всё пропало, о, Драгоценный!
Из его сбивчивых речей Император и уяснил, что проклятая бумажонка, оказывается, не сгорела при пожаре в резиденции Влада, а благополучно оказалась в руках землян.
«Ничего доверить нельзя!» — раздражённо подумал Император, — «Никому! И этот Жуддин тоже тот ещё олух! В Башню его, что ли, отправить? К Жеггларрде в компанию? Нет, успею ещё».
Жуддин, меж тем, продолжал, подвывая, колотиться лбом об пол. Голова отвечала гулким гудением, пол мелко вибрировал. В такт ударам мелко позванивали колокольчики на Жуддиновой шляпе.
— Да прекрати ты выть! — резко оборвал его Император, — Знаю я уже.
— Откуда? — само собой вырвалось у Жуддина.
— Угадай с трёх раз! Тийя сказала.
— Вы были в Тихом Приюте?
— Ну, был. Как и ты тоже. Чтоб их всех там… — Аолий досадливо взмахнул рукой.
— Мы проиграли, о, Драгоценный? — решился озвучить посетившую обоих мысль Жуддин.
— Удались. — махнул на него рукой Император.
— Ничего! Лучше с умным потерять, чем с дураком найти. — утешил приятелей фон Кутченбах, когда те поведали ему о своих приключениях на Илуо и о внезапном исчезновении Паверса и Дагвардов. Для Громова это было слабым утешением — сестра как будто всё время ускользала от него.
Глава 18
Пьяный проспится, а дурак никогда
Потсдам, пригород Берлина, особенно хорош ранней осенью, на излёте «бабьего лета», когда листья деревьев ещё только начали желтеть. По одной из дорожек парка неспешно шли двое — мужчина и женщина. Женщина высокая, стройная, была одета в строгий тёмный жакет и брюки из мягкой шерстяной ткани, голову покрывал шёлковый шарф, под которым невозможно разглядеть волосы, лицо скрывали тёмные очки. Мужчина был чуть пониже её ростом, тоже худощавый, поджарый, с обильно тронутым сединой ёжиком коротко остриженных волос. Одет он был в светло-серый плащ и такие же брюки в узкую полоску. Со стороны могло показаться, что они любовники, которые назначили здесь встречу, или супруги, выбравшиеся на прогулку, однако мужчина был полковник Третьего Отдела Главного Разведуправления Земного Содружества Ганс фон Кутченбах, а его спутница — Дидре ле Бланш. Француженка с примесью турецкой крови, так же работавшая на земную Разведку.
— И добро на проведение операции, тебе, конечно же не дали. — чуть насмешливо произнесла Дидре, — Ты, как всегда — на свой страх и риск.
— Официально — нет. — ответил фон Кутченбах, игнорируя её насмешку, — Но ты же сама понимаешь. К тому же я подстраховался. Через третьих лиц, понятное дело.
— Ну разумеется. Иначе бы ты меня не вызвал. Ты вспоминаешь обо мне только когда Конторе нужно провернуть по-тихому что-нибудь особо деликатное. И лишний раз не светиться. Что на этот раз?
— Операция по внедрению агента. Ситуация осложняется ещё тем, что одного агента надо вывести по-тихому, а другого внедрить. Произвести рокировку, так сказать.
— Я так и знала. И кого на этот раз выбрали в качестве козла отпущения?
— Томлинсона.
Короткий смешок женщины был ответом.
— И куда же, позволь спросить? Или мне этого знать не положено?
— Гамма-249. Этот идиот откуда-то пронюхал о «Чёрной Радуге» и теперь из кожи вон лезет.
— Что я должна делать?
— То же, что и в прошлый раз. Подсунуть ему приманку, которую он проглотит не жуя.
Женщина скептически хмыкнула.
* **
Комната была заставлена старой и, сразу видно — случайно подобранной мебелью. Комната была небольшая, но, поскольку и мебели в ней было немного, то выглядела она просторной. Одна из так называемых «секретных квартир», которые Разведка использовала для встреч с агентами. В комнате двое — полковник Главного Разведуправления Земного Содружества Томлинсон, человек около пятидесяти лет, рослый, полнеющий с узким длинным лицом и Джон Динко. Динко молчал, внимательно наблюдал за Томлинсоном и в его светло-серых глазах время от времени появлялось затаённое самодовольство. Да — в своё время его, Джона Динко вышибли из Разведуправления с треском, под насмешки сослуживцев и он был вынужден сам зарабатывать себе на жизнь. И вот сейчас он решил, что настал его час — к нему пришли кланяться и уговаривать. Пауза несколько затянулась, но Динко продолжал молчать. Нет уж — раз они его позвали — вот пускай сами и уговаривают. Он им нужен сильнее, чем они ему. А Томлинсон разглядывал Джона Динко. Собственно, они были знакомы, но Томлинсон смотрел на него так, будто видел впервые. Да, прошло несколько лет после увольнения Динко из разведки. Сейчас перед полковником сидел его ровесник, когда-то его волосы и борода были рыжими, но сейчас их обильно тронула седина и они стали какие-то чалые, если можно так сказать о человеке. Борода коротко подстрижена, но видно, что её обладатель не посещает салон, а обходится своими силами. Его причёска тоже была нарочито небрежна. Динко, по большому счёту, наплевать на то, как он выглядит и какое впечатление производит. Одет он был в поношенный комбинезон космолётчика и высокие космоботы.
— Вы патриот, Динко? — наконец нарушил молчание Томлинсон и голос его слегка дрогнул от пафоса.
Динко к такому повороту разговора был явно не готов, а посему начал мяться и мямлить.
— Вы патриот, Динко? — повторил Томлинсон, весь подавшись вперёд и сверля взглядом бывшего сотрудника Разведки.
— Эээ… да. — решился ответить Динко.
Томлинсон мгновенно расслабился и, откинувшись назад, удовлетворённо произнёс:
- Я никогда не сомневался в Вас, Динко. Теперь я вижу, что с Вами можно иметь дело. Вы понимаете, что я не могу посвятить никого из кадровых сотрудников в детали. Операция планировалась на гораздо более позднее время. Но начальство сверху занервничало. Стали поступать сведения, что дома существует опасность утечки информации. Это не наша вина, но расхлёбывать пришлось нам. Операцию перенесли на более ранний срок.
— И что Вы хотите лично от меня? — Динко изо всех сил старался, чтобы его вопрос звучал как можно более равнодушно.
- У нас сочли, что будет лучше, если человек, которому мы хотим поручить это задание, формально не был связан с нами. Вы, Динко, на нас уже не работаете. Формально. — Томлинсон слегка подчеркнул слово «формально» оба раза.
— И что Вы хотите? — повторил Динко, нарочито не глядя на собеседника и изучая свои неухоженные ногти в заусеницах и с траурной «каймой» под ними.
— Некоторое время назад мы завербовали на Счастье Человечества одного человека. Сейчас он сообщил, что имеет для нас некую информацию. Но передать её он может только при личной встрече. Для этого нужно просто прилететь на Счастье Человечества, у вас будет совершенно легальное прикрытие — доставка груза. Груз будет, разумеется, тоже совершенно легальным и все документы на него тоже будут сделаны совершенно легально. — уверял Томлинсон, — Вам нужно будет только встретиться с этим агентом в космопорту, взять инфочип и постараться доставить его на Землю без потерь.
В лице Динко что-то неуловимо дрогнуло. Скорее всего, его задело упоминание Томлинсона о том, что инфочип надо доставить без потерь. Но Динко овладел собой и продолжал молчать.
- Разумеется, всё будет оплачено. — продолжал напирать и уговаривать Томлинсон, — Горючее, доставка груза. Вы патриот, Динко?
Динко наконец-то соизволил ответить собеседнику.
— Вы прекрасно помните, что произошло пару месяцев назад, когда мой корабль захватили счастьевцы. — сказал он с лёгким укором, — Так что мне на эту счастливую планету лучше не соваться.
Повисла «мхатовская» пауза, а потом Динко продолжил:
— Но я знаю людей, которые могут справиться с вашим поручением.
— Дагварды. — полувопросительно произнёс Томлинсон. Динко кивнул.
** *
В кают-компании «Медузы» На-Ла шустрила с уборкой под строгим взглядом Датча.
— Мы летим на Гамму-249, то есть на «Счастье Человечества». — возвестил Датч вошедшему Реку.
— А почему именно мы? — поинтересовался Рек.
— Мы зайдём на Бету-18, возьмём подряд на доставку груза. Доставим его на Гамму. Там у нас будет пара дней на разгрузку и погрузку груза, который нужно будет с Гаммы доставить на Маиси. Можно отказаться.
— Да нет. Зачем? — Рек махнул рукой. Да и заказ нам будет кстати. Надеюсь, деньги за перевозку мы тоже получим? Ладно! Признавайся — почему именно Счастье Человечества?